Ночь Пса - Борис Иванов

- Он и сейчас так называется! - с досадой остановил речь собеседника Рамон. - Могу угостить.

- Очень хорошо. Значит, дай Мепис… топ… пелю большое количество лимонов. Только не таких, которыми угощают. Таких не надо… У вас все очень запутано…

- Очень, - согласился Рамон.

Отпустил глушилку и продолжил - в трубку:

- Слушай, я думаю - не надо крови… Просто передай Фюнфу, что Рамон заплатит вдвое против господ акцизных - и все…

- Лады, - с некоторым разочарованием вздохнул Кукиш. - Значит так:

запускаю к Мепистоппелю нашу рыбку…

Рыбка облегченно вздохнула.

Тот - напротив - снова положил наушник на стол.

- Не надо запускать рыбку, - сказал он Рамону. - Не надо много свидетелей.

Рамон потер лоб.

- Не надо… - сказал он Кукишу. - Не надо большого количества свидетелей… Тьфу…

- Как? - переспросил Кукиш. - Каких свидетелей?

Рамон вздохнул.

- Лишних. Я говорю - лишних свидетелей не нужно… Ты сам только что говорил, что можешь брать эту компанию тепленькими. Сам с ними и поговоришь… Без посыльных рыбок.

Лик Кукиша омрачился. Но голос не дрогнул.

- Без проблем. Ну, рыбку тогда - что? Рыбку тогда прикопаем. В лесополосе…

Гонсало дернулся и раскусил капсулу. Наугад.

- Шеф, - прервал Кукиша один из подручных, - у вас клюет…

Он кивнул на почти невидимый во мраке поплавок.

- Ишак, - сухо заметил Фигман. - Это я не вам, шеф…

Он придавил глушилку.

- Там наживки - никакой, дубина!…

Рамон задумчивым взглядом провожал к потолку еще одно невесомое колечко легчайшего табачного дыма. Он не спешил с санкцией на захоронение адвоката Гопника в пригородном лесонасаждении. Как всякий опытный руководитель он избегал принимать решения, ведущие к необратимым результатам.

- Все равно - клюет… - настаивала на своем упрямая шестерка.

И впрямь: поплавок демонстрировал все признаки наличия клева.

Все уставились на него как загипнотизированные.

Адвокат Гопник с облегчением прислушивался к тому, как по его телу разливается неприятное, покалывающее тепло. Он раскусил ТУ капсулу.

- Здесь раньше корейцы карпа разводили… - задумчиво заметил второй из подручных. - Глупая, между прочим, рыба… Пузырь ставлю…

- Решай сам… - определил Рамон свой вердикт.

Запоздав на две-три десятых секунды.

Не дожидаясь, пока ее прикопают в лесополосе, рыбка резко - и совершенно неожиданно - сиганула головой вниз - под мостки, солидно обдав брызгами всех присутствующих.

- Стрелять? - осведомилась первая шестерка, утираясь и держа пушку на готове.

- Нет, зараза - глаза таращить!!! - заорал Кукиш, всаживая в потревоженную воду заряд за зарядом из своего армейского бластера.

Проклятое оружие, к сожалению, работало почти бесшумно и не давало никакой психологической разрядки. Только вода вскипала там, куда ударял заряд - громадными пузырями - да выброшенный из них пар туманом стлался по-над темной гладью.

Вся компания сосредоточенно расстреливала поверхность Ближнего минуты три-четыре, и всю дорогу Рамон интересовался по блоку: что там у них происходит. Потом Кукиш махнул стволом самому мрачному из своих ассистентов и тот полез под мостки причала. Долго там сопел, светил фонариком и матерился. Кукиш, тем временем, приглушенно объяснялся по блоку с шефом, используя по инструкции иносказания - код кодом, а все-ж береженого Бог бережет… Ясности выдаваемому им тексту это не прибавляло.

- Парень, кажется, вконец спятил, - сказал в пространство Рамон и, морщась, положил трубку на стол. - Но так или иначе, Гопника они, видимо, только что угрохали. При попытке…

Сидевшему напротив это было совершенно безразлично.

Первая шестерка озабоченно наклонилась над темной водой.

- Во, какая херня вышла… - задумчиво сказал мордоворот. - Кажется, и впрямь, утоп…

Кукиш зло рванул из настила удилище. Здоровенная рыбина описала в ночном воздухе широкую дугу, грянулась в пучину вод и там исчезла.

- Сорвалось… - констатировал положение дел мрачный «водолаз».

Небо прорезала ослепительная молния и на землю Прерии обрушился дождь.

Короткая гроза уже сходила на нет, когда запыхавшийся и мокрый Тони подоспел к «Фольксвагену» в котором, приняв максимально скептический вид, его поджидал Адельберто Фюнф. «Фольксваген» был припаркован в заброшенном дворике полуобитаемого и давно намеченного под снос квартала.

- Контрольное время кончилось, - доложил Счастливчик, - и в контрольном месте Гонсало не появился…

- Значит, ложимся на дно, - сухо распорядился Адельберто.

- Ключи от «Проката» у тебя? - деловито спросил Тони, хлопая себя по карманам.

- У меня, - пожал плечами Мепистоппель. - На кой черт они тебе сдались? Там нам сейчас и носу показывать не стоит…

- Понимаешь… - Тони смущенно почесал в затылке. - Кисет у меня там остался. А в кисете - Трубочник…

- Совсем ты рехнулся с этими бабушкиными сказками! - фыркнул себе под нос Адельберто.

Однако ключи все-таки кинул на сиденье. Суеверия своего партнера он таки уважал.

- Если завалишься, я тебя, дурака, вытягивать не стану… - сварливо предупредил он.

И, подумав, добавил:

- Напрасно мы его одного оставили… Хоть и под замком, а все же…

- Бинки его держит под контролем не хуже, чем мы оба вместе взятые… - скорее предположил, чем уверенно заявил Счастливчик.

- Знаешь, - тоскливо глядя в пространство, продолжал Адельберто, - мне кажется, что он - наш гость - напрочь не представляет себе своего положения… Он и в самом деле воображает, что он у нас в гостях… И потом… Не обижайся, Тони, но у меня такое впечатление, что… Что Бинки на него как-то не так реагирует… Это аномалия какая-то… Я имею ввиду этого чудака… У него, вроде, что-то вроде общего языка с собаками…

Словно вспомнив о чем-то, Тони вытянул из наплечной кобуры свою «пушку», проверил глушитель и, прицелившись в мелкое архитектурное излишество на глухой стене напротив, нажал спуск. Револьвер послушно и сравнительно тихо пукнул, и цементная финтифлюшка разлетелась в пыль. В стенке осталась здоровая - в палец - дыра.

Адельберто вздрогнул.

- Что за идиотские шалости? - спросил он зло.

- Так… - задумчиво ответил Тони, вертя револьвер в руках. - Ничего… Просто, похоже, наш Гость имеет общий язык не только с собаками… Ну ладно, я пошел. Скоро вернусь.