Дикая. Часть 2 - Anne Dar

носоглотку всё ещё саднило, забитые пылью лёгкие функционировали через силу, правая нога начинала всё больше хромать, что неудивительно, ведь за последние два часа я не остановилась ни разу, как будто стремилась довести себя до очередного обморока – возможность забыться казалась прекрасной. Слёзы не текли, но по неровному дыханию, вырывающемуся из моего слегка приоткрытого рта, я понимала, что плачу, пусть и всухую… Нет, нужно остановиться. Открыв глаза, я осмотрелась. Я зашла в тёмную часть Конкура: в основном здесь росли хвойные деревья, лиственница встречалась реже, из-за густоты леса дневного света здесь было мало. Выбрав для привала старый каштан, со всех сторон заросший высоким папоротником и кустами волчьей ягоды, которые могли отлично замаскировать меня, я опустилась на землю и прислонилась к ровному стволу дерева. Сбросив с себя рюкзак, я уперлась затылком в каштан, в очередной раз сухо прокашлялась в кулак, закрыла болящие глаза и в итоге не поняла, как уже спустя несколько секунд начала дремать. Через дымку полусна меня сначала терзала неистовая боль от утраты Дикой, а позже неожиданно затерзал вопрос о том, каким образом моё замороженное тело в криокапсуле умудрилось перекочевать через океан и в результате переместиться из Северной Америки в Евразию. Ведь я сейчас в Евразии? Да. Но в какой именно точке? На территории какого государства Павшего Мира находится Конкур? Кто сейчас у власти? Кто правит бал в этом месте? Зачем был создан Конкур? Зачем был создан Паддок? Кем?.. Во имя чего были убиты те тридцать восемь человек, которые прибыли в Паддок до меня? Во имя чего погибли Парагрипп, Бум, Эффект? А Дикая? А я? Тоже погибну? Буду жить вечно? Что происходит?..

Я резко распахнула глаза и сразу же поняла, что проспала слишком долго: дневной свет начал сгущаться в сумерки. Меня что-то разбудило. И это что-то повторилось, как будто желая объяснить мне, чтó именно меня потревожило… Человеческий крик.

Это было совсем рядом. Всего в пятнадцати метрах за моей спиной. Стоило мне только выглянуть из-за ствола своего дерева, как я сразу же стала свидетельницей развернувшегося действа. Кричала Нэцкэ. Сверху на ней сидел Змееед. Он пытался душить её. Задушит – и все мы станем на шаг ближе к выходу из этого места. Или… Или можно стать сразу на целых три из трёх необходимых шагов ближе к финишу: убрать Змеееда сразу после того, как он уберёт Нэцкэ. Бред. Дикая бы так не поступила… Я взялась за лежащий рядом кусок дерева, тяжелый, но сухой… Сухой – сразу же захотелось пить. Как же болит всё тело… Почему-то начала болеть правая рука, словно вторя прихрамывающей правой ноге.

Нэцкэ начала кричать тише… Блин, она не справится. Нужно успеть её отбить…

Я уже дёрнулась, чтобы начать тихий подъём, что в условиях моего пребывания в кустах представлялось сложной задачей, как вдруг Нэцкэ размахнулась и явно воткнула в ногу Змеееда нечто острое. Парень закричал так громко, что не осталось сомнений в том, что его плоть что-то пронзило. Нэцкэ стремительно сбросила душителя с себя и, резво вскочив на ноги, рванула в кусты. Из её открытого рюкзака вывалилось что-то неопределённое… Змееед тут же подскочил и, сильно хромая, бросился вслед за своей жертвой. Я замерла и прислушалась. Шум от бегущих через кусты людей становился всё тише, назад как будто бы никто не возвращался. Мой взгляд вцепился в то, что выпало из рюкзака Нэцкэ. Я присмотрелась. Это была… Бутылка! Полная или пустая – с этого расстояния было не рассмотреть. Змееед мог вернуться в любую секунду, как и Нэцкэ. Необходимо было решаться.

Резко вынырнув из своего укрытия, я подбежала к находке и подняла её. Бутылка была под завязку наполнена чистой водой! Я оцепенела. Эта вода может быть нужной для Нэцкэ… Наверняка она ей нужна. Но у неё есть Дефакто, у которого тоже должна быть вода… Я снова прислушалась и снова не услышала признаков чьего-либо возвращения. Забросив бутылку в рюкзак и накинув на голову капюшон, я заставила своё изнурённое тело броситься в бег в противоположную сторону.

Остановившись уже через сто метров, я резко упала на колени и, сбросив с плеч рюкзак, достала из него полную бутылку. Раскрутив пузырёк йода, я аккуратно добавила пару капель в воду и заново закупорила бутылку. Я смогла заставить себя подождать, но только пять минут. Раскрутив бутылку, я начала пить и не остановилась, пока не выпила четверть от общего объёма. Наконец отстранив бутылку ото рта, я задумалась. Нэцкэ с Дефакто ходят с полными бутылками воды в этой части леса – не в той, где находится река. Вывод: где-то рядом должен быть источник.

Моя рука вдруг сильно дрогнула. Повезло, что до этого я закрутила бутылку, иначе пролила бы ценные капли. Я поморщилась: да что с ней такое? Ведь если бы я отбила руку так же, как ногу, я бы почувствовала это сразу, но ведь засыпала я с меньшим дискомфортом в предплечье. Нужно проверить… Но сначала – ещё немного выпить.

Когда бутылка опустошилась больше чем наполовину, я остановилась и снова поморщилась. С рукой явно было что-то не так.

Спрятав ценные остатки воды в рюкзак, я резко задрала рукав куртки и испытала мгновенный шок от увиденного: в центре предплечья образовался огромный, размером с помидор, лимфоузел, от которого, словно паучьи лапки, разошлись мои сильно вздувшиеся вены! Кончиками пальцев, словно боясь того, что моя кожа не выдержит напора, треснет и выпустит из моих вен всю кровь, я коснулась лимфоузла. Он неожиданно зашевелился. Как будто у меня под кожей скрывалась живая жидкость или… Не жидкость.

Никогда прежде ничего подобного я не видела. Это выглядело… Поистине кошмарно.

Дыша тяжелыми рывками, я вытащила из рюкзака пузырёк с йодом и, из-за шокового состояния, совершенно неблагоразумно вылила на лимфоузел всё содержимое пузырька до последней капли. Я даже не задумалась о том, что могу получить ожог, или о том, что йод ещё может пригодиться мне для дезинфекции ран или воды. Лимфоузел как будто бы резко сжался, при чём я испытала острую боль, но больше ничего так и не произошло… Удерживая пострадавшее правое предплечье левой рукой, я неотрывно сверлила его таким напряженно-испуганным взглядом, что у меня на лбу начал проступать пот, а по спине забегали холодные мурашки… И здесь я поняла, что меня серьёзно знобит. Уже давно. С самого момента пробуждения. Со мной происходит что-то неладное…

Глава 27.