Взгляд василиска - Иван Оченков

— Надо бы оркестр…

— Пожалуй, но где его взять? Разве Вирена попросить, у него на «Баяне» есть. А у нас только балалаечники-с!

— И, слава богу, Иван Петрович, случись что, я первый распоряжусь весь этот горючий хлам за борт выкинуть, а будь у нас целый оркестр, было бы жалко.

— Полагаете, будет война?

— Разумеется, причем это очевидно всем, даже нашему начальству, которое как тот мужик, который без грома не крестится. Если бы Старк не ждал войны, я бы давно князю Кекуатову место уступил.

— Это да, но лучше бы без нее.

— Как говорят наши матросики, «Спаси и сохрани царица небесная», однако нас с вами не спросят, начинать или нет. А вот если комендоры наши оплошают, то спросят непременно.

— Ну, нашими общими усилиями, Сергей Иванович, «Полтава» и так из первых в этой науке.

— Это когда было, дорогой мой, Иван Петрович! Надо, очень надо комендоров учить, да и господ офицеров не мешает.

— Кстати, хорошо, что вы напомнили, мне тут по секрету сообщили, что Алексей Михайлович изволят питать слабость к артиллерии и даже какие-то новаторские способы стрельбы изобрели-с! Неизвестно, правда, каким образом, поскольку пушки он нечасто видел, но вот, поди же ты. Так что будьте готовы.

— Хм, хотя учитывая, что его батюшка генерал-фельдцейхмейстером^[2] был, ничего удивительного. Может просто способный молодой человек?

— Может быть, может быть. Кстати, не совсем уж и молодой, его братец в таком возрасте уже капитаном второго ранга был, да и если бы проекты о переустройстве морского ведомства писать не начал, так и выше бы поднялся. Я это к чему, будьте осторожнее, а то мало ли. Может наш Алеша, тоже прожектер?

— Как вы сказали, Алеша?

— Нуда, слышал, его так все за глаза называют.

— Ну, Алеша — так Алеша. Честь имею.

— Ступайте, голубчик.

* * *

Приготовившиеся встречать молодого великого князя господа офицеры и не подозревали что он к ним куда ближе чем они думали. Наскоро приведя себя в порядок, Алеша, (мы тоже станем так его называть), уже побывал в штабе и уверено шел к пристани. За ним столь же уверено шел несгибаемый Архипыч и семенил с чемоданом Прохор. У пристани, как всегда, были причалены несколько шлюпок, баркасов и катеров с разных кораблей. Обычно узнать, где чье плавсредство, не составляло ни малейшего труда, поскольку у каждого матроса название корабля написано на ленте его бескозырки. Однако, на этот раз матросы, очевидно от холода попрятались, и лейтенант остановился в нерешительности. Впрочем, его появление не осталось незамеченным и вскоре из одного из паровых катеров, как черт из табакерки, выскочил разбитной матрос с надписью «Новик» на головном уборе.

— Здравия желаю, вашбродь^[3], - гаркнул он, — куды изволите?

— На «Полтаву», братец.

— Эх, вашбродь, — вздохнул с деланым сожалением матрос, — только что шестерка полтавская ушла.

— Досадно, — нахмурился Алеша, — что же делать…

— А вот наш командир идут, их высокородие господин фон Эссен. Справьтесь, может подвезут.

Действительно, к ним быстрыми шагами приближался офицер, сразу заметивший, что матросы со шлюпок где-то пропадают. Откозыряв в ответ на приветствие незнакомого лейтенанта, он с прищуром посмотрел на своего матроса. Как оказалось, матросы с прочих шлюпок и баркасов нашли убежище от мороза в новиковском катере и теперь бегом его покидали.

— Что за кабак? — Почти весело спросил он у них.

— Так что погреться заходили, вашескобродие, — хором отвечали они ему.

— Сейчас, вы у меня согреетесь, сукины дети, — посулил он им, впрочем, без злобы.

— Рады стараться! — гаркнули моряки, занимая места в своих шлюпках.

— Вам куда, лейтенант? — обратил он внимание на стоящего рядом Алешу.

— На «Полтаву», господин капитан второго ранга, — с надеждой в голосе отозвался тот.

— Присоединяйтесь, нам по пути, — радушно пригласил его командир Новика и тут же представился, — Эссен, Николай Оттович.

— Романов Алексей Михайлович, — ответил ему Алеша, радуясь про себя, что Эссен опустил приставку фон и избавил его, таким образом, от необходимости называть титул.

Великий князь тут же воспользовался приглашением и занял место в шлюпке, а вот Архипыч на секунду задержался.

— Ты куда прешься, сопля худая, — заявил он Прохору в полголоса, отбирая у него чемодан, — твое место рази на корабле? Ступай, да сними Алексею Михайловичу приличную квартиру, а то не дело ему в гостинице жить. Смотри, тля береговая, проверю!

Оставив обалдевшего от подобной бесцеремонности камер-лакея на берегу, старик проворно прыгнул в катер. Матрос-кочегар подкинул в топку угольку, открыл клапан и катер забухтев, заскользил к стоящим на якоре кораблям.

— Только что назначены? — Поинтересовался у Алеши фон Эссен.

— Так точно.

— Поздравляю, на «Полтаве» отличный экипаж.

— Благодарю, — коротко отозвался великий князь, жадно наблюдая за громадинами русских броненосцев.

Море и флот, Алеша любил страстно. Вынужденная из-за болезни, десятилетняя разлука была для него пыткой. Оставаясь поневоле праздным, он с упоением читал, все что мог достать о кораблях и дальних плаваниях. Живо интересуясь всеми новинками, которые во множестве появлялись во флотах иностранных государств, он пытался сообщать их в морское ведомство, но заинтересовал ими только своего любимого брата Александра Михайловича, или как его звали в семье — Сандро. Живя в Италии, он свел знакомство со многими тамошними моряками и кораблестроителями и, иной раз, бывал на новейших итальянских кораблях и даже, как-то, присутствовал на маневрах. И вот теперь, его мечта сбылась. Он будет служить в русском флоте и сможет отдать ему все накопленные в разлуке знания, весь жар своей не огрубевшей еще души.

Очевидно, командир Новика, заметил состояние лейтенанта и не донимал его разговорами, и лишь когда утлая шлюпка подошла к громадине броненосца, с улыбкой пожал ему руку и пожелал счастливой службы.

— Благодарю, — отозвался Алеша и двинулся по трапу, отдавая честь флагу.

Вахтенный начальник, лейтенант Баранов, поздоровавшись прежде с Эссеном, поинтересовался причиной прибытия его попутчика. Узнав о цели визита, он с искренней приязнью поприветствовал нового сослуживца и вызвался лично проводить его к командиру. Пока они отсутствовали, оставшегося на палубе Архипыча, с любопытством обступили матросы.