Сны разума - Олег Таругин

– Вот и я, знаешь ли, тоже… не думал, – криво усмехнулся я, оглядывая предоставленное мне помещение совершенно иными глазами. Диван, старенький платяной шкаф, застеленный клеенкой манипуляционный столик с электрочайником и несколькими разномастными чашками на поверхности, обшарпанные напольные весы и под стенами целых три аптечных шкафа со стеклянными дверцами, закрытыми на новенькие висячие замочки. Есть ли внутри медикаменты, я не интересовался: рассмотреть содержимое сквозь матовое стекло было невозможно. Помнится, в далекие студенческие годы мой друг Андрюха, со второго курса подрабатывающий дежурствами в санаториях, хранил в подобном шкафу литровую бутылку водки с отпугивающей непосвященных этикеткой «Наружное. 50 %-ный раствор перекиси водорода». Честно говоря, до сих пор не знаю, бывает ли пергидроль такой концентрации и в таких объемах – скорее всего нет…

Этим весь небогатый и в общем-то вполне обычный интерьер врачебной «дежурки» и исчерпывался. Ну и где тут можно спрятать обещанную Колей кучу «всяких хитрых приборов»? Или можно? Например…

– Догадались, Виталий Игоревич?

– Шкафы? – До меня наконец дошло, что именно было странным при осмотре: аптечные шкафы стояли под каждой из трех стен помещения. Под четвертой стояли гардероб (тоже запертый) и диван. Значит, точно, шкафы. То-то мне замочки такими новенькими показались, будто прямо из магазина!

– Ага, они. Потому и стол так по-дурацки стоит – чтобы вы, типа, в фокусе были. Анатолий Петрович все переживал, что вас именно стол и насторожит…

– Мою прозорливость и звериное чутье он явно переоценил… – мрачно буркнул я. – Честно говоря, и в голову бы не пришло. Кстати, глупости все это: ну вот знаю я теперь, и что с того? Пока мы с тобой на отвлеченные темы трепались, я, например, еще целую главу продумал! Уже, как ты выразился, зная. Блин, ну и к чему вообще все эти шпионские страсти? Вот же любят в вашей конторе недоговаривать! У меня с твоим шефом при каждом разговоре целая куча каких-то новых сведений наружу всплывает. Как, извини, сам знаешь, что, в проруби.

– Да вы ведь и сами догадываетесь почему, – пожал плечами спецназовец. – Аналитики отчего-то посчитали, что, если вы будете знать об этом эксперименте, вам будет труднее писать.

– Ладно, я понял… Собственно, мне Анатолий Петрович о чем-то подобном уже говорил. Раньше. Просто, понимаешь, Коля, смешно как-то получается: неужели они думают, что я сам не хочу разобраться, что происходит? Да я, честно говоря, и не на то б согласился, лишь бы это выяснить! Еще и доплатил, как говорится. Ну и как, интересно, они ухитрились запихнуть в эти стекляшки свои хитрые приборчики? Там же даже полки, насколько я помню, стеклянные?

– Да откуда ж мне-то знать? – обезоруживающе улыбнулся Коля, разводя руками. – Собственно приборы-то в соседней комнате, где лаборанты сидят, а здесь нечто вроде приемных устройств или чего-то подобного – я в этом и вправду не особо разбираюсь. В шкафах, в плафоне вон под потолком, еще где-то… Насколько я понял, вся эта комната – своего рода приемно-передающий контур, в фокусе которого стоит ваш стол.

– Прямо радиотелескоп какой-то! – фыркнул я, допивая пиво. – А ты, надо полагать, должен был, в числе прочего, следить, чтобы я стол с места на место не двигал. А то вдруг решу перепланировку сделать? Так чего мелочиться: надо было его к полу прикрутить… – Я осекся: судя по обескураженному выражению Колиной физиономии, именно это они и сделали.

