Расплата - Вячеслав Бец

Макс выдержал паузу, давая присутствующим время, чтобы обдумать услышанное. Все они тут были тёртыми калачами, разве что кроме Андрея, но ему Макс всецело доверял. Выждав немного, он решил закончить разговор:

– Знаю, как всё это звучит – будто жути нагоняю, но вы тут все не вчерашние. Все мы должны понимать куда попали и что нас тут ждёт. Личному составу это доносить необязательно, по крайней мере, точно не в такой форме – сами понимаете почему, но вы должны держать ухо востро и быть готовыми к неожиданностям в любой форме. Враг силен и хитрожоп. Так что бдим и не бздим.

После этого было задано ещё несколько вопросов, а затем разговор окончился и все ушли в задумчивости. Корнеев за всю дорогу не промолвил ни слова, а по приходу в расположение отряда сразу куда-то подевался. Андрей, помня слова Родионова, некоторое время размышлял правильно ли будет держать людей в неведении. Ему казалось, что все должны быть в курсе обстановки и возможных опасностей, все имеют право знать, но в итоге он решил всё-таки поступить так, как требовал опытный Родионов, и не стал рассказывать бойцам ничего лишнего, а лишь в общих чертах поведал обстановку. Затем, желая побыть наедине с самим собой, он, как и Лёша, тоже ушёл.

Рассказ Макса взбудоражил его. Только сейчас он понял насколько серьезно происходящее на самом деле. Всё, что они прошли до этого, было сущей ерундой. Это были просто бандитские разборки: жестокие, кровавые, но локальные. То, что ждёт их сейчас… Это нечто новое. Здесь в любое мгновение может погибнуть масса людей, каждая ошибка может привести к катастрофе, а ценность человеческой жизни, похоже, резко стремится к нулю. Это несколько выбило его из колеи, заставило сомневаться в его возможности спасти своих людей.

«Нет, я не должен раскисать. Я буду предельно собран, я буду внимателен, я буду рассудителен и умён. Я справлюсь. Во что бы то ни стало – я сделаю это», – сжав кулаки, сказал сам себе Андрей.

Он медленно шагал по лесу, погрузившись в раздумья, и через некоторое время вышел на опушку. Впереди поросшее кустарником поле под крутым углом спускалось в балку. Через него тянулись линии электропередачи, которые на всём видимом глазу протяжении нигде не были оборваны. Удивительно.

Осмотревшись, Андрей вдруг заметил хорошо знакомого человека – под зеленеющим раскидистым деревом сидел Лёша. Андрей давно замечал, что изредка, когда Лёша думает, что его никто не видит, его глаза приобретают отсутствующее выражение, словно он вспоминает о чём-то давнем и далеком, и переносится туда, будто в параллельное измерение, выпадая из этой реальности. Быть может, сейчас он беззащитен, и к нему получиться незаметно подобраться?

Корнеев сидел на самом краю, прислонившись спиной и затылком к могучей кроне дерева. Автомат стоял рядом, а у ног валялся вещмешок. Казалось, что Лёша задремал, но на самом деле он услышал крадущегося Андрея и просто сделал вид, что не заметил его. Даже глаза прикрыл.

Подкравшись достаточно близко и по этой причине очень довольный собой, Андрей, наконец, решил окликнуть товарища.

– Отдыхаешь?

Алексей открыл глаза и бросил на Андрея ленивый взгляд – вопрос Романова не нуждался в ответе.

Андрей подошёл и уселся рядом. Сначала они сидели молча, наслаждаясь лёгким ветерком, дующим со стороны поля, и тишиной, нарушаемой лишь редким пением птиц и периодическим громким хохотом, слабо доносившимся из лагеря.

– Пойти и успокоить их, что ли? Мало ли…

– Сиди, – спокойно сказал Корнеев. – Пусть расслабятся. Мы далеко в тылу – никто нас тут не услышит.

Совет был логичным, хоть и шёл вразрез с мнением Андрея. Тем не менее, парень снова прислонился к дереву и расслабился, слушая шелест листвы. Леша, казалось, занят тем же. Так прошло несколько минут.

– Знаешь, я ведь так и не поблагодарил тебя, – вспомнил Андрей и повернулся к Корнееву.

– Ты о чём? – тихо спросил тот, не открывая глаз.

– Я про Лозовую. Я тогда дал слабину, расклеился. Из-за меня у всех могли быть проблемы.

– Не за что. Такое бывает.

– Хм… Может и так, но в любом случае если бы не ты, то я даже не знаю, как бы всё сложилось.

– Не благодари. Просто делай выводы и становись лучше, расти.

– Так-то оно так, но не хочется расти, подвергая остальных риску.

Возникла коротенькая пауза, которую Лёша быстро нарушил.

– Ты устал и позволил слабости одолеть…

– Нет. Я сломался, – решительно перебил Андрей. – Я тогда потерял все ниточки, я просто не знал куда дальше идти и позволил себе отчаяться.

Это было честное заявление. Парень явно размышлял о произошедшем и пришёл к вполне верным выводам. Молодец. Лёша хмыкнул и некоторое время молчал. Затем заговорил уверенным, привычным голосом.

– Рано или поздно ломаются все. Это неизбежно. С одними это происходит, когда они сталкиваются с первой же трудностью, с другими – во время суровых испытаний. Есть и такие, кто ломается, только потеряв всё. В таких случаях главное – вовремя выбраться из этого состояния, найти силы подняться и мотивацию для дальнейшей борьбы.

– Тогда ты подал мне руку. Пинками, угрозами, объяснениями, но ты добился результата. Именно за это я тебя благодарю.

– Не за что, – повторился Лёша.

Андрей молчал какое-то время, собираясь с мыслями. Ему очень редко удавалось поговорить с Лёшей по душам, но каждый из этих разговоров становился для него огромной ценностью. Однако сам Корнеев, сколько бы они ни разговаривали, по-прежнему оставался для него загадкой. В своё время Гронин просил прислушиваться к нему, но быть осторожным, наблюдать за ним. С тех пор Лёша проявлял себя только как надёжный товарищ, человек, который не запорол ни одной задачи, и как опытный советчик. Но всё-таки, если быть честным – Андрей почти не знал его и не понимал, что им движет.

Тогда почему он так доверяет ему и прислушивается к его мнению? Почему безоговорочно верит во всё, что говорит этот загадочный человек? Кто он? Кем был и кем стал? Вероятно, он верил ему, потому что чувствовал в Корнееве уверенность в своих силах. Присущие ему молчаливая деловитость и серьёзность, опыт и знания, надёжность, полное отсутствие понтов и лишней бравады – вот, что в нём подкупало, внушало доверие. В дополнение всё, за что бы ни брался Лёша, он делал качественно и быстро, всегда доводил дело до конца и отвечал за каждое своё слово. Наверное, именно поэтому он был так немногословен – предпочитал словам действия. Андрей улыбнулся, придя к такому выводу, и Корнеев это заметил – он мало когда расслаблялся и даже сейчас, когда они были в безопасности, всё равно следил за происходящим вокруг, например, за Андреем.

– Чего улыбаемся? – поинтересовался он.

Вопрос был задан таким равнодушным тоном, что сходу трудно было понять вопрос ли это вообще.

– Что? – содрогнулся Андрей и открыл глаза.

– Ты улыбался. Я спросил – почему.