Сын леса - Тимофей Иванов

Когда настоятель Хэймэ вызвал его к себе, удостоив тем самым личной аудиенции, монах обрадовался и ждал похвалы, которую даже получил за свои труды, но кроме неё главный духовный наставник произнёс роковую фразу:

— У меня будет к тебе несколько необычная просьба, Вэй.

— Я сделаю всё что в моих силах — с достоинством поклонился на это монах.

— Тебе следует отправиться из стен монастыря и встретить караван ремесленников. Ты должен будешь прибыть с ним в поселение на границе со Смертолесьем и остаться там на некоторое время, держа глаза и уши открытыми. Было бы совсем идеально, если бы ты смог стать уважаемым там человеком, к чьим советам прислушиваются.

— Могу ли я узнать, зачем это необходимо? — задал вопрос монах, слегка опешив.

О том, что некоторые его братья занимаются не только своими прямыми обязанностями он разумеется знал. Сам Вэй предпочитал служить в странствиях, двигаясь с места на место, но некоторые его коллеги порой на годы или даже десятилетия останавливались в крупных городах. Ведь город это всегда большое скопление людей, которых тоже следует лечить и наставлять, а при нужде изгонять злых духов, которые оказываются привлечены негативными эмоциями, сконцентрированными в одном месте. Не редко такие монахи становятся вхожи в дома знати, как благодаря искусству врачевания, так и из-за своего умения отделять правду от лжи. Храмы не вмешиваются в политику, но по мере сил держат руку на её пульсе, а так же принимают пожертвования, которые идут на обучение и снаряжение новых членов орденов, вроде посохов из небесного дуба.

Только вот сам Вэй предпочитал именно странствовать, а кроме того не очень одобрял то, что некоторые его собратья уделяют куда больше своего внимания знатным или богатым людям, нежели простым. А ещё твердо знал, что шпион он паршивый и сможет вызнать разве что то, что увидит своими глазами или то, что ему расскажут по доброте душевной.

— Это довольно занимательная история, брат Вэй — усмехнулся настоятель — Доводилось ли тебе слышать о братстве охотников Смертолесья, что презрели свои титулы ради бесконечных схваток с небесными зверьми и защиты людей?

— По правде сказать мне рассказывали нечто подобное, но я не придал этому значения. Среди крестьян ходит множество легенд, но на поверку все они оказываются лишь словами.

— Это так, но к моему удивлению данная история похоже имеет под собой некоторые основания — огладил седые усы настоятель — Года четыре назад в Шэлтэ появились люди, начавшие продавать шкуры, клыки, когти и кости небесных зверей, а так же волшебные травы из глубин северного леса. А кроме того они спасли людей, которых захватили и везли на продажу к рабскому торгу, включая Афэну и Мэриму из рода Сэгондэ. История была бы обычной, некоторые бывшие ополченцы, а порой и благородные люди ходят в Смертолесье за его дарами, презрев риск. Но в данном случае некоторые вещи выбивались из привычной картины.

Проговорив это, настоятель разлил чай, придвинув пиалу и Вэю, а потом продолжил:

— В данном случае охотники считались людьми простонародными и с их стороны было бы логично, получив награду от родичей спасённых дев, пойти к ним на службу. Но они предпочли вновь уйти в малую деревню на границе с северным лесом. А потом появились в городе вновь с его дарами. А потом и ещё раз и ещё.

— И правда необычно — согласился странствующий монах — Насколько я знаю даже один удачный поход туда может настолько обогатить простолюдина, что тому больше никогда не придётся работать. Не говоря о очевидной милости, которую они могли получить от семьи Сэгонда.

— Всё так — степенно кивнул настоятель, а затем продолжил — Но тем не менее они предпочли продолжить свою охоту, как считалось. А главное выяснилось, что наиболее сильный и при этом молодой охотник вообще не явился за своей наградой. Седьмая ступень Лестницы ветра в возрасте десяти двенадцати лет, подумать только. И такая скромность. Не говоря о том, что Афэна практически его ровесница.

— Очевидно ему была не интересна не благодарность провинциальной семьи, ни такая невеста. Такая сила в таком возрасте… Не припомню таких уникумов ни в княжеских, ни в королевском роде. Разве что в старых легендах — кивнул сам себе монах, мысленно усмехнувшись тому, что именно с слов о легендах они и начали.

— Некоторые так же грешили на высокие рода, но вскоре вылезла новая странность. Ромул, как зовут юношу, появился в городе в одежде простолюдина, даже не воина. А вскоре и вовсе начал одеваться вместе с остальными охотниками в одеяния, лишённые всяких украшений, переплюнув в аскезе даже нас.

— Но при этом я не слышал, чтобы на границе со Смертолесьем был основан некий новый храм — слегка нахмурился Вэй.

— Если они и монахи, то очень странные — усмехнулся в усы настоятель — Большая часть «монахов» женаты, а ещё отличаются гордыней, что превосходит их аскезу, не перед кем не склоняя голов и не сгибая спин. Но при этом не требуя поклона даже от последнего золотаря.

— Воистину необычно — проговорил монах.

— Без сомнения. Когда брат Шэно сообщил мне об этом, я даже погрузился в чтение старых свитков нашей библиотеки, потому что ещё мой наставник говорил о чем-то подобном про наш орден. И действительно нашёл упоминание о том, что столетия назад наши братья лишь склоняли голову даже перед королём, но спину только перед самим Небом. А кроме того нашёл упоминания о древних магах