Не в силах отказать себе в удовольствии, я наклонился, почти сразу же заметив прихваченные к полу новенькие стальные уголки. Сдерживаться и дальше сил уже не было, и я совершенно искренне расхохотался. Спецназовец смеяться не стал, еще больше помрачнев; не удивлюсь, если идея принайтовать стол к паркету именно ему и принадлежала.

– Ладно, я понял. Не удивляйся, Коля, это пока еще не истерика. Считай, что мне просто нужно было слегка сбросить напряжение – не самый легкий денек сегодня выдался, честно говоря. Кстати, а тебе не влетит за все эти откровения? Анатолий Петрович-то, я так понимаю, уже вернулся?

– Да нет, не думаю. Мы изначально так и планировали: самим ничего не раскрывать, но если уж вы догадаетесь, то пусть так и будет. А товарищ полковник вернулся. Скажу вам по секрету – если сегодня с вашей помощью ничего не изменится, то завтра мы собираемся запускать по следам пропавшей, то есть погибшей группы…

– …японского робота с дистанционным управлением, – как-то само вырвалось у меня, заставив спецназовца замереть с раскрытым ртом прямо на середине неоконченной фразы. Выражение моего лица, надо полагать, было не лучшим: откуда я взял про этого робота, я и понятия не имел. Вообще. То есть абсолютно…

– Ну да… – неуверенно протянул Коля, глядя на меня чуть ли не с ужасом. – Мы его у контртеррористов одолжили, они в прошлом году для разведки и разминирования несколько штук закупили. Он, конечно, не везде пройдет, так что планировалось доставить его поближе, а дальше уж… А откуда вы?! – не выдержал наконец он.

– Не знаю, Коля… – Я закурил, пододвинул пачку поближе к спецназовцу. – Просто вдруг понял, что знаю, что ты сейчас скажешь… Блин, нет, не так! Не то говорю! Вот так, наверное: знаю, что вы собираетесь сделать…

Мы замолчали, ошарашенно затягиваясь внезапно потерявшими привычный вкус сигаретами.

Примерно на пятой затяжке в дверь без стука вошел Анатолий Петрович.

– Ваш бы, Анатолий Петрович, оптимизм – да в мирное русло. Так ведь, помнится, в нашем общем социалистическом прошлом говорили? – кисло сообщил я контрразведчику несколькими минутами позже. – Ну и что с того, что я только что брякнул про этого робота? Мог ведь и просто угадать?..

– Могли, – почти радостно сообщил контрразведчик, – но, я так понимаю, не угадали, а предвидели. Или предсказали. А это, согласитесь, две большие разницы, как говорят в вашем прекрасном городе!

– Да уж, прекрасном… Под землей какая-то инопланетная хрень лежит, цены на недвижимость растут, коммунальные услуги опять же дорожают… А тут еще и спецслужбы сопредельного государства плетут свои отвратительные тайные заговоры! Ладно, выкладывайте уж, чего там ваши «лаборанты» намеряли?

Анатолий Петрович разом посерьезнел:

– Ну, о том, что все происходящее в этом помещении фиксируется, вы я, так понимаю, знаете. Так вот, за секунду до того, как вы помянули про робота, наши приборы зафиксировали очень мощный всплеск некоего… гм… излучения. – Увидев на моем лице непонимание, он тут же пояснил: – Помните, мы с вами говорили, что эта штуковина, возможно, отправляет другим таким же своего рода отчеты? Неким образом поддерживает с ними связь? Так вот: если принять то, что фиксировалось в помещении до вашего появления, за фоновый уровень, то ваше «космодесантное» творчество и особенно сообщение об отправке под землю робота наши приборы засекли как пиковое.

– Образно говоря, зашкалило?

– Ну, зашкалить-то не зашкалило, нечего там зашкаливать, это же все-таки не амперметры с вольтметрами, но разница оказалась достаточно существенной. Вот такие пироги…