Антидемон - Серж Винтеркей

Только я успел озадаченно покачать головой, как перед сестрой появился один из парней:

– Вот ваши семьдесят пять золотых, леди! – прошептал он, передавая ей увесистый кошель.

После чего, оглянувшись, прошептал еще тише:

– Будьте осторожны на улице, кто-то мог заметить, что у меня не нашлась сразу нужная сумма, чтобы выплатить весь выигрыш!

Я впечатлился уровнем заботы о клиентах в этом заведении. Вероятно, имело значение то, что город у нас провинциальный и денежных клиентов не так и много, вот их и стараются беречь! Не будь у нас новой договоренности с Вилемом, мог бы подумать, что эти же ребята и планируют нас ограбить, а сейчас предупреждают о такой опасности, чтобы снять с себя подозрения при расследовании. Не сложно же послать несколько незнакомых нам бандитов, чтобы напасть на нас! Но договоренность была, Вилем выглядел искренне заинтересованным в моем завтрашнем появлении, поэтому я отбросил подозрительность. Ограбление – это всегда риски, что кто-то погибнет, к примеру, я сам, и тогда я не смогу обучать его бойцов.

Последовав совету, быстро покинули зал для боев, вышли в общий зал таверны и оттуда проследовали на улицу. Около заведения было множество свободных экипажей – извозчики тоже знали, что тут проводятся бои и после их окончания можно будет получить выгодного клиента. Экипаж я выбирал с осторожностью – уж очень много бывших бандитов служило в нашей армии, так что я хорошо знал об их ухватках из вечерних рассказов у костра, когда они делились интересными историями из прежней жизни. Подогнать к денежному лоху подставной экипаж, чтобы он отвез его прямо в засаду, – один из любимых приемов грабителей. А иногда парочка бандитов ждала лоха прямо в экипаже и скручивала, едва он в него заходил.

Извозчику, благообразному старичку, сонно клевавшему носом, я велел ехать к Северным воротам, надеясь запутать тех, кто захочет за мной проследить. Потому что так-то самый короткий путь к нашему поместью – от Южных ворот. Эрли порывалась завести разговор еще в дороге, но я поднес палец к губам. Экипаж был легким, сделан из деревянного каркаса, обтянутого тканью, – услышать нас извозчику может помешать только глухота. Но я сам знал несколько очень старых людей с удивительным слухом, поэтому рассчитывать на это никак не мог. В экипаже начали болеть пострадавшие в бою печень, ребра и колено – впервые в моей жизни я радовался боли, поскольку она способствовала формированию основы нового источника.

Высадить нас велел еще в городе, там мы сделали крюк по соседним улочкам, после чего покинули город. Хотя я все равно сознавал уязвимость ситуации: не так и сложно, расспросив прохожих, выяснить, что хромой парень и девушка в масках вышли из города – следовательно, живут, скорее всего, за его пределами.

Когда вышли из ворот, прошли по дороге до первого поворота и, скрывшись от глаз стражников, тут же свернули в лес. В ближайших кустах обождали несколько минут – я хотел проверить, нет ли за нами слежки.

– Ох, я уже предвкушаю, как обновлю свой гардероб на эти деньжищи, что сегодня выиграла! – радостно затрещала сестра. – Пошью два новых платья, нет, три новых платья! Одно желтое, второе синее, третье пурпурное! Нет, пурпурное не буду покупать, говорят, мода изменилась в столице, и этот цвет больше не популярен. Пошью, значит, вместо пурпурного голубое, оно пойдет к моим глазам! И заколочки – я теперь могу купить заколочки! Возьму самые дорогие, которые с самоцветами!

И тут же, безо всякого перехода, спросила меня:

– А как ты понял, что ты сильнее его, посмотрел предыдущие бои?

– Он был сильнее меня! – не задумываясь, ответил я.

– Но ты же выиграл! – удивилась сестра.

