Бродяга - Ерофей Трофимов

– И тебя это не обижает?

– Я с самого начала знал, кто ты, – пожал парень плечами. – Так что? Когда мы получим большого и злого дроида?

– Теперь скоро. Вся техническая часть программы у меня есть. Соберем нужное для формирования корпуса, и можно будет запускать копир. Подходящий искин подберем после.

– Ну так что, уходим в прыжок к следующей точке?

– Да, как только ты, наконец, дашь название нашему кораблю.

– А чего тут мудрить? Мы с тобой бродяги. И он, вместе с нами, тоже бродяга. Значит, и название его «Бродяга».

– Логично, просто и со вкусом, – рассмеялся Дока.

– Не, я, конечно, могу завернуть что-то вроде – блестящая лунная тропа на глади ночного озера, но выговаривать всю эту белиберду будешь сам.

– Все-все, согласен на «Бродягу», – в деланом ужасе вскинул руки Дока. – Такое даже я с первого раза не проговорю. И техникам писать на борту меньше.

– Так и скажи, что краску экономишь, – не остался в долгу Артем.

– Мы люди бедные, так что нечего ресурсами краски разбрасываться, – тут же нашелся Дока.

– Ну да. Богатый бродяга это нонсенс. Богатый – это уже не бродяга, а путешественник.

– Точно! Ты чего все время лоб трешь?

– Голова болит, – отмахнулся парень.

– Боль острая? – насторожился искин.

– Ноющая. Как будто у меня давление крови упало.

– В медсекцию быстро, – скомандовал Дока.

– Думаешь, опять нейросеть? – спросил Артем, шагая в нужную сторону.

– Другой причины я не вижу. Сейчас проведем сканирование и будем точно знать.

Артем быстро разделся и, уже привычно устроившись на лежаке капсулы диагноста, прикрыл глаза, дожидаясь окончания сканирования. Но когда крышка диагноста поднялась, не стал выскакивать наружу, а просто сев, тут же высказал свое предположение:

– Импланты полностью растворились.

– Не верю своим данным, но да, ты прав. Растворились. Что на панели?

Парень прикрыл глаза, развернув панель инструментов нейросети, и тут же вздрогнул от неожиданности.

– Дока, значков прибавилось. Причем сильно.

– И что там изображено?

– Папка и какая-то надпись. Очень похоже на наш арабский шрифт. Ушедшие случайно не справа налево писали?

– Нет. Слева направо. Это точно известно. Но ты прав, это алфавит Ушедших. Можешь описать увиденное подробнее?

– Ну и как я тебе эти закорючки опишу? – сварливо поинтересовался парень. – Может, попробуешь снять данные мнемосканером?

– Постой, – перебил его Дока. – Я, наконец, получил полный отчет сканирования. Эти диагносты очень медлительные при обработке и расшифровке данных. Так. Пощупай свой затылок. Чувствуешь заглушку?

– Да. Я не понял, эта фигня у всех есть, или только мне опять так повезло?

– А теперь проверь внутреннюю сторону запястий. Там должны быть такие же заглушки. Есть?

– Ты спрашиваешь так, словно все камеры вокруг отключил, – проворчал Артем, аккуратно вынимая заглушку телесного цвета.

– Отлично. Ложись лицом вниз. Разъемы у тебя стандартные, я подключусь к тебе напрямую.

– И что это даст?

– Скопирую значки на твоей панели управления и переведу их.

– У тебя есть алфавит Ушедших? – удивился Артем.

– Нет. Но у меня есть несколько длинных фраз, которые переведены очень точно. Это проверено давно. Так что задачка несложная.

– Спалишь мне мозги, будешь до старости с ложечки кормить.

– Переворачивайся. Нашел чем шутить, – рявкнул Дока, и меддроид по его команде подтащил к капсуле шлейф с нужным разъемом.

Артем, прикусив язык, покорно перевернулся на живот и, устроившись поудобнее, притих, стараясь даже не шевелиться. Меддроид очень осторожно подключил шлейф к его разъему, и процессор искина еле слышно зашуршал. Ради интереса парень развернул панель управления нейросети, но так ничего и не заметил. Спустя несколько минут панель мигнула, и Артем вдруг понял, что может прочесть все, что было написано под значками.

– Ты как это сделал? – дернувшись, спросил он, вскидывая голову.

– Да лежи ты спокойно. Чуть дроида мне не зашиб, – огрызнулся Дока. – Сейчас закончу, и начнешь спрашивать.

Панель снова мигнула, свернулась, потом снова развернулась, после чего Артем в очередной раз отрубился.

* * *

Очистив три больших тайника погибшего пирата, экипаж «Бродяги» устроил военный совет. Решали, куда отправиться дальше. Дока, в виде голограммы, устроившись у стены и сложив на груди руки, с серьезным видом пояснял, как видит дальнейшее развитие событий. Артем, развалившись в пилотском ложементе и внимательно его слушая, то и дело вставлял очередную шпильку, парируя аргументы искина.

– Я не просто так предложил тебе для начала заняться добычей металлов. Нам сейчас нужно время, чтобы ты научился правильно использовать свою нейросеть и изучил нужные базы знаний. Пока дроиды будут работать, ты займешься учебой, – голос Доки звучал так, словно он разговаривал с непослушным сыном.

– Железный аргумент, не спорю. Но прежде нам нужно выяснить, что происходит в обитаемых мирах. Чтобы не получилось так, что мы добываем металлы, тратим время и энергию, а покупать его некому.

– А кого мы сбивали у корабельного кладбища? – напомнил искин.

– Стоп! Дока, давай сразу договоримся. Пиратам мы ничего не продаем. И уничтожаем их везде, где только встретим.

– Понимаю твою позицию, но встретить их мы можем и там, где действует большое перемирие.

– Это еще что такое? – насторожился Артем.

– Это территории, куда может прийти любой корабль, и тронуть его никто не имеет права. За этим внимательно следят владельцы подобных территорий.

– Тоже небось бывшие пираты? – скривился парень.

– Не всегда. Есть по меньшей мере четыре космические базы, которые держат наемники. Именно они ввели эти правила и жестко отслеживают любой выстрел на своей территории. Их главный девиз – напал первым, первым умер. Любой, переживший первый выстрел в свою сторону, имеет право уничтожить нападающего любыми средствами. Главное, чтобы не пострадали посторонние.

– И пираты с этим мирятся? – не поверил Артем.

– Несколько раз пытались попробовать их на прочность, но получили такой отпор, что потеряли четыре объединенные эскадры. Воевать наемники умеют, как никто другой. К тому же при первой же попытке нападения они объединяются и хором начинают колотить агрессора. Да, между ними есть и разногласия, но в случае опасности про них забывают. Каждую базу держит один отряд. Но представительства всех отрядов есть на всех четырех базах.

– Вооруженный нейтралитет, одним словом, – подумав, кивнул Артем. – А на самих базах правила поведения какие?

– Раньше было просто. Не шлепай губами и следи за своим кошельком. Имеешь к кому-то претензии, решай их на арене. Короче говоря, вызывай на бой. Там для этого есть