Манускрипт - Геннадий Борисович Марченко

— Я рад, что мы понимаем друг друга. А раз вы хотите, чтобы наш общий дом стал чуточку лучше, то наверняка не откажетесь выполнять для нас кое-какие поручения.

Он произнёс эту фразу утвердительно, и я не мог не поинтересоваться:

— Наверное, я для вас весьма важная шишка, если меня вербует лично директор ФБР, да, мистер Гувер? Что ж, приятно это сознавать… А могу я узнать, какого рода поручения вы собираетесь мне давать?

— Сначала я хотел бы получить от вас принципиальное согласие.

— Вот даже как… А если я откажусь с вами сотрудничать?

— Клайд, — обернулся он к своему помощнику, — ордер на задержание нашего друга всё ещё у тебя? Дай-ка его сюда.

Гувер взял у Толсона свёрнутый вчетверо лист бумаги, поднялся, подошёл к моей тахте и развернул документ перед моим носом.

— Как видите, я вас не обманываю, мистер Бёрд. Ордер за подписью Генерального прокурора Соединённых Штатов Фрэнсиса Биддла. Он тоже в курсе вашей биографии, во всяком случае, интересующей закон части. Хотите, я обрисую ваши перспективы на ближайшее будущее, если вы продолжите играть в героя и нам придётся этой бумагой воспользоваться?

Я молчал, глядя, как Гувер сворачивает ордер и прячет его во внутренний карман своего пиджака.

— На вас наденут браслеты и погрузят в самолёт, следующий ближайшим рейсом в Нью-Йорк. Спасибо вам, что расстарались на аэропорт, иначе пришлось бы конвоировать вас поездом до Лос-Анджелеса, а оттуда уже только лететь самолётом на Восточное побережье. Ваши счета также будут арестованы. Вам предоставят самого паршивого адвоката, потому что без денег и влиятельных друзей — ну разве что Уорнер вдруг решит за вас вступиться — на хорошего адвоката можно не рассчитывать. Затем будет утверждён обвинительный акт, на основании которого… Кстати, вы предпочитаете обычный суд или суд присяжных? Ну, предположим, суд присяжных вынесет вам обвинительный приговор, и вас до конца ваших дней упекут в Синг-Синг. Поверьте, минимальный срок, который вам светит, тридцать лет. Вряд ли вы доживёте до того дня, когда вас выпустят из тюрьмы. А если вам всё же повезёт, то на свободу вы выйдете жалким больным стариком без единого зуба во рту. Но почему-то я уверен, что свои дни вы кончите за решёткой, а похоронят вас как приблудную собаку за тюремной оградой. И поверьте, вся ваша жизнь в тюрьме превратится в настоящий ад. Вас поместят в камеру к чернокожим, уж насчёт этого мы позаботимся. Вы станете для них аппетитной белой девочкой и каждую ночь будете ублажать их сексуальные потребности. Тем временем весь ваш бизнес будет национализирован, как основанный на грязных деньгах. Отель, казино, фабрика, телерадиокомпания, ваша доля аэропорта — всё перейдёт в руки государства. Поверьте, Соединённые Штаты будут только рады такому подарку. Может, зря я тут перед вами распинаюсь, а, мистер Бёрд? По-моему, обрисованный мной вариант даже предпочтительнее того, что я вам предлагаю в качестве альтернативы.

— Я тоже так думаю, — подал голос Толсон. — Но раз уж мы здесь, босс, наверное, неправильно будет давать обратный ход?

— Верно, Клайд, в ФБР работают люди чести, поэтому первоначальное предложение действительно ещё, — Гувер кинул взгляд на часы, — ещё три минуты. На вашем месте, мистер Бёрд, я соглашался бы. Время пошло.

Я прикрыл веки, откинувшись на подушки тахты. М-да-а, обложили, суки, так, что реально хрен куда дёрнешься. А я-то, дурилка картонная, уж было успокоился, поверил, что всё в жизни идёт по накатанной. Что испил я свою чашу до дна, и теперь кто-то свыше будет мне всячески благоволить. Ага, как же, раскатал губу! Вот он передо мной стоит, мой злой рок. Стоит и ждёт моего решения. И каким же оно будет? Правильно, геройства в моей жизни уже хватало, пора стать более покладистым. Тем более Гувер пусть и не Ежов, но и за ним стоит огромная государственная машина, которая легко сотрёт меня в порошок. Попытаться сбежать, устроив драку с перестрелкой? Очень скользкая затея, и, скорее всего, меня повяжут или подстрелят. Даже если получится, то прятаться по крысиным углам до конца жизни — не самая лучшая перспектива.

— Сколько там ещё у меня времени осталось? — спросил я с наигранной ленцой, открыв глаза.

— Тридцать секунд.

— Что ж, вам удалось меня уговорить.

— Вот и замечательно, — вполне дружелюбно улыбнулся Гувер. — Я не сомневался в вашем здравомыслии, мистер Бёрд. — Он протянул руку, которую мне, поднявшись с тахты, пришлось пожать. — Итак, раз вы согласны, поговорим о деле. Сейчас мы не просим от вас слишком многого. Не хотим вас подставлять под возможный удар. И эта наша встреча, надеюсь, останется между нами?

— Если только не проболтается мой портье. Ведь именно он дал вам запасной ключ от моего номера?

— Уверяю вас, он не проболтается. Итак, насколько я знаю, у вас довольно неплохие отношения с Мейером Лански. Может, они и не выходят за рамки деловых, но вы уж точно не враждуете, как это было два-три года назад с некоторыми представителями организованной преступности Нью-Йорка.

— Лански мне кажется из всех них наиболее адекватным, — согласился я. — Может, потому, что у евреев, по сравнению с итальянцами, с нервами как-то получше. А вы, часом, не пытались завербовать самого Лански?

— Лански на нас не работает, пока во всяком случае, — посерьёзнел Гувер. — Может, с вашей помощью и удастся с ним договориться, но подобраться к нему не так-то просто. Находите предлоги, чтобы общаться с ним почаще, выводите его на более откровенный разговор, но не делайте это слишком навязчиво, чтобы не вызвать подозрений. Нам нужно знать, что происходит в организации, что они планируют, чем живут…

— Вряд ли Лански будет со мной настолько откровенен, — усмехнулся я. — Тем более он уже с неделю как куда-то исчез.

— Лански сейчас на Кубе, обстряпывает свои делишки с игорным бизнесом. А оттуда, насколько я знаю, летит на Багамы. Вот по возвращении и поговорите, может, что-то узнаете. В конце концов, вы почти земляки, он же из… м-м-м… Гродно, да Клайд?

— Всё верно, босс.

— Он из Гродно, это бывшая Российская империя, вы наверняка общаетесь с ним на русском, невольно чувствуя друг к другу симпатию и расположение. Поверьте, общие корни на чужбине многое значат. А было бы замечательно, познакомься вы поближе и с главами других кланов. Конечно, это дело не одного дня и даже не одного года, может, вам вообще не удастся наладить с ними тесные отношения, но попытаться всё же стоит.