Дочь Дракулы - Андрей Белянин

– Нет! Я не в порядке! Я вампир! Я не могу вернуться домой! Вместо этого я таскаюсь по каким-то старым пыльным замкам в компании типа румына и типа графа Дракулы, который типа мой отец!

– Милое дитя, хотя бы ты не называй меня графом, это ужасно раздражает. Я – князь, господарь Валахии! Графом меня назвал этот глупец-писатель. Как там его? Чмокер, Стокер, Брокер… кажется?!

– Брэм Стокер, господарь, – с поклоном поддакнул Бесник.

– Но я должен быть благодарен ему, – не обращая внимания на подсказки фамильяра, задумался мой отец. – Благодаря его пошлой сказочке туристы стекаются к этому замку, а также ко всем моим владениям, как косули на водопой. Изо дня в день, из года в год, из века в век… Это сумасшедшие деньги, дитя! Кажется, даже при своей жизни я не был так баснословно богат. Возможно, ты не заметила, но во дворе того отеля на перевале Борго я даже приказал поставить памятник этому дураку-сказочнику, ведь как-никак, а мы обязаны ему всем, что имеем сейчас.

– Я не читала «Дракулу». Но смотрела фильм с Киану Ривзом, – вспомнила я.

Мы прошли через широкий зал и поднялись по лестнице, ведущей на второй этаж.

– Ты же знаешь, что этот… как там его… Киану Ривз тоже вампир?

– Ой, ну вот не надо, а? Всякому вранью есть предел!

– Он бледен, худощав. Он не стареет. И сводит с ума миллионы девушек, оставаясь одиноким. Неужели ты сама не додумалась соединить воедино все эти факты?

– Конечно же его тоже вы сделали вампиром? – скептически спросила я.

– Нет. Я не столь большой поклонник его творчества. Кроме того, в Америке есть свои вампирские кланы и свои традиции…

Бесник взял откуда-то керосиновую лампу, зажёг её и шёл на пару шагов впереди нас. На стенах узких коридоров висели мрачные портреты каких-то неизвестных людей, которые в полумраке и разглядеть-то было крайне сложно. Но мой новоявленный папаша занудно вводил меня в историю создания этого замка, а заодно и в историю фанатизма по вампиризму, благодаря которому это бизнес-предприятие процветает.

Процветает? Серьёзно? Да за минувшим поворотом на меня чуть не упал потолок! Не побелка, даже не люстра, а именно кусок потолка! Какое-то шестое чувство не дало мне задержаться у картины, где три прекрасные обнажённые девушки (на вид им было не больше пятнадцати) с самыми нежными лицами рвали на куски невинного ребёнка, наслаждаясь его хлещущей во все стороны кровью.

Может быть, дело в том, что я не люблю страдания детей, может, ловлю успешно забытые флешбэки из детства, но я сделала два быстрых шага вперёд, практически вплотную прижимаясь плечом к неспешно идущему графу, и в этот самый момент услышала грохот сзади. Когда мы обернулись, стало ясно, что часть потолка просто обвалилась, разлетевшись от удара об пол на десятки кусков, некоторые из которых были размером с мою голову…

Нет, я, конечно, привычная, в прошлом семестре на меня упал огромный кусок побелки в старом корпусе родного института. Мне тогда удалось увернуться, но волосы припорошило, и я весь день проходила «седой» на полголовы. Но это ж всё-таки институт в провинциальной дыре, который разворовывают ректор и две толстые проректорши. А тут какая-никакая, но Румыния, страна в Евросоюзе, куда их министры по сохранению культурных ценностей смотрят, а?!

Просто фраза «самый дорогой замок в стране» сама собой навела меня на мысль, что эта постройка должна содержаться в идеальном состоянии. Что ж, видимо, не должна…

Мы спустились вниз, потом поднялись наверх, потом опять куда-то спустились. Лестницы были вполне себе обычными, винтовыми, коридоры то сужались, то расширялись, ответвляясь во все стороны. В конце концов мы оказались в какой-то мрачной комнате, где Бесник поставил лампу на стол.

– Это твои покои, дитя, – торжественно объявил Дракула.

Покои? Скорее это монашеская келья. Ну или одиночная камера. Что, в принципе, одно и то же. Тусклый свет керосиновой лампы. Деревянный стол. Стул. Кровать. Узенькое окошко с грязными стёклами. Интересно, окна в этом замке хоть когда-нибудь мыли?

– А нет ли более приличных вариантов заселения? – спросила я. – Может быть, тут поблизости есть какая-нибудь гостиница хотя бы на три звезды? С душем, туалетом, нормальным освещением, с кроватью, которая младше меня, халатами, тапочками и завтраком?

– Что она бормочет? – Граф озадаченно уставился на Бесника.

– Господарь мой, господарша хотела бы более просторные и светлые покои… – затравленно пояснил он.

– И современные, – добавила я.

– И современные, – повторил румын.

– Со-вре-мен-ны-е? – по слогам произнёс Дракула, переводя взгляд с фамильяра на меня и обратно. – Что я слышу, раб? – в конце концов, определившись с тем, кому предъявлять претензии, спросил он. Бесник молчал.

– Мне нужен нормальный душ. И туалет в номере. Ну то есть в покоях.

– Но под кроватью стоит ночной горшок! Просто выплесни его содержимое из окна, и в покоях всегда будет чисто!

– Вот уж спасибо, папа! – психанула я. – Вы, конечно, извините, но я не собираюсь выливать всякое из горшка на улицу! Мы, слава богу, не в Средневековье!

– Ты не рада жить так, как жили твои предки? Как жил твой отец?! – Граф или князь Дракула от услышанного, кажется, стал ещё бледнее.

– В общем, так. Выводите меня по этим лабиринтам назад из замка. Я хочу вернуться в Бухарест, в цивилизацию. Увы, но, несмотря на всю экзотику, родовое имение мне не понравилось. Можете меня проклясть! Отречься от меня! Прогнать тоже можете, почему нет? Забудем друг о друге, и я вернусь наконец домой, к маме-е!

Естественно, меня отказались вести назад. Со скандалом и слезами я всё-таки вытребовала себе другую комнату, к которой мы опять долго шли по лабиринтам коридоров и лестниц.

Ну что сказать… Не фонтан, конечно, но этот номер оказался просторным и более светлым, хотя бы потому, что стены были белёными и на удивление чистыми. Кровать была такой же древней, но куда деваться? Зато окон аж три! Я поставила на пол рюкзак, и несколько минут мы с князем Дракулой провели в напряжённом молчании. Он дулся на меня.

Впрочем, его проблемы, по идее это скорее уж мне надо дуться, а не ему. Вернувшийся Бесник притащил какую-то небольшую бочку и поставил её к маленькому, скромному, убитому временем умывальнику, из крана которого раздражающе подкапывала холодная вода. Типа это ванна, что ли?

За немытыми окнами садилось солнце. Граф отошёл в угол, практически растворившись в тени. Бесник прибавил огонь в керосинке.

– Отдыхай, возлюбленное дитя, – раздалось из угла. – До утра мы не увидимся. Мой своё тело или прикажи рабу вымыть тебя. Утром я расскажу, как ты будешь жить дальше.

– О-о, как интересно! – с сарказмом протянула я. – До утра я с ума сойду от любопытства, хотелось бы прояснить этот вопрос прямо сейчас.

– Сожалею, но у меня есть некоторые дела. Солнце уже село, значит, мне пора поохотиться.