Тропой Гнева - Виктор Викторов

— Точно, ты же пришлый, — бывшее нахмуренным, лицо моментально разгладилось. — Теперь понятно. Да, с такой высоты что угодно можно поломать, согласен.

— Так что, продадите?

— Продам, отчего не продать, — пожал он плечами. — Две с половиной тысячи золотых и забирай.

Озвученная сумма была явно завышенной, но, чтобы в такой ситуации торговаться, нужно быть идиотом.

— Идёт! — повеселел я. — А скажите, сложно научиться профессии кузнеца? — поинтересовался я после того, как части доспеха перекочевали в мой инвентарь, а кошелёк заметно полегчал.

— А тебе-то это зачем? Вашему брату же только сражения с приключениями подавай. А как в кузне день простоять, так сразу желание и пропадает, — осклабился он. — Не выйдет из тебя кузнеца, парень, — смерив меня оценивающим взглядом, припечатал он. — Если ты, конечно, не из праздного любопытства интересуешься.

— Почему это не выйдет? — мне стало немного обидно. — С чего такие выводы? Или вы в каждом способны разглядеть талант изначально? Может я прирождённый кузнец, только необученный.

— У тебя есть несколько свободных лет, для изучения того, к чему нет стремления, и собственная кузница? — выгнул он бровь. — Не думаю. А чтоб окончательно снять все вопросы… — он вытащил из бочки с водой тонкую полоску металла и, вытерев с неё воду рукавицей, протянул мне. — Как ты считаешь, в чём особенность этой заготовки?

Взяв в руку будущий меч, я вчитался в описание.

«Заготовка для «Меча стражника».

По какой-то причине, незаконченный кузнецом Стефаном меч.

Класс: редкий».

М-да, более подробное описание нужно ещё поискать. Ну хоть выяснил, что эту перекачанную будку с мясом, оказывается Стефаном зовут.

— Прямой меч. С начала рукояти и до середины лезвия идёт кровосток, — отдал я ему заготовку назад. — Что ещё можно здесь определить? Он же незаконченный.

— Именно об этом я и говорю, — ухмыльнулся Стефан. — Сколько кусков железа использовалось для его изготовления? Насколько сильно зашлакован металл?

— А я откуда знаю?

— Вот и я об этом. Да и обозвав дол кровостоком, ты сразу дал понять, что никогда в жизни не интересовался не только кузнечным делом, но и холодным оружием, в принципе. А то, что ты даже не придал значения тому, что дол изначально выкован, а не выточен… — кузнец сделал паузу, давая мне возможность самому догадаться, что сие должно означать. — Не твоё это, парень.

Мысль, что мне придётся стоять за наковальней неизвестно какое количество времени меня угнетала, но не настолько, чтобы взять и с лёгкостью отступиться от раскрытия потенциала полученной специальности. Именно поэтому я попробовал зайти с другой стороны.

— Да ладно вам, мастер Стефан. Вы хотите сказать, что сами, когда начинали знали всё тонкости?

— Конечно знал! — возмутился он. — У меня отец был кузнецом. И дед. И прадед. Я кузнечные щипцы в детстве держал чаще, чем вырезанные отцом игрушки, чтоб ты знал.

— Но кто-то же в вашем роду был первым? — прищурился я.

Кузнец, собиравшийся что-то добавить, как-то странно на меня посмотрел, а потом принял решение:

— Хорошо. Если до утра не передумаешь, жду тебя. Посмотрим, можно ли из тебя что-то вылепить, — кузнец развернулся, давая понять, что разговор окончен. — У меня много работы.

К Эйкену я решил зайти попозже, после того, как выясню, что из себя представляют доставшиеся мне руны. Проводить испытания в черте посёлка я посчитал не очень хорошей идеей, поэтому пришлось идти к главным воротам.

— Светлых дней, Нис, — поприветствовал я знакомого стражника, на месте которого я никогда не видел никого другого. — Ты вообще когда-нибудь меняешься?

— И тебе того же, — Болтун лениво почесал щёку. — Никак за стену собрался? — проигнорировал он вопрос.

— Да, решил прогуляться, — брошенная ветром в лицо пригоршня снежной крупы заставила запахнуть ворот куртки и набросить капюшон.

— Удачи, — пожал плечами он. — Охотники тут говорили, что неподалёку снова волчью стаю видели, так что ты там поосторожней.

Я решил не удаляться далеко. Наткнуться на какую-нибудь крупную зверюгу у меня сейчас не было никакого желания, а вот найти в качестве подопытного зверька кого поменьше — вполне можно.

Сейчас посмотрим, что ты такое…

Представив перед собой очертания руны Соул, напитал её Мглой.

«Знак Удачи Соул».

«Получено благословение «Холодный расчёт».

Меткость +10.

Тип: обычное, индивидуальное.

Срок действия: 10 мин.

Нельзя применить на отряд.

Эффект не суммируется с подобными благословениями».

«Весьма неплохо», — пришлось признать мне.

Даже факт, что «благо» можно применять только на себя и только раз в час, ничуть не сказывался на его полезности. Здесь единичка, там процентик, и у тебя уже имеется хорошее преимущество перед вероятным противником.

Спустя полчаса, когда обошёл весь Мирт по кругу, два раза умудрившись влезть в сугроб, понял, что никого я здесь не встречу. То ли все впали в спячку, то ли мелкое зверьё пугает близость посёлка, непонятно.

— Как всегда, — пробурчал я себе под нос. — Когда нужно, вас хрен найдёшь.

Не знаю, какие боги услышали мои молитвы, но я даже не успел среагировать, когда прямо перед носом из-под снега взметнулся гибкий силуэт. По перепонкам стегануло визгом, граничащим с ультразвуком, а следом прилетел «дебаф» наложивший на меня «Оцепенение» на две секунды.

«Внимание!

Вы атакованы!».

«Получен урон -2700 НР».

Вцепившись в левую ногу, тварь попыталась меня повалить на землю, но не преуспела.

«Получен критический урон -4200 НР».

Заорав, изо всех сил рубанул по ней мечом несколько раз. Только после этого она соизволила отцепиться и резко разорвала дистанцию, пригнув холку к земле и оскалив широкий частокол мелких зубов. Хлестнув себя по бокам чёрным хвостом, существо прыгнуло. Но сделала это настолько медлительно, что я, несмотря на боль в ноге, спокойно ушёл с траектории движения, успев зацепить её кончиком клинка.

Долбанный трясун! Откуда он здесь вообще взялся, да ещё и один?

Из книг, которые мне давал читать Рамон, я помнил, что трясуны — стайные животные, причём довольно трусливы, что сейчас не вязалось с поведением этой конкретной особи. Как правило, встречаются они преимущественно в местах заболоченных, или в подлесках. Реже на них можно набрести на местах свежих захоронений, так как они любят полакомиться падалью.