Отступники - Марисса Мейер

Наконец Горгулья закончил и отшвырнул ногой останки последнего улья. Пролетев через платформу, бесформенный кусок упал на пути и остался лежать там, недалеко от места, где Отмороженная рассыпала хрустящий завтрак Уинстона.

– Ну, теперь, когда все в наличии… – Отмороженная сладко улыбнулась, поигрывая своей сосулькой, как жезлом, – пора заняться делом.

Развернувшись так внезапно, что Нова не успела сообразить, что она задумала, предводительница Отступников метнула сосульку в Фобию, как копье. Лед с силой ударил его в грудь, и все тело Анархиста мгновенно окутал черный дым, смешавшийся с тенями туннеля.

Почти одновременно с этим Хвостокол взмахнул своим зазубренным хвостом и ударил Хани. Ядовитые шипы пришлись ей в бок, вскрик удивления превратился в вопль боли, тело будто окаменело, и женщина, как подломленная, упала на пол. Чуть ли не тем же движением Скат мотнул хвостом в сторону Лероя, зацепив тому плечо. Не успев отбежать, Лерой застыл, потом откинулся назад и упал навзничь на цемент.

Нова снова подняла ружье, теперь она целила в Хвостокола. Но он уже закончил свое дело. Хани так и осталась лежать у поваленного стеллажа, а Лерой был совершенно недвижим, только глаза часто моргали, глядя в низкий потолок. Нова не знала, каким ядом был начинен хвост Ската, но обе его жертвы были, казалось, парализованы и оставались неподвижными. Судорожно подрагивали лишь конечности – видимо, яд по кровеносным сосудам проникал все глубже в организм.

Ингрид, издав воинственный клич, спрыгнула на платформу, в ладони у нее вращалась сфера – голубоватый сгусток энергии. Отмороженная развернула ладонь, и из нее вырвался ледяной поток, формируя у ног Ингрид настоящий небольшой ледник. Вскрикнув от неожиданности, Ингрид замахала руками, чтобы не упасть: инерция увлекала ее тело вперед, а ноги оказались примороженными к путям. Она отвлеклась от бомбы, которую начала формировать, и та испарилась.

– Кажется, ты последняя из Анархистов, кто еще держится на ногах, – заметила Отмороженная, стряхивая с пальцев на цемент последние льдинки. – Ладно, пока с вас довольно. Просвети меня – есть ли какие-то причины оставить вас в живых после того, что бы учинили сегодня во время праздничного шествия?

Ингрид зарычала. Синие сгустки энергии вновь начали скапливаться вокруг ее ладоней.

– Меня не было на вашем дурацком празднике, – заявила она, и, хотя Нова знала, что это неправда, ответ поразил ее своей убедительностью.

– А мне плевать, – ответила Отмороженная. – Уинстон Прэтт предпринял атаку на мирных жителей города Гатлона, а моя работа – проследить, чтобы никогда больше жители города не страдали от лап Анархиста.

– На ваше шествие напал Уинстон Прэтт, и, насколько мне известно, он уже у вас за решеткой, – парировала Ингрид. – Так чего вы хотите от нас?

Отмороженная фыркнула.

– Ты же не рассчитываешь, что я поверю, будто этот недоумок работает один?

– Именно на это я и рассчитываю, – сказала Ингрид. Она выглядела спокойной и сверлила противницу холодным взглядом. – И ты и я – мы обе знаем, что у вас нет никаких улик в пользу других версий. Уж если у вас было хоть что-то на нас, мы бы сейчас не болтали тут, как две подружки – ты просто надеешься, что я ляпну что-нибудь этакое и типа выдам себя иди других.

Она принялась небрежно подбрасывать в воздух светящуюся бомбочку и каждый раз легко ее ловила.

– Я помню указы вашего Совета, – продолжала Ингрид. – Никто не может быть осужден лишь по подозрению. Так или нет? Вот и не надо нам угрожать, милочка. И попытайтесь найти хоть что-то, что связало бы нас с преступлениями Кукловода – желаю удачи. Сегодня он выступал сам по себе. Мы к этому не имели никакого отношения.

Отмороженная продвигалась вперед до тех пор, пока носки ее сапог не повисли над краем платформы.

– Мне и не нужно связывать вас с нападением на параде, – сказала она, помахивая пальцами. В сторону Ингрид полетела новая порция льда. Ледяной сугроб вокруг ее ног еще вырос, дойдя ей до бедер. – Нападение на Отступника – неслыханно дерзкое преступление. А такую ненормальную, как ты, вывести из равновесия совсем не трудно. Все равно что раздразнить бешеную собаку, я бы сказала.

Ингрид со свистом втянула воздух: ледяная колонна добралась до ее живота. Она уже не подкидывала бомбу, а зажала ее в кулаке.

– Я знаю, о чем ты думаешь, – снова заговорила Отмороженная. – Будешь утверждать, что это была самооборона. Вот только… я что-то не вижу свидетелей, а без этого кто поверит твоему слову против моего? Анархистка против заслуженного Отступника.

Она поцокала языком, изображая сочувствие.

– Похоже, пришло время тебе делать выбор. Напади, и мы тебя повяжем. Или признайся, что участвовала в сегодняшнем нападении – и мы тоже тебя повяжем, но обойдемся с тобой немного ласковее. – Она развела руками. – Или ничего не делай. Как думаешь, что раньше тебя прикончит? Холод или удушье? Я лично поставила бы на второй вариант.

Лед дополз Ингрид до груди и продолжал двигаться все выше, к плечам. Еще немного, и руки – а с ними и бомбы – станут бесполезными.

Нова крепко зажмурилась, пытаясь соображать яснее, не обращая внимания на охвативший ее жар и пульсирующий шум в ушах.

И это те супергерои, которых боготворит весь мир? Допустим, Ингрид не так уж невинна. Как и все они, но получается, что и сами Отступники недалеко от них ушли. Что они творят? Пытают Ингрид, чтобы вырвать у нее ложное признание. Разрушили пчелиные гнезда Хани, вызвали обвалы в туннелях, уничтожили продовольствие, необходимое им, чтобы жить – и все это ради того, чтобы найти законный повод их посадить.

Палец скользнул к спусковому крючку. Нова открыла глаза, и вдруг обнаружила, что видит ясно и четко. Ум освободился от оков.

Она поймала Отмороженную в прицел.

Правда, дротики не отравлены, но это еще не значит, что при удачном выстреле от них не будет никакого ущерба.

На мушке оказался глаз Отмороженной, светло-голубой. Посветлее, чем у Капитана Хрома, но ненамного.

Курок впечатался в палец.

Она только начала жать на него, как вдруг все кругом взорвалось каскадом огня, света и оглушительного рева.