Горный Ирис - Алекс Югэн

вскоре всё сложится именно так, как вы предполагали. По донесениям нашего наблюдателя Бонапарта, — тут оба собеседника, как по команде, поёжились: «БР-Р-Р!», — ваш «волшебный мальчик» окончательно разругался с отчимом, и тот вскоре спровадит его в свою пустующую квартиру, находящуюся как раз в опасной зоне.

Невидимый ранее собеседник выступил из полумрака и принялся мерить шагами залу. Несмотря на возраст, он был намного стройнее подчинённого, подтянут, гибок и стремителен. Да и в остальном выглядел очень эффектно: чёрная лоснящаяся шерсть с отливом, белая манишка и плащ из клубящейся тьмы.

— Я боялся признать, что этот день наступит, Мех, — он подкрутил свои роскошные кошачьи усы. — Наши охранные чары там бессильны и ничем ему не помогут. Но мы не можем просто выкрасть парня, пока не поймём природу его волшебной силы. Придётся приставить к нему кого-то из наших агентов. В качестве — как это говорится у людей? — ангела-хранителя.

— Сир, вы же знаете, что выбирать особенно не из кого. Многие хороши для наблюдения за людьми, но защищать их… А наш единственный сотрудник в человеческой личине и с пристойной легендой… Она занята с Чёрным Вороном, и не может отвлекаться на другие задания. Да и заставить людей самих охранять «волшебного мальчика» не выйдет. Если я наведу на него спецслужбы, мы точно потеряем контроль над ситуацией. Они насторожились и в прошлый раз, когда получили информацию от моих агентов.

Армэль вздохнул:

— Да, они играют жёстко, и мы для них — такой же объект охоты… А что, если сделать ещё одно подобие человека?

— Подобие… Подобие сотворить несложно. Но что толку в оболочке? Гораздо важнее то, кем её наполнить. Тут нужна душа особого склада. Кто-то, кто сориентируется в любой ситуации, впишется в их действительность почти без подготовки. Такие кадры на дороге не валяются.

Мех говорил чистую правду, пусть и не всю. Действительно, многие агенты были уже раскрыты, изловлены человеческими спецслужбами да так и сгинули… Но истинная причина его возражений была иной. Всё снова делается в последний момент и, почти наверняка, будет переложено на его плечи!

Он взглянул на экран. Помехи прекратились, и телевизор сам собой переключился на музыкальный канал. Начинался молодёжный мультсериал. Неожиданно для самого себя Мех выговорил:

— Посмотрите сюда, сир! — указал он лапой на экран. — Кажется, теперь у меня есть одна кандидатура!

— Что ж, рад слышать. Но при чём тут эти небрежно нарисованные человеки? Главная героиня такая нескладная!

— Не она. Вглядитесь в её подругу: эти голубые глаза, широкие скулы, худоба… Неужели она вам никого не напоминает?

— Ле’Ра́йна! — пробормотал Граф Армэль дрогнувшим голосом.

Узнал. Ле’Райна — единственная, подходящая для этого задания. Ле’Райна — демон из прошлого, ныне развоплощённая, заточённая и лишённая памяти. Памяти, но не личности.

— Она… Она подойдёт идеально. Как же давно это было! — Армэль настолько погрузился в воспоминания, что не заметил, как начал думать вслух. — Теперь она меня и не вспомнит. Может, это и к лучшему.

Он провёл рукой по стене, и та явила колдовской тайник. В нише стояла пыльная зелёная бутыль с сургучной печатью. Граф Армэль погладил стекло с нежностью, поразившей наблюдавшего за ним подчинённого. Вдруг он отдернул лапу, будто обжёгся.

— Нет, не могу! Сам твори. Ты уже давно всё умеешь не хуже меня. И помни, Механик, времени у нас мало!

— Насколько мало? Когда вам нужен новый сотрудник?

«Вот. Сейчас он это скажет. Даже полным именем назвал. Три. Два», — начал считать про себя Мех.

— Он нам нужен еще вчера.

— Как скажете, сир.

Толстый и тонкий

Москва, р-н Ивановское.

Над телом, несколько поодаль от остальных, стояли двое оперуполноченных в гражданском. Лейтенант Нестор Воронов был высок и худ. Со своим выдающимся носом и длинными иссиня-чёрными волосами он и впрямь смахивал на ворона. Его правый глаз дёргался от нервного тика, а подбородок и щёки были старательно выскоблены бритвой. Воронов был одет во всё чёрное: узкие джинсы, винтажный кожаный «бомбер» и кеды, порядком отсыревшие от весенней слякоти. Он достал служебный фотоаппарат и снимал искалеченный труп в разных ракурсах, привычно ёжась от холода.

Его непосредственный начальник, капитан Илья Ильич Мещанинов, был одет основательней: шерстяное пальто, презентабельный синий костюм и тёплые ботинки. Весь пышущий здоровьем, розовощёкий и жизнерадостный, Мещанинов старательно протирал очки специальной тряпочкой из микрофибры. Одновременно с этим он подслеповато щурился на солнце, гадая, скоро ли стает снег и настанут погожие деньки. Илья Ильич изо всех сил пытался отгородиться от свалившейся на его голову чертовщины и просто радоваться весне.

— Стало быть, жертва, — наконец нарушил он повисшее молчание, — под номером?..

— Семь, — сипло ответил подчинённый, сверившись с громадным блокнотом. — Так же, как и в прошлых случаях, обе кисти отрублены. Причём, крайне неаккуратно. Обнаружены неподалёку в зубах у собаки, принадлежащей…

— Тем же гражданам, что и раньше, — перебил его Мещанинов. — А у преступника, кажется, какой-то пунктик на этой псине. Или на её хозяевах. Мы их уже исключили?

— Мы их уже исключили, — эхом отозвался Воронов. — Во время случая под номером… — он послюнявил палец и отлистал пять листов назад, — под номером три хозяева собаки находились в отделении милиции в качестве задержанных по жалобе… Что за почерк? — возмутился он. — А-а-а, по жалобе гражданки Тришкиной И.И. на злостное нарушение тишины в ночное время. А значит, никак не могли совершить убийство, почти идентичное номерам один и два.

— Напомни, это ведь та самая Тришкина, которая нашла первую кисть? — присутствие посторонних помешало Мещанинову упомянуть известное выражение про шило.

— Та самая. И она же добилась возбуждения уголовного дела. Кисть к тому времени была полностью обглоданной, а тело еще не обнаружили. Поэтому вначале…

— Да-да, спасибо, что напомнил! Ведь согласно утверждению Прокопенко, обглоданная человеческая кисть ещё не означает убийства. Он предложил Тришкиной подождать пару дней, не объявится ли безрукий! — капитана передёрнуло. — Ты хоть представляешь, как меня за это отодрали, когда до начальства дошло? Чёрт бы его побрал!

Во всяком коллективе есть свой аутсайдер. В их отделе это был болезненный вегетарианец Лёша Прокопенко. В рабочее время он изучал журналы о здоровье и питался по расписанию — полезной домашней едой. На службу времени не оставалось. Пять лет назад Лёшу пристроили по протекции кого-то сверху да так и забыли. Докладные записки и жалобы на вопиющую некомпетентность, казалось, пропадали бесследно, и он так и оставался в одной и той же должности все эти годы.

Лёша Прокопенко раздражал всех без исключения и тем объединял коллектив. Почти все сотрудники спали и