Мастер душ - Илья Ангел

стражника полностью покинула его тело, я смог, наконец, отнять руку от его тела. К этому моменту, вся комната уже была полностью покрыта толстой коркой льда. Оборотень во все глаза смотрел на меня, обхватив себя руками, и частично трансформировался, обрастая золотистой шерстью, чтобы хоть немного согреться. Жаль беднягу, если бы я знал, что происходит, то явно не допустил бы того, чтобы кто-то помимо охранника графа пострадал.

Внезапно я ощутил жуткую тяжесть во всём теле, словно каждая мышца налилась свинцом. Любое, даже самое незначительное движение давалось мне просто с невообразимым трудом. Вся жизненная энергия мужчины бурным потоком текла внутри меня, вплетаясь в синие нити магии. Пустое ядро пульсировало, чем вызывало ещё большие колебания магии. Сформированное кольцо ранга подмастерья начало бледнеть, а вся сила, из которой оно состояло, неожиданно начала распадаться плотной дымкой и проникать внутрь ядра, заполняя его и окрашивая в зеленоватый цвет. У меня перехватило дыхание, и я согнулся пополам, чтобы унять боль в груди и протолкнуть хоть немного воздуха в лёгкие.

К счастью, примерно через две минуты все неприятные ощущения прошли, а ядро полностью наполнилось и начало испускать из себя изумрудное свечение, которое окрашивало нити магии в точно такой же цвет. Кольцо второго ранга не распалось, а стало тонким, едва видимым взгляду. Как-то так получилось, что два вида магии слились воедино. Магия душ подпитала магию ядра, полностью сформировав оное того же ранга. Ведь, насколько я помнил, зелёный цвет ядра отвечал за второй уровень магического развития. Получается, как и предполагал ранее, магия этого мира всё же каким-то образом связана с душой и её энергией. Но почему это произошло именно сейчас? Хотя, мне кажется, я знал ответ на этот вопрос.

Лёд в камере начал стремительно таять под действием из ниоткуда взявшегося тепла и жаркого воздуха. Я посмотрел в сторону коридора через обледеневшую решётку, но никого видно не было. Как и не было слышно никаких звуков. Странно, конечно. Сомневаюсь, что подобные звуки и магические всплески были обыденностью в застенках темницы графа Разумовского.

— Что происходит? — спросил меня Сергей, забираясь с ногами на кровать, чтобы выйти из лужи воды, которая доставала ему уже по щиколотку. Трястись он перестал, но согревающую его хоть немного шерсть всё ещё не убирал.

— Я не до конца уверен, но…

Договорить я не успел. Поднявшийся из ниоткуда ветер образовал вокруг меня вихрь, в который постепенно собиралась вся вода в камере. Я стоял в центре этого водоворота, который всё увеличивался в размерах, не в силах пошевелиться под действием исходящей из него силы. Ядро ярко засияло и вся накопленная во мне энергия, включая жизненную неудачливого охранника вырвалась из моего тела, вплетаясь в этот магический смерч.

Стало очень тихо. То ли я оглох, то ли бушующая в камере магия заглушила все посторонние звуки. Стало холодно и противно, будто огромная змея обвивала моё голое тело, начиная с ног и поднимаясь всё выше. Я даже посмотрел вниз, чтобы убедиться, что ничего подобного нет и в помине. И тут я услышал шёпот. Мне не удалось разобрать, что говорит и кто, настолько шипящими и рычащими были звуки, да и язык этот я точно не знал.

— Кто здесь? — уверенным громким голосом спросил я, но мне никто не ответил, только шёпот стал гораздо громче, будто доносился совсем рядом с моим ухом.

Водоворот всё набирал обороты и начал приближаться ко мне, деформируясь, образовывая какую-то фигуру, в центре которой находился я, подпитывая этот смерч всей доступной мне силой. Я пытался хоть как-то контролировать это явление, но ни один вид магии мне не подчинялся, собственно, как и моё тело. Я словно был обычной батарейкой, из которой этот вихрь тянул энергию.

Шёпот внезапно оборвался, когда в моём теле не осталось ни крупицы магической энергии. Даже ядро, которое ещё совсем недавно заполнилось первозданной энергией, стало вновь пустым. Пошевелиться я всё ещё не мог, поэтому с замиранием смотрел, как вихрь резко распался, опускаясь плавно вниз, а затем начала собираться снова за моей спиной.

— Пресвятой бобёр, это же водяной змей Светлейшего князя, — донесся до меня испуганный голос оборотня, и в тот же момент я упал вниз от накатившей слабости.

Я опустился на одно колено, потому что полноценно встать не получилось, и повернул голову, глядя себе за спину.

Огромный магический змей, переливающийся всеми возможными цветами от светло-голубого до синего. Он возвышался надо мной, глядя своими бездонными, как глубины океана глазами, прямо в ядро моей души. Энергия, исходившая от него пульсирующими волнами, чуть ли не сбивала меня с ног, однако, мне каким-то чудом удавалось оставаться на одном месте.

Пронзающий ледяной ветер снова поднялся в камере. Но теперь он с лёгкостью вырывал прутья стальной решётки, закрывающей вход, и отбросил их в коридор, где они с жутким грохотом ударились о каменные стены, находившиеся напротив этого помещения. Камни с потолка начали сыпаться, только чудом не погребая нас под своим весом.

Змей вскинул голову и, высунув длинный язык, зашипел. Именно этот шёпот я слышал ранее, но сейчас он был громче, а волны звука, которые исходили при этом, с лёгкостью пробили стену, рядом с которой стоял, замерев в одной позе, превратившийся полностью в человека оборотень.

Было немного жутковато. Особенно оттого, что я не представлял, что могу сделать с этим воплощением магии. Сил у меня не было, магия душ истощилась полностью, и теперь кольцо второго ранга восстанавливалось за счёт первозданной энергии моей души. Я должен был взять это существо или кем оно являлось под свой контроль. Это действительно было истинным воплощением семейного дара рода Уваровых, и сегодня, в день моего четырнадцатилетия, он смог пробудиться, используя для этого не только энергию магии душ, но и жизненные силы охранника Разумовского.

— Сделай что-нибудь, — едва слышно прошептал Сергей, и змей резко замолчал, поворачивая свою огромную ледяную голову в его сторону.

Тряхнув мордой и снова высунув язык, змей направил свой взор на меня и, раскрыв пасть, резким движением устремился ко мне, в одно мгновение заглатывая моё тело. Я даже не стал уклоняться, каким-то шестым чувством определяя, что дух вреда мне не принесёт.

Волна