Александра - Олег Ростов

— Я всё прекрасно понимаю. Не надо считать меня за конченную дуру.

— Скажи, тебе Вася нравится или ты просто так, ради флирта и колбасни?

— Честно?

— А как ещё?

— Нравится. Даже больше скажу, Сань, я похоже влюбилась. Правда. Я когда с ним целовалась, вся мокрая была. Ещё немного и сама бы подол задрала.

— Этого ещё не хватало. Ладно, Лен, пожалуйста, больше с Васей не оставайся один на один, я тебя очень прошу.

— Хорошо. Не останусь. Но что дальше, Саш?

— Замуж за него пойдёшь.

— Что, прямо так и замуж?

— А что ты хотела? Именно замуж. Иначе ни как. Завтра я с маман и папан переговорю. И всё, готовься. Выйдешь замуж, а там мужу и продемонстрируешь, насколько ты мокрая, когда он тебя на руки возьмёт.

— Ну, Сань… Что обязательно?

— Ты меня достала. Мы не в 21 веке! Поколбасилась, переспала и свалила. Ты что, так и не поняла, где мы?

— Да поняла я всё. Хорошо, договаривайся. Раз уж здесь остаться придётся, то хоть мужика себе сама выберу.

— Вот и славно. Будешь облизывать мужа и дрессировать его.

На следующий день мы пошли пробовать, что такое динамит.

— Лен, я не понял, это что динамитная шашка? — Держала в руках какой-то скособоченный кусок, отдалённо напоминающий цилиндр.

— Ну да. А что тебе не нравится?

— Лен, как-то на шашку не похоже. У тебя с геометрией проблемы?

— Сань, ты чего такая нудная? Какая форма получилась, такая и получилась. Разницы никакой. Тебе форма нужна красивая или результат?

— Конечно результат. А из чего ты её слепила? Из опилок что ли?

— Из опилок. Пропитала опилки нитроглицерином, потом спрессовала их. Опилки делают нитроглицерин более устойчивым. Конечно, лучше для этого подойдёт кизельгур. Но где мне его сейчас взять?

— А что это такое?

— Это такая порода, пористая. Она впитывает хорошо Нитроглицерин. Потом её прессуют и делают шашки динамитные. Гизельгурт лучше всего подходит.

— Ладно, что-нибудь придумаем с этим гизелем. Чёрт бы его побрал. — Стоявшие тут же мои пять парней и Иван, при слове чёрт перекрестились. Я посмотрев на них, тоже. А Ленка уже глядя на меня.

— Царевны, а что это такое? — Спросил нас с Еленой Иван, глядя на кусок динамита.

— Это, Ваня, очень хорошая вещь. — Сказала ему. — Если её бросить во врагов, будет такой бабах, что святых выноси.

— Огненное зелье? — Так ещё порох на Руси называли.

— Точно, зелье, что б его. Ладно, не мешайте. Лен, шнур где? — Подруга протянула кусок странного шнура.

— Смотри, вставляешь вот сюда. Я детонатор сделала. Не знаю, правда, как он сработает.

— Детонатор?

— Ну да, его ещё называют капсюль-детонатор. Пришлось химичить из деревяшки. Мне плотник сделал.

— Детонатор из дерева? Ты головой нигде не ударялась?

— Если тебе не нравится, сама делай. Тоже мне! — Ленка обиделась. Я пошла на попятную.

— Извини. Просто, детонатор из дерева! Первый раз такую ахинею слышу.

— Это корпус. А из чего мне его делать было? Алюминия нет, да и нельзя из него сделать. Начинка на алюминий реагирует очень нехорошо. Из железа можно, да времени не было. Жесть нужна. Это у кузнеца заказывать нужно. Медь дорога, кто мне её даст, да и с медью тоже не вариант. Гремучка хоть и меньше на неё реагирует, чем на алюминий, но всё равно реагирует.

— Гремучка?

— Гремучая ртуть. Я её сделала, но совсем капелюшку. У меня оборудования совсем нет. Как в каменном веке. И ингредиентов тоже, кот наплакал.

— Ты гремучую ртуть получила?

— Ну да. А что такое? Её всё равно изобретут через 100 лет. Мне как раз хватило на один заряд. Это так для пробы. Там ртуть нужна и азотная кислота. Ртуть я немного в Пскове купила у одного еврея. Представляешь, эти придурки лечат ртутью. Я когда узнала в ауте была. Мне этот крендель стал втирать, что при завороте кишок, больному надо выпить стакан ртути. Блин, вот уроды!

— Ничего фантастического здесь нет. В древности ртутью лечили многие болезни. Вернее думали, что лечат. Например сифилис. Да ртуть способствовала уничтожению бледной трипонемы, которая и вызывает болезнь. Она очень чувствительна. Вот только после этого у больного выпадали все волосы, зубы и появлялось куча других заболеваний.

