Криптоэффект - Сергей Зонин

Но его план требовал остановиться на полчаса. А если он зависнет в воздухе или сядет на грунт ПРОСТО ТАК, без видимых причин, поджидая, пока преследователи к нему приблизятся, Тор-Ан непременно заподозрит ловушку. Пополнение припасов — хороший повод, объясняющий, зачем ему остановка.

Тем не менее, осторожный маршал сбросил ход за пятьсот километров, послав два фланговых флота обойти мятежного генерала с двух сторон.

Кажется, природа подыгрывала мятежникам. Флот левого фланга едва не попал в грозовой фронт, а грозы на Криптоне — это стихийное бедствие уровня небольшой атомной войны. Нет, ни один корабль не пострадал, но им пришлось потратить время и энергию, чтобы выйти из опасной зоны. А двадцать минут выигрыша во времени — никогда не лишние.

Для захвата склада даже не понадобилось применять оружие. Увидев на горизонте корабли известного военного маньяка, комендант трезво оценил свои силы и объявил всеобщую эвакуацию. Естественно, флаеры беглецов никто не преследовал. У отряда Зода были дела поважнее.

— Полное окружение через пятьдесят две минуты, если они сохранят нынешнюю скорость, — предупредила Фаора. — Они образуют равносторонний треугольник…

— Знаю. Нам хватит двадцати. Успеем вывести корабли со склада из режима консервации?

— За двадцать? Лёгкие флаеры — да, линейные — вряд ли…

— А крейсера? В смысле, корабли второго класса?

— Хм, если поднапрячься… полную боеготовность не получим, но в воздух их поднять сможем, потом донастроим.

— А большего и не надо. Поднимайте в воздух всё, что сможете. В беспилотном режиме, никаких экипажей. Орудия не расконсервировать.

Тем временем, корабли, прибывшие с Ханом, согнали свои экипажи в маленькие защищённые капсулы, перевели антигравы в режим зависания, и начали… трансформироваться. Кристаллические корпуса текли, как вода, превращаясь из объёмных «пузырей» в длинные хищные остроносые силуэты.

— Дру, только не говори мне, что это… — первым понял Нон.

— Не собираюсь ничего говорить, — ухмыльнулся Хан. — Вы сами всё прекрасно видите.

Да, он видел. В небе над складом вырастали девяносто три баллистических ракеты разных размеров.

— Ты планируешь… перепрыгнуть в Криптонополис над их головами? Но Тор-Ан тоже может поднять корабли на орбиту и перехватить тебя там!

Ухмылка генерала стала ещё шире.

— Ошибаетесь, учитель. Дело не в высоте. Дело в скорости. Я не собираюсь пролетать прямо над головой у Тор-Ана. Я проскочу между его основной и левофланговой группировками, вне досягаемости их плазменных орудий, и слишком быстро, чтобы меня могли догнать их ракеты. За пределами атмосферы мы сможем достичь скорости в десять километров в секунду, и через пятнадцать минут уже высадимся в Криптонополисе! Даже если Тор-Ан начнёт трансформацию своих кораблей сразу, как только мы стартуем — он все равно опоздает минимум на те же двадцать минут. Но я сомневаюсь, что он сможет превратить свои флаеры в ракеты так быстро — у него ведь нет чертежей преобразования, которые я готовил всё это время.

— Остроумно, — покачал головой учёный. — Но что ты собираешься делать с силовым щитом и оборонительными орудиями города?

— Увидите, учитель. Увидите.

За время погони разные советники не меньше двадцати раз пытались восстановить свой доступ нулевого пользователя — всякий раз программы Хана успешно отбивали их попытки (правда, в последние три раза — не без помощи самого Хана). Земная система уже давно отказала бы в доступе до выяснения, но криптонская архитектура просто не предусматривала блокировки нулевого аккаунта. Теоретически это делало её уязвимой для взлома методом перебора, на практике пришлось бы возиться не одну тысячу лет — входной код имел длину в несколько килобит, а вводить его позволялось лишь раз в минуту.

Поэтому оборонительных орудий Криптонополиса Хан не боялся. Система отзыва «свой-чужой» у него работала корректно, а чтобы отключить её и позволить пушкам стрелять по криптонским же кораблям — требовался доступ советника или главы военной гильдии.

Кстати, то же самое касалось и корабельных орудий. Поэтому устроить перестрелку между флотами мятежников и лоялистов — не так просто, как кажется. Можно, конечно, физически отключить систему распознавания целей и блокировки огня — как, собственно, и сделал Хан сразу после «похищения» Нона. Но при этом отключалась и система наведения — такова была конструкция. Оставалось наводить вручную, что для гильдии воинов в принципе не было фатальным затруднением — с их-то рефлексами. И защитники города тоже могли так поступить — в любой момент. Но одно дело — корабельная дуэль, и совсем другое — попасть без помощи компьютера по активно маневрирующей сверхзвуковой «боеголовке».

Вот силовой щит — это уже задачка похитрее. Дело даже не в том, что городской купол способен выдержать удар в десятки мегатонн. В конце концов, в распоряжении Хана была достаточная огневая мощь, чтобы сбить несколько таких щитов. И достаточные вычислительные ресурсы, чтобы сделать это ювелирно, не затронув взрывами сам город внизу. Проблема в том, что отключение щита штатным режимом не предусмотрено вообще. Его вырубали только раз в пять лет на профилактику — предварительно загнав всех жителей в здания или на закрытые улицы — под герметичные кристаллические колпаки. Ну, или включив на это время второй, резервный генератор — там, где он был. Потому что выключенный щит — это вторжение прожорливой криптонской фауны и флоры. От которой в принципе не так уж трудно отбиться, но крайне сложно избавиться. Перед восстановлением щита городские строения приходилось дезинфицировать раскалённым воздухом и жёстким излучением.

Вряд ли Совет пойдёт ему навстречу и догадается объявить «режим закрытых окон». А это значит, что сотни тысяч случайных прохожих окажутся наедине с тварями, которых они только по телевизору видели… и к борьбе с которыми, в большинстве своём, совершенно не готовы. Ну воины-то может ещё как-нибудь выкрутятся, но члены остальных гильдий… Будут тысячи трупов… хотя нет, трупов после экспансии местной биосферы не остаётся. Тысячи бесследно исчезнувших — которых, разумеется, повесят на него. Причём смерть от зубов и когтей криптонского зверья лёгкой никак не назовёшь.

Поэтому первые боеголовки — совсем маленькие, килотонной мощности — взорвались не на верхушке щита, а в его окрестностях. Восемьдесят тысяч взрывов образовали сплошное огненное кольцо шириной в четыре километра, облако плазмы, в котором сгорало всё живое вплоть до бактерий. Ударная волна (набравшая в местной атмосфере чудовищную силу) расплющила более-менее крупные организмы в куда большем радиусе — на десятки километров от города.

Заодно эти многочисленные взрывы изрядно потрепали (но не снесли) городской щит. Осталось только «тюкнуть» его сверху относительно слабым ударом многотонного кристаллического