Анналы хичи - Фредерик Пол

– Я знаю, чего бы ты хотел. Но возникают проблемы в несовпадении временных шкал, верно? Так что тебе особенно торопиться некуда, дорогой Робин. Может, немного поговорим вначале?

Я сидел неподвижно. (Клара только что кончила «...ятно...», и губы ее начали складываться для произнесения «снова тебя увидеть»). К этому времени я испытывал сильное замешательство. Нелегко сказать одной женщине, что вы очень хотите поговорить с другой, когда совесть у вас нечиста. А мне всегда казалось, что у меня по отношению и к моей дорогой жене Эсси, и к давно утраченной возлюбленной Джель-Кларе Мойнлин нечиста совесть.

С другой стороны, Эсси абсолютно права. Торопиться некуда. Она с любовью и заботой смотрела на меня.

– Трудная для тебя ситуация, дорогой Робин?

Я мог только ответить:

– Я очень люблю тебя, Эсси.

Она выглядела не любящей, а раздраженной.

– Да, конечно. – Пожала плечами. – Не меняй тему. Ты любишь меня. Я люблю тебя, мы оба в этом не сомневаемся; к настоящему обсуждению это не имеет отношения. Мы обсуждаем, что ты испытываешь по отношению к очень хорошей женщине, которую ты тоже любишь, – Джель-Кларе Мойнлин. Какие при этом возникают осложнения.

Когда она это высказала, прозвучало еще хуже. И нисколько меня не успокоило.

– Мы обсуждали это миллион раз! – простонал я.

– Почему бы тогда не обсудить миллион первый? Успокойся, дорогой Робин. У тебя еще пятнадцать, может быть, восемнадцать миллионов миллисекунд, прежде чем Клара кончит говорить, как ей приятно снова тебя увидеть. Так что мы вполне можем поговорить, конечно, если ты этого хочешь.

Я подумал и сдался. Сказал:

– Почему бы и нет? – И действительно, никакой причины, чтобы не поговорить, не было.

И не было причины беспокоиться. Как сказала Эсси, мы обговаривали это много раз, однажды говорили целую ночь и закончили на следующий день. Это было очень давно – миллиарды секунд назад, и я говорил с реальной Эсси, той, что из плоти и крови. (Конечно, сам я тогда тоже был из плоти и крови). Мы тогда недавно поженились. Сидели на веранде своего дома, прихлебывали чай со льдом, смотрели на лодки в Таппановом море, и это был по-настоящему приятный, полный любви разговор.

Очевидно, Эсси тоже вспомнила этот давний разговор плотских людей, потому что организовала такую же удобную обстановку. О, не «реально», в физическом смысле. Но что теперь значит для нас «реально»? Тем не менее я увидел парусные лодки, а вечерний ветерок с моря был приятным и теплым.

– Как хорошо, – сказал я одобрительно, чувствуя, как начинаю расслабляться. – У бестелесных баз данных есть свои преимущества.

Эсси удовлетворенно согласилась. С любовью взглянула на наш старый дом и сказала:

– В последний раз мы при этом пили чай. Хочешь сейчас чего-нибудь покрепче, Робин?

– Коньяк с имбирным элем, – сказал я, и мгновение спустя появилась наша верная старая служанка Марчеза с подносом. Я сделал большой глоток, думая.

Думал я слишком долго для терпения Эсси. Она сказала:

– Выкладывай, дорогой Робин! Что тебя тревожит? Боишься говорить с Кларой?

– Нет! То есть... – я подавил свое негодование. – Нет. Дело не в этом. Мы уже разговаривали, когда она прилетела на корабле Вэна.

– Совершенно верно, – уклончиво ответила Эсси.

– Нет, правда! С этим все в порядке. Мы обговорили самое плохое. Я не думаю сейчас, что она винит меня в том, что я бросил ее в дыре, если ты это имеешь в виду.

Эсси откинулась и серьезно взглянула на меня.

– То, что я имею в виду, Робин, – терпеливо сказала она, – совершенно неважно. Мы хотим выяснить, о чем ты думаешь. Дело не в противоречиях между тобой и Кларой, верно? Может, ты тревожишься, что мы с ней выцарапаем друг другу глаза? Этого не произойдет. К тому же тут возникает техническая трудность: она плоть, а я только душа.

– Нет, конечно, нет. Я тревожусь не из-за твоей встречи с Кларой.

– А из-за чьей же?

– Ну... что если с ней встретится реальная Эсси?

Портативная Эсси некоторое время молча смотрела на меня, потом задумчиво глотнула.

– Реальная Эсси?

– Ну, ведь это только мысль, – извинился я.

– Я это понимаю. Хотела бы понять еще лучше. Ты спрашиваешь у меня, не появится ли реальная Эсси на Сморщенной Скале?

Я задумался. Это не совсем то, что я имел в виду. И совершенно не собирался говорить об этом.... конечно, как обычно говорил мне старина Зигфрид фон Психоаналитик, то, о чем я не собираюсь говорить, обычно самое важное.

И, конечно, есть здесь действительно щекотливое обстоятельство. Портативная Эсси – только двойник. По-прежнему жива и здорова настоящая, плотская Эсси.

Она к тому же человек. Конечно, ей уже много лет, но с Полной Медициной и всем остальным она по-прежнему очень красивая, сексуальная, нормальная женщина.

К тому же она моя жена (или была ею).

Жена мужа, который, скажем так, не в состоянии предоставлять ей радости супружества.

Все это добавляется к другим моим тревогам, о которых Зигфрид (и Альберт, и портативная Эсси, и все прочие мои знакомые) говорит, что мне не стоит из-за них тревожиться. Их советы особого добра мне не приносят: по-видимому, я не могу по-другому. Но есть кое-что еще. Плотская Эсси – точный дубликат портативной Эсси – или, если сказать точнее, она оригинал того точного дубликата, каким является портативная Эсси, моя верная жена, возлюбленная, советчик, друг, доверенное лицо и такой же, как я, конструкт в гигабитном пространстве.

Так что я знаю ее очень хорошо. И что гораздо хуже, она знает меня хорошо, лучше, чем я ее, потому что, помимо всего того, о чем я только что упомянул, она еще мой создатель.

Поскольку в определенных кругах Эсси больше известна как доктор С.Я.Лаврова-Броадхед, один из ведущих мировых специалистов в области обработки информации, она сама написала большинство наших программ. Когда я говорю, что копия точна, я и имею в виду – точна. Эсси даже вносит в себя поправки, то есть реальная Эсси время от времени пересматривает портативную Эсси, чтобы та более точно ей соответствовала. Так что моя Эсси ничем не отличается от плотской, или реальной, Эсси. Я таких отличий не обнаруживаю.

Но я никогда не вижусь с плотской Эсси. Не могу этого выдержать.

Назовите причину как угодно. Такт. Ревность. Глупость. Как хотите. Признаю тот жизненный факт, что никогда не вижусь с плотским оригиналом моей дорогой жены. Я не очень хорошо представляю себе, что бы узнал, если бы с нею увиделся. В данных обстоятельствах она либо имеет любовника, либо она не так нормальна, как я считал.

Я готов признать, что это происходит. Я даже готов признать, что это справедливо. Но я не хочу об этом знать.