– Просто против него сыграло несколько факторов. Первый – он меня вначале недооценивал. Поэтому пропустил тот первый удар, в затылок. То, что он продолжил драться, не означало, что этот удар не повлиял на него плохо. Удары в голову без последствий не остаются. Второй – необычные условия поединка. В такого рода схватках заканчивают поединок обычно удачным ударом в голову. И я понял, что парень иначе и не умеет особенно. А раз он не мог идти по привычной схеме, он был обескуражен, и я это использовал.

– Даже и не думала, что тот варвар, которого папа нанял тебе в четырнадцать лет, чтобы тренировать тебя драться, был так хорош! Покажешь мне несколько приемов, ладно?

Пришлось пообещать. После этого, не заметив никакой слежки, мы вылезли из нашего убежища, сняли маски и отправились по лесу к себе домой. Идти надо было сорок минут. За первые двадцать Эрли прожужжала мне все уши восторженными причитаниями про грядущие изменения в своем гардеробе, и сбить ее с этой темы обычными способами было невозможно. Когда понял, что не смогу выдержать еще двадцать минут, был вынужден несколько поумерить ее восторги, спросив, что подумает отец, если она резко обновит гардероб, а он знает, что ей на это денег, естественно, не давал. Такая своеобразная мера самозащиты дала результат – Эрли призадумалась, а потом спросила меня:

– И как же мне быть? Деньги-то есть, и прямо жгут мне карманы! Я вот сейчас в единственном приличном платье, и то оно уже изнашивается, и скоро меня в нем начнут принимать за служанку!

– Дай мне несколько минут подумать в тишине, и я найду выход! – попросил я.

Глава 13

Что делать, я придумал быстро, но молчал почти до самого поместья, выигрывая время. Лишь когда почти подошли, я сказал:

– Сделаем так: скажешь отцу, что нашла подработку в городе в приличном салоне платьев. Помогаешь шить платья для богатых дам, а они с тобой расплачиваются дорогой тканью, из которой ты сама себе будешь шить красивые платья.

– Но отец не поверит – он должен знать, что я не особо умею шить и вышивать!

– Отец у нас нормальный мужчина, а мы, мужчины, думаем, что девушки уже при рождении умеют шить и вышивать! – усмехнулся я.

Сестра задумалась, потом хмыкнула. Я понял, что моя идея ей понравилась.

– Знаешь, Эйсон, этот год, что мы пролежали в параличе, как-то очень положительно на тебя повлиял! Ты стал такой рассудительный, и кажется, что тебе намного больше лет, чем на самом деле есть! Похоже, в отличие от меня, ты думал о правильных вещах! Вспоминал, небось, в медитациях все, чему нас учили преподаватели?

Разубеждать сестру не стал. С девяти лет я был на войне, а там каждый год можно считать за два, а то и три обычной жизни. Станешь тут рассудительным, конечно – ведь тот, кто не умеет раскинуть мозгами, долго не проживет! Ну, а то, что я иногда совершаю импульсивные поступки, это не совсем и авантюрное поведение. Скорее, выработанная на войне интуиция. Словно кто-то говорит тебе – вот появился шанс на то, что твой рискованный поступок сработает твоим боевым товарищам на благо. А ты молодой, ты готов рисковать, ты хочешь, чтобы твоей смелостью восторгались, – вот и бежишь, используешь этот шанс.

Сестра прервала мои размышления:

– Ну хватит, не вспоминай больше про паралич, это я виновата, что затеяла этот разговор! А то совсем лицо суровое стало! Все позади, успокойся, братик!

Как я и предсказывал, отец нисколько не удивился тому, что сестра начнет зарабатывать портняжным делом. Лишь посетовал на то, что наша финансовая ситуация заставляет его согласиться с предложением, полученным дочкой.

Сестра была очень довольна, но я ей сказал:

– Теперь тебе придется много времени отсутствовать дома, раз уж ты якобы работаешь в городе! И еще нужно будет договориться в одном из портняжных домов, что ты там работаешь, а то вдруг отец захочет посетить тебя на рабочем месте! Думаю, золотой монеты будет достаточно, чтобы они тебя прикрыли в таком случае!

На следующий день мы отправились в город. Оставив сестру прогуливаться по лавкам в поисках рабочего места, я отправился к таверне «Веселый охотник», где