Алтарный маг - Николай Степанов

Однако молва разнесла совсем другое, да еще с такими подробностями… По словам «очевидцев», командир сам отдавал приказы лесной нежити, мог одной левой завалить с десяток профи, а разбойников вообще убивал взглядом.

Когда Буян объявил о наборе в отряд Данилы-купца, пришлось отбиваться от желающих. В ходе жесткого отбора отсеялось две трети, а «счастливчикам» дали ночь на сборы.

Из Троицкого поутру выдвинулся настоящий караван. Купец, начальник охраны, дюжина всадников, три телеги с трофеями и табун из двадцати пяти лошадей. Скакунов стреножили, поэтому отряд двигался медленно, благо до Смоленска было рукой подать.

«Вот и имуществом обрастать начал, – мысленно рассуждал Еремеев, глядя на внушительную процессию. – А что? Назвался купцом – будь любезен соответствовать. Жаль, Радима пришлось в деревне оставить, а по торговой части у меня только один специалист. Спасибо, староста помог, прикомандировал парочку ушлых мужичков, которые на этом деле собаку съели. Вот пусть они и пристраивают завоеванное добро, а мне еще бумаги в Белый храм передать нужно, с сержантом встретиться и в одно местечко заглянуть».

В состав отряда вошли пять мужиков из Крашена и семеро – из Троицкого. Троицких воевать учил Буян, специально натаскивая на зверюг. Некоторую боевую подготовку имели и крашенцы, поскольку прямо или косвенно работали на сержанта, потому и были в одночасье схвачены людьми Тадеуша.

Александр снова мучился в седле – задница болела со вчерашнего дня. Так и хотелось подложить подушку, однако приходилось держать марку и соответствовать занимаемой должности. Несмотря на возраст, подчиненные видели в нем не только торговца, но еще и удачливого воеводу, сумевшего почти без потерь со стороны одолеть воинственных степняков.

«Тоже мне, вояка! – Еремеев лучше других знал свои сильные и слабые стороны и не собирался присваивать чужие лавры. – Мое участие свелось к разговору с лешим, который вывел нас короткой дорогой к Троицкому, а вся остальная заслуга Буяна, план был его. Оно, конечно, без той беседы с бородатым старичком все для деревни могло закончиться плачевно, так что и я молодец, но становиться полководцем желания нет. Лучше уж торговую стезю освоить. А что? Считать я умею, никак мехмат за плечами. Опять же, работал в конторе, которая в том числе и торговлей занималась. Как у нас говорят, хватит работать на чужого дядю, пора свое дело организовывать. Ну не в геологи же, в самом деле, идти? Хотя точно помню: где-то в Смоленской области есть речушка Выпь, а там иногда алмазы в нашем мире находили. Может?..»

В Смоленск отряд двигался по главному тракту, поэтому навстречу часто попадались другие проезжие и разъезды Смоленской дружины. Многие из них с нескрываемой завистью поглядывали на растянувшуюся вдоль дороги процессию. Некоторые задерживались, дабы перекинуться парой слов с Буяном, возглавлявшим отряд.

– О чем толкуют? – Еремеев подъехал к ветерану.

– Пытают, в каком набеге мы столько добра нахапали? Сказал правду, что в татарском. Дескать, они напали, а мы их ограбили.

– Поверили?

– А как тут не верить, ежели табун с собой ведем. Один из купцов тут сокрушался, что мы их в Смоленске продавать собираемся. В Московии, мол, за таких вдвое больше дают.

– Так туда долго ехать, а у нас дел невпроворот! – Еремеев решительно замотал головой. – Кстати, а кто нынче на московском троне восседает?

– А то ты не ведаешь?

– После того как мне неделю назад по башке настучали, я многое подзабыл. Смоленск до сих пор припомнить так и не смог, хотя говорят, что я в нем месяц провел.

– А самому не кажется, что та драка тебе годков двадцать добавила? Я не про облик сужу.

– Неужто речь веду, как старик? – спросил Александр, при этом подумав: «Пожалуй, я в свои настоящие семнадцать был наивнее и глупее, но, если начну прикидываться юнцом, точно запутаюсь. Пусть все идет, как идет! Сотрясение мозгов – вещь до конца не изученная. Вдруг у Никиты Нилова после такой встряски извилин добавилось?»

– Я бы сказал, как зрелый муж.

– Придется быть осторожнее, а то если еще раз по голове дадут, могу начать шамкать, как старый дед. И все-таки, кто царем в Московии?

– Григорий Второй правит. Уж пятый год пошел.

«Интересно, он из Рюриковичей или из Романовых? Григория возле трона я только одного помню – Распутина. Может, он и был первым?»

– А этот из каких будет?

– Знамо дело, из Пожарских. Третий век династия на троне.

«О как! Еще одна знакомая фамилия. Видать, их род уцелел после того адского ритуала. Насколько помню, семейка была знатная, а во время Смуты особо отметилась».

– И как жизнь в Московии?

– Да уж получше нашей будет. Степняков они давно приструнили, да и шведа недавно остановить сумели. Еще бы с турками совладать…

– Османская империя?

– Нет, сейчас это просто Турецкий султанат, который не может смириться с тем, что Московия получила доступ к Черному морю.

– Надо же, какие молодцы!

– А еще мне по душе, что тамошняя знать перед гномами спину не гнет. Пришлые всю Европу под себя прогнули, нам дышать в полную грудь не дают, считают, что за золото все продается! – Буян разошелся не на шутку.

– А зверюги?

– Этих везде хватает, но Московия – страна богатая, могут позволить себе не только алтарные камни поставить, но и пирамиды возвести.

– И чем пирамида от алтарного камня отличается?

– К ней не надо головы зверюг приносить, заряда на полгода хватает, и одна такая от ночных чудовищ целый город оборонить может. Правда, пирамиду только гномы и умеют питать энергией. Нашим магам сие пока недоступно.

«А гномы тут, смотрю, неплохо устроились! И ведь никаких антимонопольных служб на них нет. Какую хочу цену, такую и устанавливаю. Не желаешь платить – пожалуй на ужин ночным монстрам. Только почему монстрам? Шакалы – те вообще выглядят безобидными. Ну, хотел один такой мне руку отгрызть, так я замахнулся, и он отстал».

– Неужели зверюг так сложно извести? Лесов они не любят, на открытых местах вроде и спрятаться негде. Помнишь Крашен? Я так и не понял, куда они там днем деваются?

– Говорят, в землю зарываются, да так справно… Ни одному следопыту еще не удалось найти.

– А чего их так боятся? Видел вблизи шакалов – от собаки не отличишь. Почему бы их ночью не перестрелять, раз при свете найти нельзя?

– Добре ты головой стукнулся, Данила. Пытались их изничтожить, но тут дивные дела происходят. Ежели ты зверюге голову отсек и на алтарный камень положил, то ее труп и днем не исчезает. А пристрели просто так, днем лишь пулю отыщешь. Только когда тварь станет костяным монстром, ее и без алтарного камня убить получается.

– Кем станет? – нахмурил брови Еремеев.

– Неужто не помнишь, какими они ближе к полнолунию становятся?