Искра Свободы 2 - Александр Нова

Второй рванул ко мне с занесённым мечом, пытаясь сократить дистанцию. Я выдернул копьё из трупа, но не успевал развернуть, поэтому сделал шаг назад и ударил нападающего пяткой в солнечное сплетение. Противник на мгновение замешкался, и я сделал разворот вбок, так, чтобы второй оказался между мной и первым, словно преграда. Одновременно с шагом я крутанул копьё, направив его наконечник на второго.

Сталь наконечника блеснула в лунном свете и первый, находясь за спиной второго, замер. Он уже не рвался вперёд, как его дружок несколько секунд назад. И взгляд у него был другой: не злой, а хладнокровный. Первый понял, что «новичок-молокосос» обращаться с копьём умеет и крови не боится.

— Братан, валим! — выдохнул он второму, и оба начали пятиться, держа мечи перед собой, но уже не для атаки, а для защиты.

Они надеялись, что я дам им спастись. Что я обрадуюсь, когда они побегут. Но свидетели этой стычки, которые затаят злобу и будут рассказывать свою версию событий, мне не нужны.

Я сделал шаг, и древко копья снова стало продолжением руки. «Древковое оружие (F)» мягко подсказывало углы и дистанцию, как будто кто-то невидимый рисовал мне линии в голове. Бандиты верно почувствовали, что я не собираюсь их отпускать. Они разошлись в стороны — один влево, второй вправо, надеясь раздергать моё внимание и достать.

У них не получилось.

Резкий выпад — и копьё вошло первому под ключицу. Он даже не успел замахнуться. Только коротко хрипнул, выронил меч и схватился руками за древко. Я провернул наконечник внутри, выдернул и сразу же крутанулся на пятке, поворачиваясь к оставшемуся.

Он успел сократить дистанцию.

Широкий, отчаянный замах мечом. Клинок свистнул горизонтально, стремясь распороть мне брюхо. Я не успел подставить копьё. Не успел уйти. Только чуть довернул корпус.

Клинок прочертил длинную полосу по моему животу.

Ткань рубахи разошлась с противным треском, и я почувствовал жгучую линию, проходящую ниже ребёр. Но дальше — ничего. Ни вывалившихся кишок, ни крови. Только лёгкое жжение, будто кто-то провёл по коже тупой стороной ножа. «Армированная Кожа (Е)» сработала идеально. Меч просто не смог её прорезать — широкий, размашистый удар самым кончиком лезвия оказался слишком слабым для этого.

Бандит замер. Глаза у него стали круглыми, как у совы.

— Что за херня… — выдохнул он, глядя на свой меч, будто тот предал его.

Этого мгновения мне хватило.

Я шагнул вперёд и, ведомый навыком, вогнал копьё ему под ребра. Бандит согнулся, выронил оружие и медленно осел на колени, хватаясь за древко обеими руками. Я выдернул копьё, и он рухнул лицом вниз, затихая.

Безмолвие вернулась на поляну. Только где-то далеко снова ухнула сова, будто ничего и не произошло.

Я перевёл дыхание, огляделся. Трое готовы. Остался главарь.

Шрам всё ещё катался по земле, сжавшись в комок и подвывая. Лицо у него было мокрым от пота, глаза выпучены, а руки судорожно прижимались к паху. Никаких ран — хватило одного хорошего, «честного» удара между ног.

Я подошёл к здоровяку не спеша, поставил ногу ему грудь и слегка придавил, прижимая к земле. Копьё я держал так, чтобы наконечник смотрел ему в лицо. Шрам притих и уставился на меня. В нём больше не было ни ленивой угрозы, ни презрения. Только шок и животный страх.

— Ну что, — спокойно сказал я, — продолжим разговор? Или мне сначала ноги тебе переломать, как ты предлагал?

Шрам дёрнулся под моей ногой, пытаясь отползти, но я только сильнее прижал его к земле. Копьё в моей руке чуть качнулось, и наконечник холодно блеснул у самого его глаза.

— П-погоди… — выдавил хрипло здоровяк. Голос дрожал, как у мальчишки, которого только что отлупили. — Я не хотел… честно! У меня матушка совсем плоха… и сёстры. Лекарства нужны, деньги… Я же не зверь какой, просто… просто пришлось. Ты же понимаешь, да? Семья…

Шрам смотрел на меня мокрыми от страха глазами, а руки судорожно прикрывали пах. Актёр из Шрама вышел откровенно плохой. Возможно, в этом мире кто-то бы и поверил в эту слезливую историю, но для меня она звучала как банальная ложь.

Я молча опустил копьё. Наконечник коснулся его шеи чуть ниже кадыка. Лёгкое нажатие — ровно столько, чтобы кожа прогнулась, но ещё не лопнула. Шрам замер, его дыхание сбилось.

— Говори правду, — тихо приказал я. — Или я сейчас проверю, насколько глубоко можно воткнуть сталь в твоё горло.

Он сглотнул. Кадык дёрнулся прямо под остриём.

— Л-ладно… ладно! — выдохнул здоровяк уже без слёз и надрыва, просто зло и устало. — Сильно проигрались в кости. И я, и парни… всё отдали. А долг висит. Вот и решили… ну, прижать залётного новичка. Лёгкая добыча, думал.

— Кому конкретно должны?

— Гирару Воклеру.

Шрам замолчал, тяжело дыша. Глаза его бегали — он искал хотя бы намёк на жалость. И она была: добивать его не хотелось. Но бандит слишком много видел и оставить его в живых — подвергнуть опасности не только себя, но и всех моих людей. Которых загребут, как соучастников.

Я нажал на копье.

Наконечник вошёл легко, почти без сопротивления. Шрам дёрнулся раз, другой, руки потянулись к древку, но сил уже не было, из горла вырвался булькающий хрип. Глаза вылезли из орбит, в них плеснул последний, животный ужас. И тело обмякло.

Я выдернул оружие, вытер наконечник о плащ убитого и выпрямился. Первым делом проверил свои ранения. Полоса на животе больше напоминала царапину когтями кошки. Да, широкими когтями, но царапину не глубокую, которая даже кожу не прорезала. Такое и зашивать не нужно — само заживет.

С раной на груди все было тоже неплохо — она ныла и из неё сочилась сукровица, но швы не разошлись, так что процесс выздоровления если и затянется, но ненамного.

Мои выводы подтверждала и Система: она добавила всего один день на полное устранение раны в груди.

После быстро обыскал четыре трупа. Из ценного у них действительно ничего не было. Только короткие мечи. Да и те качества ниже среднего, но лоренов на десять каждый потянет — всё-таки металла в них прилично. Проверил Круги Владыки — они оказались простыми медяшками, а не церковными жетонами. Значит, все бандиты не инициированы, ядер в них нет. Это объясняло, почему мне удалось с ними расправиться довольно просто — на моей стороне было не только преимущество в оружии, но также в навыках и модификациях.

Тела я стащил под ближайшее дерево. Око Владыки стояло высоко в небе, вернуться в город