Ученик - Беличенко

В тот же миг демона, что хотел рвануть на Яна в атаку, снесло к стволу дерева, на котором также мерцали нити, что виднелись и на теле демона, привязав тело одержимого ребёнка к дереву.

— Убью! Сожру! Я сожру твои потроха! Убью весь твой род! — Взвыл демон, неистово высвобождая ауру силы начиная дёргаться, в потугах разорвать путы, что врезались в плоть.

— Начали! — Заорал Гин, перекрикивая вой ветра, и влетел в тело Яна, но при этом, не беря полный контроль над телом, а занимая лишь часть.

В тот же миг аура Яна, оранжевым заревом огня, вспыхнула в разные стороны, а руки парня в громком хлопке ладонями сложились вместе перед грудью.

Ладони парня разъединились и вновь ударились друг об друга, а центр формации Яна словно взорвался, начиная закручивать вокруг себя четыре элемента стихий.

По оранжевой ауре Яна сразу побежали, словно росчерки электрических разрядов, сияя зелёным, бледно-голубым, красным, и синим свечением.

Доля секунды и Ян вместе с Гином вновь хлопнули в ладони, и слили воедино ураган, что образовался из элементов стихий, сливая его с духовным лотосом.

В этом моменте время словно остановилось, и Ян, как, и учитель словно угодили во всепоглощающий поток, что мог уничтожить всё на своём пути. В центре же этого стихийного урагана находился центр формации Яна, что трепетал и готов был в любой миг разлететься на сотни кусков. Но учитель и ученик вместе держали контроль над слившейся воедино энергией, что сейчас разрушала лотос.

Противостояние воли, энергий и духа, длилось словно вечность, пока лотос не вспыхнул белым туманным заревом, объединив и слив в себе все четыре нераздельных, но противоборствующих элемента стихий.

В этот миг у Яна брызнула носом кровь, а аура стала быстро сереть, а вместо разноцветных всполохов, стремительно стали появляться белые и чёрные росчерки электрических разрядов.

Сырая листва и ветки, что находились под ногами парня стали подниматься вверх, и в этот момент демон, издав рычание, разорвал путы и рванул в атаку.

В то же время аура Яна устремилась, словно столб света вверх, а парень, разорвав связь сомкнутых ладоней, закрутился в стойках, после чего выбросил в толкающем ударе обе руки навстречу демону, а из тела Яна отделился Гин, чуть видимый, как белёсый туман.

— Дальше сам, — беззвучно прохрипел учитель, видя, как из ладоней ученика вырвались тонкие цепи и устремились к демону.

Издавая звуки священных колокольчиков, и лязг звеньев, цепи влетели в тело демонической твари, и обвили с плеч до бёдер, а по ним побежали росчерки чёрно-белых энергетических разрядов.

— Ааааа! — Взвыл, словно от ужасающей боли связанный демон. — Чёртов лекарь! Я разорву твою плоть! Выпью твою кровь! Я уничтожу всех, кто тебе дорог! Я надругаюсь над их плотью и сожру души! — Метался в цепях демон, неспособный пока, получить свободу.

Ян же сильнее сжал цепи, и они ещё больше стянулись на теле демона, сотрясая его словно электрическими разрядами, что причиняли невыносимую боль адскому существу.

— Сожру! Я сожру всех! Ааааа! — Демон рухнул на колене, дёргаясь в путах, что надёжно сковали тело.

— Ты никого не сожрёшь сука! — Прорычал в голос Ян кровавыми губами по уголкам, которых текла кровь, и дёрнул на себя цепи.

Под крик боли, что могла быть только при агонии, через тело мальчика прошли цепи и выдернули из него уродливое существо.

— Будь ты проклят лекарь! Я проклинаю тебя самой тьмой! — Верещал валяющийся на земле связанный демон, пылая тусклой красной грязной аурой, а его жёлтые глаза светились всепоглощающей ненавистью.

После вытаскивания демона из тела ребёнка, отродье тьмы стало куда сложнее сдерживать, от чего Яну пришлось усилить контроль, и из-за этого у парня на секунду потемнело в глазах.

Словно почувствовав слабину лекаря, демон истошно зарычал и стал кататься по земле, стараясь скинуть цепи.

— Держи контроль! — В секунду за спиной Яна возник Гин и прислонил свои ладони к спине парня.

Яну сразу стало легче, и даже жгучая разрывающая его на части боль, исходившая из его центра формации, словно отступила.

