Ведьма - Александр Конторович

– А что у тебя на нее есть? Имя? Фамилия? Может, фотография?

Леня Робот, известный в криминальных кругах специалист по компьютерам, чувствовал себя в присутствии Могилы неуютно. У него создавалось стойкое ощущение, что это он, Робот, несет какую-то несусветную чушь, а сидящий напротив него немногословный черноволосый человек лишь снисходительно терпит его робкие неумелые попытки объясниться. Хотя на деле все было наоборот – Леня задавал правильные вопросы, а хозяин дома не мог ответить на самые элементарные из них.

– Зовут – Дана Бакли.

– Иностранка, что ли?

Могила скривился, помотал головой.

– Ясно, ну, а фото есть?

– Изображение какое-то есть? – перевел слова Робота присутствовавший на встрече Бухучет. – Картинка? Выглядит она как?

– Откуда это у меня? – рыкнул Могила. – Я тебе, что, рисовальщик какой-то?

– Ладно, проехали, – миролюбиво отреагировал Робот. – Год рождения? Или… – он замялся, увидев хищное выражение лица Могилы, – э-э-э… впрочем, это неважно. Чем занимается? Ну, что она умеет? Мне надо хоть что-то знать, чтобы искать ее.

Леня уже потерял надежду получить хоть какие-то сведения от заказчика, и даже начал с унынием поглядывать на входную дверь, мечтая побыстрее оказаться с ее обратной стороны, подальше от опасного и непредсказуемого заказчика. С такого станется – даст по башке, и поминай, как звали. Что станет потом, какие предъявы и кто ему кинет – Робота колыхать уже не будет.

– Дерется хорошо, – вдруг изрек Могила.

– О! Это очень ценная информация. Какой вид борьбы? – оживился Робот. – Каратэ? Дзюдо?

– На мечах рубится… не хуже мужика, – пояснил Могила и потянулся налить себе водки.

Робот завис. Ничего себе. Он попытался представить себе мужика с мечом – потому что девушку с таким оружием ему даже вообразить не получалось.

– А-а-а… нда, ну, хорошо, так и запишем. Она – реконструктор, что ли? – понизив голос, спросил он у Бухучета, – что он имеет в виду?

– А бог его ведает, – шепнул Гена, – сдается мне, что он именно то и имеет в виду, что она мечом запросто укокошить может.

«И где только Могила ее откопал? Хотя, он и сам… того, парень с приветом. Эх, ну и не повезло же мне с клиентом!»

– Где только она здесь этот меч отыщет? Хотя…

Он незаметно покосился на клиента – этот же ходит с ятаганом? Или как там его клинок именуется? Может, и девка эта… из таких же? Тогда, по крайней мере, понятно – почему она его уела. Небось, не поделили чего-то там. А, может, вместе и работали когда-то?

– Еще что-нибудь вспомнишь? – грустно поинтересовался Робот.

– Стреляет, по слухам, хорошо. На лошади скачет мастерски. В лесу, пожалуй, след найдет, не заплутает. Молодая, сильная. Не из пугливых. Да! Волосы у неё черные!

Перспектива искать подобную женщину становилась для Робота все менее заманчивой. Охренеть, какие подробности – да, тут, добрая треть девиц – черноволосые!

– И вот! – Кнут даже чуть не встал, вспомнив что-то. – Собака у нее! Большая, лохматая. Ни на шаг не отходит.

– Все? – упавшим голосом спросил Леня.

– Все. Иди, ищи, – приказал Кнут. – Найдешь – я тебя озолочу, мое слово верное!

Озолотиться, оно, конечно, не помешало бы. Но уж ориентировки больно расплывчатые – даже непонятно, в какой стране искать эту девушку. Кнут говорит, что, скорее всего, она где-то недалеко отсюда. Хотя, понятия «недалеко» – расплывчатое. Одна только сама по себе Иркутская область – огромная территория, а если она где-то в соседних областях обитает? О, господи! Это же непосильная задача. Хорошо сказать – иди, ищи!

«Возьму-ка я на контроль все реконструкторские мероприятия по стране – авось, наткнусь на что-то интересное!» – решил Робот и даже сразу немного повеселел. А хорошо бы подзаработать на этой Дане Бакли. Видать, уела девчонка чем-то Могилу, раз он готов отвалить за нее целое состояние!

* * *

– Колдун, дело есть, – голос в телефоне принадлежал Ивану Рябкову, давнему знакомому Александра Петровича.

– Что за дело?

Рябчик, как звали меж собой Ивана знакомые, был мужиком серьезным. В отличие от Колдуна, Рябчик занимался не совсем легальными делами, а иногда – совсем даже нелегальными. Официально, у Ивана была транспортная фирма, логистический центр и какие-то торговые дела с китайцами. Работы по перевозкам у Рябчика было невпроворот – бизнес процветал и ширился. Насчет прочих его махинаций Петрович догадывался, но с вопросами к приятелю не приставал – за такие дела можно и морде получить.

– Не по телефону, Колдун. Ты можешь ко мне подскочить?

– Что за тайны мадридского двора? – удивился Петрович. – О чем хоть речь, намекни.

– Хочу предложить тебе немного рыжья^[3], думаю, удивлю, – усмехнулся Рябков.

– Меня этим сложно удивить, ты же знаешь.

– Да, но когда увидишь пробу, думаю, поменяешь свое мнение.

Колдун нахмурился. Подошел к сейфу в своем кабинете, набрал электронный код и открыл дверцу. Взял в руки тяжелый золотой кружочек и повертел его в руках.

Изотов Александр Петрович знал о золоте, можно сказать, все. Включая историю, химию, географию, технологию извлечения, способы обработки, котировки и многое другое, ведь это была его работа – золотодобытчик.

Золото, которое попыталась продать нищая девчонка из глухого алтайского угла, поражало своей чистотой и свойствами. И вылито оно, было видно, для последующей чеканки монет – и размер, и вес – ну все как для монет подобрано. Но только где это отливают монеты из золота такой высокой пробы? В каких краях? Символы – насквозь незнакомые. Дана сказала, что нашла у отца. Отец – умер. След – оборвался? Ага… у золота-то? Щас! Оно всегда оставляет след!

Откуда у отшельника-язычницы в глухой тайге могут взяться такие «монетки»? Люди Колдуна пошастали по ближайшей к монастырю деревне и нашли еще две серебряных монеты, на которые девчонка купила мясо для своей собаки. Содержание серебра в монетах тоже оказалось очень высоким. Совпадение? Вряд ли. А девчонка молчит, упрямая. Ведь наверняка что-то знает! Хотя, по лицу ничего не скажешь. Умеет себя в руках держать.