Союз нерушимый - Влад Савин

А, к дьяволу! Выйдя в точку встречи, как только обменяемся сигналами с "рыбаками" — немедленно высаживать эту шестерку с их барахлом в надувной клипербот, погружаться, и уносить ноги! И надеяться, что британцы тоже заинтересованы получить в целости лодку XXI серии… если только им U-1508 и U-1509 не достались!

Первые три лодки были настолько "сырыми" что их к боевым походам допускать было нельзя, лишь для подготовки экипажей. U-1502 погибла на Балтике в одном из таких учебных выходов в море, без всякой войны, U-1501 осталась в Кенигсберге и наверное была захвачена русскими, если не взорвана перед падением крепости. U-1503, все же переданная 11й флотилии, попалась Полярному Ужасу в первом же походе. U-1506 при непонятных обстоятельствах в Нарвике взята русскими. U-1504 пропала без вести у берегов Португалии. U-1507 в декабре прошлого года сожрал все тот же Полярный Ужас. U-1508 была передана на флот еще осенью, и сразу угодила в ремонт, там умудрились запороть дизеля при прохождении курса боевой подготовки, а так как Киль и Бремен тоже у русских, с ней все ясно. А вот U-1509 пришла в марте в Копенгаген, и что стало с ней после, это вопрос. И вроде, больше новых лодок ни в 11ю ни в 12ю флотилии не передавались, если и были еще готовые, то на Балтике испытания проходили, и теперь вряд ли русские с британцами поделятся!

И разве у нас есть выбор — кроме как надеяться, что англичане сдержат свое слово?

Шли с большой осторожностью — сначала отдалившись от берега в океан, и на север, почти по гринвичскому меридиану, а от широты Нарвика лишь под шнорхелем. Несколько раз замечали русские корабли — два траулера, небольшой транспорт, и пару "охотников", причем в последний раз показалось, что русские что-то услышали — повернулись на лодку и сбавили ход, но Шнее приказал на малошумном режиме нырять на двести метров и отползать в сторону, буквально не дыша. Был категорический приказ, что до высадки группы любые атаки запрещены, разве что в самом последнем случае самообороны. Проклятый полярный день, приходится опасаться самолетов — а впрочем, лучше они, чем Полярный Ужас, от которого спасения нет!

Вот и Бриллианты к моему Кресту — подумал Шнее — уже год как ни один германский подводник не проникал в русские воды так глубоко на восток. В октябре прошлого года, тот неудачник, что после погиб на U-231, вот не могу вспомнить его фамилию, из новичков, получил свой Железный Крест всего лишь за сутки пребывания на позиции, в ста милях к западу отсюда! А после поспешил домой, радуясь что цел — чтобы через два месяца все же попасться Ужасу у острова Медвежий. Господи, хоть я раньше в тебя не слишком верил, помоги — до точки встречи осталось тридцать миль, пять часов хода! Ну а там, выбросить этих, и назад!

Кстати, надо бы и осмотреться на месте. Дизеля стоп, перейти на моторы, шнорхель убрать, оставаться на перископной глубине. И тут раздался крик акустика:

— Пеленг 260, командир, это Он! Я ясно слышал! Теперь тихо, он подкрадывается!

Вниз! И немедленно — однажды спаслись на предельной глубине, может быть, поможет и сейчас? Хотя надежда малая — если Ужасу не нужен воздух, он возьмет нас измором. Мы будем ползти на моторах, сутки, двое, трое, на сколько хватит воздуха и заряда батарей, и утешать себя тем, что возможно, Ужас нас потерял. А когда станем всплывать, то получим торпеду. Штрель у Нарвика спасся лишь тем, что база была близко, и Ужас занялся эсминцами. Нам же не уйти никак — Он видит и слышит гораздо лучше, намного быстрее, и может стрелять под водой. Ну почему конструкторы Рейха не создали столь совершенного подводного убийцу?