— Ещё немного Ян! Надо продержаться ещё немного! — кричал за спиной парня призрачный лекарь. — Завершай работу! Я с тобой! Давай!

— Да мастер. — Выдохнул Ян и сделал вращательные круговые движения рукой, перетекая вперёд в новую сойку.

Аура парня вновь затрепетала, словно белое пламя на ветру, а впереди в метре от Яна засветилась земля, по которой забегали бело-чёрные энергетические молнии.

Ян же стал с надрывом поднимать ладонью вверх левую руку, словно на конечность были навешаны неприподъёмные груза.

— Гори! Гори в аду призрачный лекарь! И весь твой род до сотого колена! — Взвыл блажью демон. — Будь ты проклят! Проклят!

Меж тем из места, где светилась земля, стал подниматься столб, который напоминал, как устрашающую по виду двустворчатую дверь, так и саркофаг, что светился бледно-бело-серым призрачным свечением.

Когда рука Яна с надрывом поднялась выше головы, саркофаг полностью явил себя из земли, и его двери распахнулись перед демоном.

— Нет! Я убью тебя! Сукин сын! Ты сдохнешь в муках! Ты сдохнешь, как и твой учитель! — Заорал во всё горло демон, а Ян, перехватив цепи, что проходили через саркофаг, стал тянуть их на себя, волоча исчадье ада прямиком в двери, распахнувшиеся перед демоном.

Звон цепей и звук священных колокольчиков перемешался с воплями проклятий демона, что, оставляя за собой грязевой след, приближался к саркофагу.

Раскаты грома и росчерки молний рассекали ночную тьму, что обрушивалась на землю проливным дождём, а Ян из последних сил затянул демона в двери саркофага, что захлопнулись за исчадьем ада, после чего, подкинув цепи в воздух, хлопнул в ладони, соединяя их вместе.

В тот же миг цепи оплели саркофаг, который вспыхнул белым огнём, а предсмертный вой сгорающего демона огласил не только место смерти отродья тьмы, но и большую часть леса.

Горящий белым пламенем саркофаг вновь исчезал в земной тверди, вот только больше из него не доносилось ни одного звука.

Рвотным позывом к горлу подступила кровь, и Ян, изрыгая струю крови, упал на колени, видя, как земля расплывается перед его глазами.

— Отличная работа! — откуда-то сбоку доносились слова учителя, а Ян тяжело дыша, завалился на жопу, подставляя лицо нескончаемому потоку дождя, которым разразились чёрные ночные небеса, озаряемые белыми вспышками молний, словно приветствуя его победу. — Чуть не сдохли! Но это в прошлом! Ох! Я слишком мёртвый для таких свистоплясок.

— И что теперь? — Ян повернул голову на Гина, который расплывался у него надвое.

— Как что? Добро пожаловать в наш призрачный бестиарий мой ученик. Теперь твои мучения. Ох. Обучение только начинается! — Зловеще захохотал призрачный лекарь.

— Что⁈ — Не веря своим ушам, прохрипел Ян, давясь кровью. — Твою мать.

— Что? — встало перед парнем два Гина, заглядывая в лицо. — Ты что не рад, что ли?

— Рад, конечно, — вымученно улыбнулся Ян, и перевёл взгляд на валяющееся без сознания тело ребёнка, а потом дальше в сторону. Где лежала Юмей. — А как я этих-то поташу?

— Как-как? За ногу да волоком. — Заржал Гин, чувствуя смертельную усталость, но в то же время неописуемое облегчение и гордость, за своего ученика. Что, даже узнав, что он теперь призрачный лекарь, хоть пускай и не полностью. Думает в первую очередь о других, а не о себе.

Дождь продолжал идти проливным потоком, а ветер шатал кроны деревьев, отрывая листья, унося прочь, а Ян, кряхтя и шатаясь, пёрся по лесу, таща на плече Юмей и подмышкой Яро. То и дело, спотыкаясь об коряги и коренья, Ян бубнил невнятные проклятья.

— Чтоб я ещё, где остановился на отдых. Да ни враз. Всё отдохну и в путь. Нигде блин сворачивать до академии не буду. Хватит с меня приключений. Хватило блин. Чуть не помер.

Поскользнувшись на сырой листве, Ян изверг невнятные ругательства и пошёл дальше. Понимая, что, скорее всего, он заплутал в этом чёртовом лесу, в котором темно, хоть глаз выколи.

Так, оно и вышло. Когда Ян выперся из леса, то понял, что оказался на каком-то поле.

— Ну и как вывозить это дерьмо? — Обречённо взвыл