Триединый - Генсо-но Ками

— Мертв. Дорогая, пожалуйста, отведи Виктора в каюту. Если по пути встретите кого-нибудь из экипажа парохода — отправьте его сюда.

— А ты?

— Побуду здесь, покуда не придет один из офицеров.

— Милый, ты слышал, что сказал папа? — женщина потянула подростка за руку. — Идем!

Проводив их взглядом, мужчина вновь повернулся к мертвецу. Сквозь одну из дыр в рубахе Блэйна он заметил краешек рисунка. Осторожно сдвинув мокрую ткань, уставился на небольшую черную татуировку: меч, перекрещенный со стилизованной молнией.

Нахмурившись, мужчина огляделся по сторонам, а после быстро закрыл рисунок рубашкой.

Когда на палубе появился второй помощник капитана в сопровождении нескольких матросов, мужчина стоял у фальшборта в стороне от мертвеца. Опираясь о металлическую перекладину с облупившейся белой краской, он глядел на ночное море.

— Что здесь произошло, саэр? — строго сказал офицер, увидев распростертое тело.

— Мой сын вышел подышать воздухом и нашел этого человека лежащим на палубе… Мне кажется, — неуверенно добавил мужчина, — этот несчастный мертв.

— Вы осматривали его? — в голосе офицера звучала настороженность.

— Что вы! — выставил ладони мужчина. — Я не доктор и не сыщик, чтобы лезть не в свое дело! Но он лежит так… и не шевелится…

— Ясно. Как ваше имя, саэр?

— Эзерин Ардисс. Мы с супругой и сыном разместились в каюте 79. Это во втором классе, — добавил мужчина.

— Знаю, — небрежно махнул рукой помощник капитана. Можете вернуться к семье, саэр. Но позже вам придется дать письменные показания.

— Конечно, — покладисто согласился мужчина, — я понимаю, дело серьезное. Всего доброго!

Офицер коротко козырнул и перевел взгляд на одного из матросов:

—Джанко, приведи судового врача…

* * *

Спустя сутки пассажирский пароход «Звезда Рионны» пришвартовался в порту острова Кахолаве. Среди трех десятков пассажиров, сошедших на берег, было и семейство Ардисс. Мать, облаченная в длинное светлое платье и белую широкополую шляпу, вела под руку сына. Позади шагал Эзерин Ардисс, неся два больших потертых чемодана.

Отказавшись от услуг носильщиков, отец, поставив один чемодан на землю, взмахнул рукой. К нему тотчас подкатила легкая открытая повозка, которую тянула старенькая лошадь. Собственноручно погрузив чемоданы, Эзерин помог подняться в повозку супруге, а затем сыну. Усевшись на единственное свободное место рядом с возницей, глава семьи вслух прочитал название гостиницы, от руки написанное на клочке бумаги:

— Тапалоа.

Возница кивнул и дернул поводьями, заставляя лошадь двинуться с места.

* * *

«Тапалоа» представляла собой старое двухэтажное деревянное здание, расположенное на берегу желтой от илистой взвеси речушки. Расплатившись с владельцем повозки, Эзерин Ардисс провел семью внутрь. Покуда его жена с любопытством разглядывала убогий интерьер, а сын безучастно смотрел под ноги, он перекинулся парой слов с портье. Внеся задаток, взял ключ с круглой деревянной биркой. Сунул в карман светло-серого френча и, подхватив чемоданы, направился к лестнице. Супруга повела сына следом.

Истертые ступени громко скрипели под ногами, угрожая проломиться в любой момент. Тем не менее, семейство благополучно поднялось на второй этаж. Пройдя по плохо освещенному коридору, они остановились перед дверью с номером 8. Эзерин Ардисс вынул ключ. Замок щелкнул, и перед глазами гостей предстала тесная комнатушка с двумя кроватями и стареньким комодом. На комоде стоял покрытый вмятинами медный таз, из которого торчала верхушка керамического кувшина для умывания.

— Портье сказал, что уборная в конце коридора, — сообщил Эзерин, затаскивая в номер поклажу. — Еще он сообщил, что здесь подают только завтраки. Но за дополнительную плату, нам принесут ужин из закусочной, расположенной где-то неподалеку.

Войдя внутрь, его жена уселась на краешек кровати. Поглаживая руку устроившегося рядом сына, тревожно посмотрела на мужа.

— Любимый, тебе не кажется, что с той ночи Виктор ведет себя иначе, чем обычно?

— Да, он словно еще больше погрузился в себя, — со вздохом согласился Эзерин, взгромождая один из чемоданов на вторую кровать. Отперев замки, он откинул металлические защелки и поднял крышку, обтянутую коричневой кожей. — Должно быть, увиденное его напугало. Ничего, скоро все изменится. Наберись мужества, моя незабудка, осталось совсем чуть-чуть.

Ободряюще улыбнувшись жене, он вынул из чемодана стопку аккуратно сложенных вещей. Затем достал из кармана перочинный нож, разложил и подпорол подкладку на стыке днища и бортика. Сдвинув плотную клетчатую ткань, подковырнул лезвием деревянную пластину. Прямоугольный кусок размером с ладонь сместился, показав часть ряда небольших плоских свертков. Сунув один из них в карман брюк, глава семьи закрыл потайной отсек и запихнул чемодан под кровать.

— Эзерин, меня что-то беспокоит, — в смятении сказала жена.

Он подошел к ней и нежно поглядел сверху вниз.

— Боишься?

— Да, — призналась она. — И сейчас больше за тебя.

Наклонившись, Эзерин поцеловал супругу в щеку.

— Если что, я сумею постоять за себя. Запри двери и открой только портье, когда он принесет еду. Не волнуйся, незабудка, мы справимся.

Напоследок погладив сына по голове, он покинул номер.

* * *

Узкие грязные улочки были плохо освещены, но Эзерин Ардисс шел с уверенностью местного жителя. Еще до отъезда из своей страны, он заучил схему городка и теперь глядел на ориентиры и считал повороты. Прямо по улице, потом налево, пройти памятник, направо, снова направо… Вскоре Ардисс вышел на небольшую площадь. Здесь играла музыка, возле окружавших площадь зданий беспорядочно располагались столы и стулья.

Эзерин прогулочным шагом прошелся мимо нескольких кафешек. Остановившись у самого непопулярного заведения, расположенного в наиболее темном углу площади, огляделся. Сел за столик у стены, сплошь покрытой длинными ветвистыми трещинами. Почти сразу к нему подошел официант — загорелый абориген в темных брюках и белой рубахе с закатанными рукавами.

— Чего желаете, хаку?

— Принесите мне вино из ореха ковау, — сказал