Нихт капитулирен! - Сэй Алек

06 января 1939 г., четверть двенадцатого утра

— Ты что, совсем не отдыхал, Йозеф? — Гитлер смотрел на осунувшееся лицо своего «министра правды». — Или отпраздновал Рождество и Новый Год с особым размахом?

— Какое там, отпраздновал… — Йозеф Пауль устало махнул рукой. — С этой «программой культурно-исторического рывка» даже выспаться удавалось раз в две недели. Однако, — тут Геббельс довольно улыбнулся, — все готово.

— Знаю я, почему ты не высыпался, — добродушно усмехнулся фюрер. — Небось опять лично отбирал актрис на главные женские роли. И не оправдывайся, лучше по делу давай.

— По делу, так по делу. Хотя я, между прочим, примерный семьянин и отец.

— Ну-ну, — усмехнулся Гитлер. — Ладно, я не твой исповедник, чтоб ты мне в грехах каялся. Рассказывай, что у нас хорошего.

— Хорошего у нас следующее: стартовало три музыкальных проекта – остальная музыка никак не подходит для граждан Третьего Рейха. Ну, разве что Linkin Park… Этот вопрос пока изучается. Конкретно запущено: «Rammschtein», «Nachtwunsch» и «Berliner hotel»… От ссылок на Токио мы решили отказаться – мало ли как у нас потом разовьются отношения с Японией.

— Это правильно, — кивнул рейхсфюрер. — Надеюсь, внешний вид у солиста «Berliner hotel» будет не как у прототипа?

— Да мне самому чуть с сердцем плохо не стало, когда я узнал, что это мальчик! — усмехнулся Геббельс. Не так уж он и преувеличил, поскольку его реакцией на крупный план Билла Каулица (была у Карла в мобильнике пара клипов Tokio Hotel) являлись слова «Страшноватая девочка, честно говоря». — Нет, конечно. Немного расхлябанности и вольности в одежде, ведь песни-то молодежные, — но в меру, строго в меру, и со стилизацией под фельдграу, — а так все вполне прилично. Два концерта они уже дали, а сегодня, без десяти двенадцать, запускаем их первую песню на радио.

— Непременно послушаю, — сказал Гитлер и сделал пометку в своем дневнике. — Что по фильмам?

— По фильмам… — рейхсминистр пошуршал бумагами. — Пересказ их моим однофамильцем, конечно, убог, но мы подключили лучших фантастов и сценаристов Германии, и, в качестве приятного дополнения, получили семь новых фантастических романов разных направлений. Писатели меня умоляли познакомить их с автором идей.

— И что ты? — усмехнулся фюрер. — Пообещал знакомство?

— Нет, я сказал, что рейхсканцлеру некогда встречаться с ними, — иронично заметил Геббельс. — И что он уступает все права на идеи им.

— Так ты сказал им, что это мои фантазии? — расхохотался Гитлер. — И, конечно же, проследил за тем, чтобы слухи об этом распространились?

— Как можно? — обиделся Йозеф Пауль. — Конечно же, проследил. На данный момент готовы десять сценариев: «Сверхлюди Х», «Сквозь время на авто», «Батман», «Йозеф Бонн, агент 007» и «Войны среди звезд», все шесть частей… С «Войнами», конечно, пришлось перевернуть все с ног на голову, да имена изрядно исправить с названиями. Зато «Марш империи» случайно услышал полковник фон Штокгаузен, и теперь при каждой встрече требует, чтоб я отдал ему эту мелодию для гимна его полка «Великая Германия».

— Я бы разрешил – пускай у людей будут правильные ассоциации при звуках этого марша, — задумчиво произнес Гитлер. — Что вы там наисправляли-то, кроме того, что «хорошие», это Империя, а «плохие» – Республика?

Краткое изложение хитовых фильмов конца двадцатого и начала двадцать первого веков он читал, и «Star wars» произвели на него неизгладимое впечатление. Более того, ознакомившись с карандашными набросками основных имперских и повстанческих машин, выполненных Карлом (который рисовал, прямо надо сказать, не ахти), фюрер выбрал время и лично нарисовал акварельные эскизы имперского Star Destroer`а, TIE-файтера и фрегата Nebulon-B, который тоже решено было сделать имперским кораблем. А вот «Звезду Смерти» наоборот, сбагрили войскам Республики, дизайн судов и истребителей которой был доверен фирме «Шиффсверфт Блом унд Фосс». Руководство компании несколько ошалело от предложения разработать макеты «игрушечных космических корабликов» для кино, но согласие дало. Инженерно-конструкторский же состав подошел к решению задачи с энтузиазмом и фантазией, выдав такое, что увидь результат Джордж Лукас – тут же скончался бы от разлития желчи и острого приступа зависти. X-wing в исполнении главного конструктора BV, Рихарда Фогта, получился ну очень оригинальным.

— Имена и названия, само собой, германизировали, — пожал плечами Геббельс. — Рыцарей Джедаев переименовали, а то название какое-то… На «юде» похоже. Сделали их Махтриттерами. Убрали любые намеки на компьютеры. Вейдера искалечили при аварийной посадке пассажирского лайнера, чтобы его маска и протезы выглядели погероичнее… Ну и так, по мелочам.

— Ладно, пришли мне копию сценария, я почитаю на досуге, — сказал Гитлер. — Все?

— Да не совсем. Во-первых, «Сквозь время на авто» уже снимается, за постановку взялась сама Рифеншталь, и требует, чтоб «Йозефа Бонна» никому не отдавали, а придержали для нее. Во-вторых, по фильмам решено выпустить сувениры, игрушки и настольные игры, а также озвучивать их на нескольких языках – чтобы устроить показ и продажу сопутствующих товаров сразу по всему миру. Фрик, когда увидал предполагаемые доходы, расцвел словно куст розы. В-третьих, по приключениям «Йозефа Бонна», «Сверхлюдей Х» и «Батмана» решено выпустить также комиксы, сразу в немецком и английском вариантах. Тоже обещает быть прибыльным делом.

— В-четвертых есть? — поинтересовался фюрер.

— Есть. Мы профинансировали съемки в Голливуде фильма «Техасская резня мясницким топором». Пускай янки превращаются в тупых ублюдков побыстрее. В день премьеры фильма показ его на территории Германии мы запретим, а это будет картине лучшей рекламой.

— Ты хорошо поработал, Йозеф, — Адольф Гитлер вздохнул. — Но у меня будет к тебе еще одна просьба. СД удалось склонить к сотрудничеству этого Эйнштейна, сейчас он прибыл в Швейцарию, где и займется работой. Поищи у него в генеалогическом древе хоть капельку арийской крови. Необходимо, чтобы он был видным немецким, а не видным еврейским ученым. Ты меня понимаешь?

— Конечно. Вопрос престижа нации.

— Вот именно. И предоставь мне список особо отличившихся по программе культурно-исторического рывка. Надо будет наградить.

— Уже готов, — улыбнулся Геббельс и протянул листок с именами, фамилиями и званиями. — Там нет только одного человека, который сделал едва ли не столько же, сколько все остальные.

— И почему же его там нет? — удивился Гитлер.

— Потому, что он не из моего ведомства. Вертер Франк, следователь гестапо. Именно ему было поручено допросить моего однофамильца о содержании самых известных и кассовых фильмов его эпохи, и работу свою Франк выполнил мастерски. Правда сразу после этого уехал на воды, нервы лечить, где до сих пор и пребывает.