— Хрень редьки не слаще, так? — Ленка засмеялась.

— Что-то в этом роде. Но знаешь, ртуть на самом деле применялась в различных медикаментах вплоть до 60-х годов 20 века. Вот такая фигня. Потом эти препараты запретили.

Мы с Еленой замолчали. Поняли, что сморозили чушь. Посмотрели на парней. Те ничего не понимали, о чём мы говорим. Ленка вздохнула:

— Ладно, проехали. Короче я сделала немного гремучей ртути. Она в этой деревяшке, вставленной в шашку. Где пробовать будем?

— Ну явно не здесь, на подворье. Хочешь полтерема разнести? Пошли за крепость. Вон к лесу. Вернее поехали.

— На конях что ли?

— А на чём? Не на велосипеде же. Извини, но ласапедов нет.

— Сань, я не умею. И вообще боюсь их. Вдруг лягнёт?

— А ты сзади не подходи, не лягнёт. К кому-нибудь из парней сядешь. Всё, отставить разговоры.

Мужчины вывели коней из конюшни. Оседлали. Я быстро вскочила на своего скакуна. Елену взял к себе Иван, посадил перед собой. Неожиданно появился Василий. Недовольно смотрел на брата. Этого ещё не хватало.

— Василий, — обратилась к нему, — мы к лесу поехали. Если хочешь, то давай с нами. Елену повезёшь.

Он мгновенно метнулся в конюшню и вскоре вывел своего коня. Иван передал брату специалиста по взрывчатке. Выехали из крепости и поскакали к лесу. От поселения отъехали достаточно. Это хорошо. Ибо нечего смотреть на секретные разработки. На опушке лежали заготовленные брёвна. Тут же стоял небольшой сруб без крыши. Тоже свежий, примерно три на три метра. В лесу слышали стук топоров.

— Вань, а для чего это? — Спросила старшего из братьев Вяземских.

— Мужики времянку делают. А что? Надобно чего от них?

— Нет. Посмотри, есть там кто или нет?

Иван проехал, заглянул. Покачал отрицательно головой.

— Никого нет. Все в лесу, лес валят, брёвна заготавливают.

— Так внимание! С лошадей сходим. Животин отвести подальше. — Скомандовала всем.

— Сань, ты что хочешь? — Спросила удивлённо Ленка. — Избушку взорвать?

— Ну да. Надо посмотреть, насколько разрушительна такая вот шашка.

— А если лесорубы с топорами прибегут? Они строили, а ты раз и всё, как в анекдоте. Мы строили, строили, и наконец построили. Абдула, поджигай! — Мы обе с Ленкой засмеялись.

— Лесорубы прибегут, мы успеем ускакать. Сделаем вид, что не при делах. Всё, отходим.

— Сань, шнур вставить не забудь в капсюль.

— Знаю. Ты меня за кого принимаешь?

Когда все отъехали метров на сто, я вставила шнур в деревяшку, подожгла. Шнур загорел. Шипел, дымил, но горел. Причём очень быстро. Я подбежала к срубу и закинула в него шашку. После чего рванула со всех ног. Неслась как ошпаренная. Позади рвануло. Я споткнулась и упала. Уши заложило от грохота. Рядом со мной на землю упал кусок бревна. Он дымился. Ничего себе! Ещё чуть и мне точно кранты бы пришли. Ну Ленка! Вскочила и побежала к парням с подругой. Елена стояла, зажав рот ладонями. Глаза как у лемура, огромные. А вот мужчины были в шоке. У всех без исключения открыты рты. У некоторых, мне так показалось, даже волосы дыбом встали. Несколько лошадей вырвались и убежали. Но мужчины на это даже не отреагировали. Добежав до них, оглянулась. Это трындец. Сруб разнесло в дребезги. Бревна были раскиданы на три-четыре метра вокруг эпицентра взрыва.

— Сань, — жалобно прогнусавила Ленка, — я думала тебя убило. У меня чуть сердце не остановилось, когда ты упала.

— Я просто запнулась. Подруга, ты с нитроглицерином не перестаралась?

— Не знаю. Я же методом тыка. Зато знаешь, как классно бабахнуло. Круче, чем сарай в детстве, который мы тоже подорвали. Правда там больше загорелось, чем взорвалось. А здесь прямо красота.

— Царевна Александра! — Услышали мы с Еленой. Иван всё меньше называл меня княгиней, но больше царевной. — Что это было? — Он указал на остатки сруба.

— Динамит.

— Какой динамит?

— Взрывчатка. Елена сделала. Так что, Ваня, с этого момента царевну Елену охранять пуще зеницы ока! Понятно? Секрет этой взрывчатки знает только она. Больше ни у кого этого нет. Этого тебе не вонючий чёрный порох.

Я обняла Ленку.

— Всё дорогая, с почином! Я тебя поздравляю. И себя тоже! Теперь бы на поток поставить.