— Отмените ваш приказ, герр Шнее — в руке англичанина был пистолет — приказываю вам немедленно всплыть, и высадить нас в шлюпку. А дальше нам придется, на веслах — но думаю, что сумеем.

Приказываю? Я тут командир! И нас сейчас будут топить, кретины!

— Идиот! — заорал англичанин — это корыто, и все ваши жизни, вместе взятые, не стоят успеха нашей миссии! Если мы не сумеем помешать, русские построят еще много таких сверхсубмарин и станут подлинными Владыками Морей! Вы не хотите отомстить Сталину за своих погибших товарищей, да и за себя, черт возьми? Хотите сдохнуть напрасно? Немедленно всплывайте, и дайте нам всего одну минуту, надуть шлюпку, погрузиться и отчалить! А после делайте что хотите, лишь бы увести русских подальше, и чтобы они не поняли, что вы делали на поверхности! Если он стреляет с глубины, то бот не увидит! А потом — я буду молиться за ваши души! Или мы сдохнем все, без всякой пользы для цивилизованного мира!

Остальные британцы были тут же — и с оружием в руках. Готовы начать боевые действия прямо здесь, в ЦП субмарины, и с выражением лиц — тех, кому абсолютно нечего терять. Нельзя сказать, чтобы Шнее испугался — но энергия англичанина как-то заразила и его. И какая была альтернатива — с высокой вероятностью, медленно и мучительно помирать в глубине, без возможности ответить? Или все-таки успеть нанести свой удар!

Моторы на полный, рули на всплытие! Глубомер показал, что рубка уже вышла из воды, продуть среднюю! Тотчас открыли люк, и англичане буквально вылетели наверх, вместе с тюками. Клипербот был уложен в ограждении рубки — его можно было очень быстро раскатать и дернуть за шнур, открывая клапан воздушного баллона. Если не снесет встречным потоком, пока гасится скорость — ну, это уже проблемы британцев! В позиционном положении наружу лишь рубка, продувать носовую и кормовую группу цистерн выхлопами от дизелей, чтобы всплыть полностью, нет времени. Как и тратить на продувание воздух из баллонов — если Ужас загонит нас на глубину, нам потребуется каждый литр. Лодка "тяжелая", а на поверхности волна в метр-полтора, и трудно же будет англичанам выгребать на низко сидящем боте, и сухими не останутся — и положение их немногим лучше, чем просто плавать в спасжилете, особенно если волну еще разгонит, если за полсуток не подберут, покойники с вероятностью процентов семьдесят, вода ведь ледяная, ну а за сутки, и девяносто процентов — вот только у нас, если Ужас возьмется серьез, и малого шанса выжить нет! Если только не поможет то, о чем рассказывал Штрель!

U-1505 погрузилась на двести метров, моторы в малошумный, режим полной тишины, как при бомбежке глубинками. Неужели оторвались? Но нет — акустик крикнул:

— Торпеды в воде! Идут на нас!

Вниз! U-1506 Штреля спаслась потому, что русские торпеды взрывались как раз на глубине двести. Ниже — спасение!

Проскочили глубину 250, подходим к трехстам. Корпус лодки трещит. А торпеды все ближе — русские тоже учли опыт того боя? Господи, прими наши души — мы были честными солдатами Германии!

Они умерли быстро — хотя обе торпеды не попали, а взорвались в пяти-восьми метрах, радиус сработки неконтактного взрывателя, это было еще хуже — "водяной молот" ударной волны легко проломил корпус субмарины, а ворвавшаяся внутрь вода под давлением в тридцать атмосфер смяла переборки как картон. Это случилось за полминуты до того, как должен был взорваться оставленный англичанами заряд в том самом железном ящике, так и лежащем в ограждении рубки — ничего личного, разумная мера предосторожности. И обломки U-1505 рухнули на дно, на шестисотметровую глубину, чтобы лежать там до скончания веков.