Опал - Дженнифер Арментроут

– Не уверен. Хотя мне нравится.

– Неужели? – улыбнулась я.

Дэймон серьезно кивнул и поцеловал меня в губы. Поцелуй был нежный и сладкий, я почувствовала его каждой клеточкой.

– Это так сексуально. – Он вновь настойчиво приник к моим губам. – Хрипловатый голос – это очень возбуждает. И все же я бы хотел…

– Не надо, Дэймон. – Я прижала ладони к его щекам. – Я правда в порядке. У нас есть, о чем беспокоиться и помимо моих голосовых связок. Это действительно далеко не самая важная проблема.

Мои слова прозвучали так по-взрослому, что Дэймон изумленно приподнял бровь. Я хихикнула, и внезапно обретенная мудрость бесследно исчезла.

– Мне тебя так не хватало, – призналась я.

– Еще бы. Ты ведь жить без меня не можешь.

– Ну, это, пожалуй, уже слишком.

– Просто согласись в кои-то веки.

– Ни за что! Уж больно ты самоуверен, – продолжала я дразнить Дэймона.

– Почему это? – спросил он, оторвавшись на секунду от впадинки на моей шее.

– Ну, как же? Ты же у нас «само совершенство».

Он фыркнул.

– Позволь мне тебе разъяснить, что у меня совершеннее все…

– Эй! Полегче!

Дэймон снова прижался губами к моей шее, и я вся затрепетала. Его поцелуй был действительно прекрасен.

Я никогда ему этого не говорила, но, если бы не «колючесть», которая жила в нем и время от времени давала о себе знать, Дэймон действительно был бы само совершенство.

С самодовольной усмешкой он провел рукой по моему плечу, потом по талии и, дойдя до бедра, прижал меня к себе еще ближе.

– У тебя извращенная фантазия, Кэт. Я всего лишь хотел сказать, что все по-настоящему важное я делаю хорошо.

Я засмеялась и обняла его за шею.

– Ладно, предположим. А ты у нас, значит, – невинное дитя?

– Ну, я бы так не сказал, – Дэймон снова переместился, и, оказавшись под ним, я резко вдохнула. – Скорее, меня можно назвать…

– Непослушным мальчиком? – прошептала я, спрятав лицо на его груди.

Он пах свежей листвой и экзотическими специями.

– Но в глубине души ты – милый. Именно поэтому я тебя люблю.

Внезапно он вздрогнул и замер. Потом лег на бок и обнял меня так крепко, что я с трудом могла пошевелиться.

– Что случилось, Дэймон?

– Ничего. – Он поцеловал меня в лоб. – Все хорошо. Просто еще так рано… В школу идти не надо, и твоя мама не ворвется с криком к тебе в комнату. Можно сделать вид, что вокруг нас не творится форменное сумасшествие, а мы с тобой – обычные подростки, и просто заснуть.

– Обычные подростки… Мне нравится, как это звучит.

– Мне тоже.

– А мне все равно больше, – возразила я, прижимаясь к нему со всей силой, так что стало слышно, как его сердце бьется в унисон с моим. Со-вер-шен-ство… Да, именно то, что нам сейчас нужно: маленькая передышка, чтобы почувствовать себя нормальными. Только мы вдвоем, я и Дэймон…

Окно в сад неожиданно взорвалось, на пол посыпался снег вперемешку с осколками битого стекла. Я заорала. Дэймон вскочил с кровати, мгновенно приняв истинный облик Лаксена, то есть превратившись в светящийся силуэт, настолько яркий, что на него больно было смотреть.

«Вот дерьмо!» — раздался его мысленный голос в моей голове. Впрочем, он не спешил ни на кого кидаться, поэтому я рискнула встать на четвереньки и взглянуть на пол.

– Вот дерьмо! – эхом повторила я вслух.

Передышка закончилась. На полу у моей кровати лежало тело.