Эффект Массодова - Илья Соколов

Как только они заперли дверь на ключ, в неё начали настойчиво ломиться буйнопомешанные школьники. Таня и Миша не собирались успокаиваться.

– Они превратились в зомби-сатанистов! – неуверенно высказала Ирина Викторовна свою нелепую догадку. Роман Андреевич лишь пожал плечами. Дети в классе взволнованно притихли, напуганные донельзя.

– А наш охранник? Наш охранник… Где он сейчас, когда так нужен? – Самойлов пытался отдышаться. Пока получалось плохо.

– Охранник спит на вахте. Наверняка. – Шукшин, прислонившись к стене плечом, провёл ладонью по своей темноволосой голове, также пробуя прийти в себя.

– Может, ты, Рома, добежишь до него и расскажешь, что тут у нас творится? – растерянно произнесла Ирина Викторовна, поправляя очки. – Должны же мы хоть что-нибудь предпринять.

– Я вам что, адский учитель Нубэ?! – поразился молодой человек. – Видели, как они Михайловну жрали? Хотите, чтобы и от меня откусили пару кусочков?

Химичка пристыженно замолчала. Мужчины-педагоги переглянулись, как бы решая без слов, как дальше действовать, а в дверь кабинета вдруг перестали долбиться. Всё стихло. Спятившие восьмиклассники, видимо, ушли куда-то ещё.

– Надо просто в полицию позвонить! – воскликнула Лида Астахова с последней парты. – У меня телефон всегда с собой.

Физрук Василий Дмитриевич Станько вышел из спортзала, оставив семиклассников играть в снайпер-вышибалы. Он был высокий, подтянутый, в любимом спортивном костюме чёрно-красно-зелёной расцветки и фирменных очень чистых кроссовках. На шее висел неизменный секундомер.

Василий Дмитриевич собирался зайти к приятелю трудовику, пропустить по стаканчику-другому браги, хранившейся в подсобке за шкафом с поделками школьников младших классов, но сначала надо было прикупить в столовом «ларьке», так сказать, мировой закусон. Какая-нибудь булочка вполне сгодилась бы.

Станько завернул за угол, сносно выкрашенный в лазурно-синий цвет, и на полном ходу налетел на двух подростков, тоже спешащих куда-то… Это были озверевшие Таня и Миша.

– Уроки прогуливаете? – улыбаясь, осведомился физрук. Вместо хотя бы уклончивого ответа он получил серьёзную рану руки: Танечка Ковальчук чуть не откусила преподу пальцы.

Василий Дмитриевич отскочил от маленьких чудовищ – он увидел кровь на их губах, стекавшую к подбородкам подростков. Физрук Станько стремительно (будто выполняя норматив) понёсся к спасительному для себя спортивному залу. Рычащие Таня и Миша никак не поспевали за ним.

Тогда они решили найти другую жертву…

Гардеробщица баба Валя почти задремала за вязанием в своих владениях – зарешёченной «коробке» с рядами пустовавших нынче металлических вешалок (всё-таки середина весны в городе выглядела всегда по-летнему: солнечно и тепло).

В вестибюле было тихо, ничто не мешало впасть в дрёму и сон. Так бы и проспала баба Валя дачу звонка, если бы не страшные крики со стороны пункта охраны, который располагался чуть в отдалении от гардеробной стойки.

Охранник-вахтёр орал, как резаный осколками стеклянной бутылки. В его шею крепко вцепился зубами восьмиклассник, частенько рассказывающий анекдоты в очереди за куртками. Гардеробщица хорошо помнила этого мальчика.

Но тут была и странная девочка тоже – она прямо через штаны впилась в ляжку проснувшегося горе-вахтёра, выгрызая лоскуты кожного покрова пожилого мужчины…

А с наружи послышался вой полицейской сирены.

Полицейские с табельными пистолетами, шутя на ходу о том, что с детишками, вообще-то, шутки плохи, забегали по каменным ступеням крыльца в школу. В фойе их ждал неподдельный живой ужас, происходящий прямо на глазах у всех присутствующих: двое детей жрали вяло дёргающегося старика в претенциозной форме «школьного шерифа», а он уже даже не мог полноценно орать или отбиваться (похоже, у дедушки забарахлило сердце).

Лейтенант полиции, совершенно опешив, хотел было стрелять, но сразу передумал. Сложная мысль об убийстве ребёнка в школьном вестибюле показалась ему крайне кощунственной. Его коллеги, моментально посерьёзнев, начали подбираться к объектам задержания…

Баба Валя, как заворожённая, наблюдала за полицейской операцией через фигурно оформленные прутья решётки. Завидев ментов, крадущихся к ним, Таня и Миша оставили терзать плоть обморочного старичка-охранничка и переключились на вновь прибывших. Однако, противостоять силе лиц в форме, преодолевших квалификационный барьер, возможности практически не имелось…

Доблестные сотрудники правопорядка всё-таки повязали детей и кое-как повели их к служебной машине.

Парочка студентов сразу после пар отправилась в развлекательный центр. Девушку звали Марина, молодого человека – Павел.

Внутри центра развлечений и отдыха народу, как всегда в это время, было много. Все хотели развлекаться и отдыхать. Но в кафетерии на верхнем этаже (располагавшемся, можно сказать, на огромном балконе) свободные места всё-таки нашлись.

Павел и Марина купили: два треугольничка пиццы, стакан сока, пончик с присыпкой, шоколадное мороженное в стеклянной вазочке и газировку в пластиковой бутылке. И заняли столик рядом с большими окнами, через тщательно вымытые после зимы стёкла которых можно было наблюдать за передвижениями жителей города пешим ходом или же на машинах, а если это наскучит – просто любоваться окрестностями…

С удовольствием перекусив пиццей, парень и девушка затеяли непринуждённый разговор о новинках кинематографа и сложностях учебного процесса. Но всё, конечно же, было только для того, чтобы определить – нравишься ли ты человеку, который в данный момент сидит напротив и очень нравится тебе.

Марина выглядела сегодня очень красиво. Её светлые волосы и яркие голубые глаза Павел любил больше всего на свете (во всяком случае, ему сейчас казалось именно так). А вообще, на это свидание девушка надела свои лучшие вещи: светло-синюю курточку, которую Марина сняла и повесила на вешалку; белоснежные сапожки, почти туфли, и в них совсем не жарко; обтягивающие джинсы чёрного цвета, делавшие фигурку студентки ещё более стройной; светло-бежевую футболку, чудесно подчёркивающую соблазнительные формы Марины, которыми украдкой не уставал зрительно наслаждаться Павел.

Честно говоря, девушка уже очень хотела всё это с себя снять и остаться перед молодым человеком обнажённой и желанной.

Паша с шипением из горлышка бутылки откупорил газировку и сделал несколько глотков, показавшихся ему немного странными по вкусу. Приглушённая музыка в кафетерии стала словно бы нарастать, а голос приятно улыбающейся Марины, смотрящей Павлу в глаза во время разговора, наоборот – постепенно исчезал…

Красивая студентка удивлённо увидела, как её ухажёр зачем-то затряс головой, а из его носа и рта брызнула кровь и заструилась по лицу медленными ручейками.

Марина сначала подумала, что Паше просто стало плохо, он чем-нибудь отравился из только что купленного на ресепшене кафе (в последствие её догадка будет не так уж далека от правды). Но потом, когда Паша резким рывком вскочил из-за стола, опрокинув вазочку с мороженным и свою бутылку шипучки, девушке показалось, будто парень внезапно заразился бешенством или даже моментально заболел шизофренией самого агрессивного характера.