Солнечная станция - Андреас Эшбах

— Но она не в вашем модуле.

Джайкер внезапно рассмеялся.

— Вы здорово боитесь нас, Халид, если отказываете нам в такой мелочи. Полноте, мы всего лишь безоружные ученые, что мы можем сделать?

Халид помолчал, а затем к моему немалому удивлению пробормотал.

— Вы правы, я вас боюсь. И все же... Ральф, отведи врача в их модуль!

Тем временем Ральф и Свен открыли второй модуль и вывели Оду.

— В какой каюте лежит ваш командир? — поинтересовался Халид.

— Вторая справа,— ответил Джайкер.

Халид поманил пальцем Ральфа и велел присмотреть за нами. Затем он открыл каюту, заглянул в помещение и кивнул Обе.

— Он и вправду неважно выглядит. Позаботьтесь о нем.

Вероятно, он хотел остаться и посмотреть, как Оба будет обследовать Морияму, но она захлопнула дверь перед самым его носом.

Прошло несколько минут. Халид уселся на один из тренажеров, недоверчиво поглядывая на нас. Казалось, модуль внезапно превратился в приемный покой больницы, где обеспокоенные родственники ждут, когда к ним выйдет дежурный врач.

Наконец в коридоре снова появилась Оба. Судя по выражению ее лица, она была всерьез встревожена состоянием своего пациента.

— Мне нужны кое-какие медикаменты и приборы из медицинского отсека,— сказала она так, как будто Халид, Ральф и Свен были ее подчиненными.

— Что с ним такое? — поинтересовался Халид.

— У него болезнь сердца. Точнее я смогу вам сказать после того, как закончу обследование.

— Как может быть болезнь сердца у астронавта? Вместо ответа Оба только пожала плечами. Когда пираты и врач вышли из модуля, я решил навестить Морияму. Он висел в спальном мешке посреди каюты Кима. Глаза командира были закрыты, лицо бледно, на лбу выступили капли пота. Время от времени он беспокойно ворочался и тихо стонал. Я взял его запястье и пощупал пульс. Я, конечно, не специалист, но мне показалось, что сердце командира бьется достаточно сильно и ритмично, я коснулся рукой его лба, а затем лизнул свои пальцы.

Странно...

— Странно,— сказал я.— Ваш пот на вкус совсем как вода.

— Это и есть вода,— сказал Морияма, открывая глаза.

— Так вы не больны?

— Нет. Но я изо всех сил стараюсь выглядеть больным.

— Но для чего?

— Это наш план,— объяснил Морияма вполголоса.— Идея Джайкера. Мы с ним придумали, как расправиться с пиратами.

В его голосе не было уверенности, казалось, он и сам не был до конца убежден, что идея Джайкера сработает.

— Вы это серьезно? — мой желудок снова свела судорога страха.— Вы намерены расправиться с пиратами?

— Мы должны попытаться. Мы должны использовать любой шанс,— твердо сказал Морияма.

— Да у нас вообще нет шансов! Этот Халид— вовсе не доверчивый мальчик. Он — умное, безжалостное чудовище! И ему стоит только пальцами щелкнуть, как...

— Я предупредил Обу, что она не должна рисковать.

— Интересно, как ей это удастся?!

—Успокойтесь Леонард, — голос Мориямы обрел прежнюю силу.— Оба — врач. В ее руках — жизнь и смерть ее пациентов. Думаю, она могла бы нам многое рассказать о том, что такое настоящий риск.

Внезапно я подумал о том, как нашим заговорщикам удалось навести такую бледность на лицо командира. Нашли косметику в каюте одной из женщин? Купился ли Халид на эту уловку?

План Джайкера внешне был очень прост. Под предлогом поиска медикаментов для Мориямы Оба должна была взять в биологической лаборатории ампулу с ядовитым газом и, по меньшей мере, одну кислородную маску. Она должна была сказать, что хочет назначить командиру ингаляции чистым кислородом для улучшения работы сердечной мышцы.

— Вы не могли бы брызнуть мне на лицо еще несколько капель воды,— попросил Морияма.— Оба и Халид могут вернуться в любой момент.

Я открыл ящик стола и достал маленькую фляжку С водой, предназначенной для полоскания зубов, и соломинку. В очередной раз подивившись изобретательности Джайкера, я набрал в соломинку воду и брызнул несколько капель на лицо Мориямы. Получилось ужасно похоже на смертный пот.

— А теперь, пожалуйста, сделайте печальное лицо,— напомнил командир, закрывая глаза.

Я вышел в коридор. Танака и Джайкер неподвижно сидели на тренажерах. Морияма предупредил Обу, что если пираты что-то заподозрят, она должна будет разбить ампулу еще в лаборатории, быстро надеть маску, ввести потерявшим сознание пиратам сильное снотворное, а затем проветрить все помещения станции и надеть кислородные маски на нас.

— У газа есть специфический запах? — неожиданно спросил Танака.

— Не знаю,— я развел руками.— Наверное, мы ничего не почувствуем. Это яд контактно-нервно-паралитического действия. Он начинает действовать, как только его вдыхают.

— Он действует на людей?

— На всех млекопитающих и большинство позвоночных.

Джайкер закрыл глаза и подпер голову руками.

— Надеюсь, Оба успеет надеть маску,— пробормотал он.— Иначе все бессмысленно.

Я кивнул. В животе был словно осколок айсберга, пульс стучал в висках. В последний раз в моей крови было столько адреналина во время Первой Войны в Заливе, когда наши Ф-16 в первый раз выруливали на старт.

— Когда я последний раз бы в лаборатории, то видел кислородные маски на той же полке, что и газовые патроны,— сказал я, изо всех сил стараясь не выдать внутреннего напряжения.

— У нее все получится,— прошептал Танака. Это звучало как заклинание, или молитва. Мысленно я следовал за Обой в биологическую лабораторию к сейфу с медицинскими препаратами. Я пытался представить себе, что она делает в эти мгновения. Наверное, она уже вошла в лабораторию. Ральф или Свен держат ее под прицелом. Она перебирает препараты и думает, как бы незаметно прихватить ампулу с ядом. Скорее всего она решит воспользоваться своим врачебным авторитетом.

«Послушайте, Сакай, где-то здесь был переносной аппарат для ЭКГ. Помогите мне его найти».

Она обшаривает полки, ящики и незаметно кладет ампулу в свой врачебный чемоданчик. Наверное, она все время поторапливает пиратов, чтобы у них не было времени оглядываться по сторонам.

«Скорее, скорее, жизнь командира в опасности. Где кислородная маска? Ага, вот она. Сакай, здесь где-то был еще мешок Амбу! Помогите мне, время дорого...»

Я чувствовал себя отвратительно, когда воображал, с каким подозрением пираты следят за каждым движением Обы. Морияма просил ее не рисковать, просил ничего не делать, если ей будет грозить хотя бы малейшая опасность. Просто взять ампулы с нитроглицерином и уйти. Но это был лишь совет, не приказ. Послушается ли Оба? Сможет ли она правильно оценить степень риска?