Сияющий - Шеннон Майер

– И с каких пор ты волнуешься о судьбе мира, не считая того, что можешь получить от него? – Брови Хэвока приподнялись.

– Любовь, – прошептала Бэбе. – Ты влюбился впервые, ведь так?

– Я понял, что могу изменить ситуацию, дать этому миру больше времени. Так что я здесь, чтобы оказать вам всю возможную помощь. Но сразу предупреждаю, внук: Хан понял, что она новый носитель Солнца, – проговорил Локи, до этого быстро посмотрев на Бэбе, а после отведя взгляд.

– Мы знаем, – сказала я.

– Хорошо. – Он улыбнулся и подмигнул мне. Я ответила ему своим лучшим сучьим выражением лица. Мне помогли воспоминания о том, как он трахал мою мать, и все то, что случилось после.

– И он нанял еще одну стаю, хотя не делал этого уже много лет, – откашлялся Локи, скрестив руки за спиной.

– Опять ничего нового, – заметила я. – Мы знаем, моя семья работает с ним. Разве только ты не скажешь, как полностью снять мое проклятие, потому что, ублюдок, я все еще оборачиваюсь в золотистого ретривера, – проговорила я.

– Ах, это потому, что ты не сняла заклятие со своей парой. – Он состроил глупое лицо, как у ребенка, после чего показал неприличный жест пальцами, изобразив половой акт. – Послушай, не я придумал правила. Петунья… – добавил он, когда Хэвок зарычал и сделал шаг к Локи, но тот сразу же увернулся от рук внука.

– Не подставляй меня, мерзавец.

Она вышла в комнату из теней в коридоре. Ее лицо было суровым, а глаза скользили по моей футболке, едва прикрывающей бедра.

– Как приятно видеть тебя здесь, Петунья, мое сердце. Как всегда. – Локи кивнул в ее сторону.

Каким-то образом я не думала, осознавал ли он до конца, что влюблен в Петунью.

Наблюдая, как она зашла в комнату, мне пришло в голову, что она, скорее всего, была больше, чем просто ведьма.

– Получается, ты скандинавская богиня?

– Так и есть. Но это все, что тебе нужно знать. Вижу, ты выжила. Удивлена. – Ее глаза заблестели.

– Такая у меня работа. Удивлять и заставлять трепетать. – Я пожала плечами, чувствуя, как край моей футболки задирается.

Глаза Петуньи сузились.

Я изо всех сил старалась не двигаться, чтобы не дать ей повода проклясть меня еще каким-нибудь заклинанием.

Хэвок встал между мной и Петуньей, что сказало само за себя. Он буквально и фигурально встал между нами.

Никто не защищал меня с тех пор, как я потеряла Марса. Совсем не так.

Не хотелось бы говорить, что это привлекло меня, но так и было. Я жила одна слишком долго, еще до того, как покинула Грейлинг. Наблюдать за тем, как мужчина, который почти не знал меня, загородил собой перед опасностью, было… Удивительно. Я не уверена, что мне понравилось это чувство, эта эмоция, для которой никак не могла подобрать слов. Это странное и новое ощущение окутало меня.

– Говори, что хотел, – проговорил Хэвок. – И говори быстрее, пока я не потерял терпение, Локи, отец моего отца.

Я заметила, что он не добавил Петунью в этот список. И не одна приметила эту деталь.

– Настолько неблагополучная семья? – прошептала Бэбе.

Глаза Петуньи метнулись к кошке в моих руках, и Бэбе опустила голову, пряча мордочку.

– Это было неправильно с моей стороны – помогать Хану. Теперь я это понимаю. Я бы хотел сохранить мир в целости и сохранности. Вот почему я хочу рассказать все, что знаю. – Локи поднял обе руки.

– Тридцать секунд, – прорычал Хэвок.

– Не угрожай моему мужу, дурак! – Петунья шагнула к нему, подняв руку, окутанную зеленой магией.

– Не надо. – Я двинулась и, не подумав, встала рядом с Хэвоком, создавая с ним единый фронт.

– Прямо как мать. Трахает все, что движется, – сказала Петунья. Всего одна фраза, и ее глаза посмотрели на меня.

Тот же стыд, который я чувствовала ранее, снова накрыл меня.

Хэвок предупреждающе зарычал, утянув меня назад. Он снова стоял передо мной.

– Достаточно! – сказал Локи. – Хан берет силы от нового партнера в постели. Не знаю, с кем ему приходится спать, но она явно умножает его способности. Он думает, это поможет ему, когда наступит Рагнарек. Что, конечно, не происходит, так как она… – Он указал на меня. – Все еще жива. Пока что.

– И? – спросила я. – Что еще? Потому что сейчас ты повторяешь то, что я и так уже знаю. Я чувствовала, как он много трахался с кем-то. Где-то на севере.

– Хель. Хель на севере. – Свен посмотрел на меня.

– Он бы сделал это – переспал с ней, если так можно было бы получить больше сил. Дерьмо, – простонал Хэвок.

– Хотел бы, чтобы тебе первому подобная идея пришла в голову? – мило предположила я. – Вместо этого тебе достался всего лишь золотистый ретривер.

– Это не в нашу пользу. Если это правда, – проговорил он, а его хватка на мне усилилась.

– Хорошо, ты все понимаешь. Мне не нравится тот факт, что я не все могу рассказать, – проговорил Локи, кивнув.

Я фыркнула. Ага, будто бы кто-то в это верил.

– Твоя судьба связана с судьбой твоей матери, – шагнула вперед Петунья, оттолкнув Локи в сторону. – Тебе нужно объединиться с ней против твоих врагов, если ты хочешь спастись от Хана.

Ничто не могло шокировать меня больше.

– Это, черт возьми, невозможно и не произойдет. Скорее Ад замерзнет, чем она будет со мной заодно, – сказала я, сильно смеясь.

– Хель, – тихо проговорила Петунья. – Это именно и есть твоя главная проблема.

12

Пошутили и хватит

– Ты, должно быть, прикалываешься! – Я смеялась, кое-как разговаривая, но по выражению лиц Петуньи и Локи было понятно, что они не шутили. – С чего ей вдруг быть со мной заодно, по каким таким причинам? Дайте я отвечу за вас: никаким.

– Ты должна убедить ее, – сказал Локи. – Если Джунипер объединится с тобой, то ситуация обернется против Хана, а еще откроется путь… закончить все, что происходит. Это же то, чего ты хочешь, ведь так? Я не могу понять все причины, почему все именно так, но что есть, то есть.

– Подожди… – Хэвок сделал шаг в сторону Локи. – Что значит закончить это? То есть Золотце все равно умрет?

– Нет, я имею в виду, что