Кай 2 - Егор Аянский

— Обещаю, Кай.

После этого разговора мы еще продолжали с ним регулярно видеться, но в Фаэту я больше не выходил. На носу был выпускной турнир, на котором мне обязательно нужно было показать себя достойно. Это входило в условия моего выпускного экзамена, а потому я полностью отказался от любых развлечений, сконцентрировавшись на занятиях в спортзале. Я занимался как проклятый, до последнего изнеможения, а затем поглощал немыслимое количество сколитов, полностью восстанавливал Силу и продолжал заново, уже используя ее контур, так как мышцы отказывались дальше работать.

Единственное, что нарушало мои планы, это внезапно ухудшившееся здоровье Блоу. Я чувствовал себя обязанным ему, из-за того, что он пострадал в ту ночь, хотя он меня и пытался всеми способами заверить, что во всем виновата старость.

— Я скоро умру, Кай, — сказал он мне однажды, — И ты должен обещать мне одну вещь.

— Нет вы не умрете! Не говорите так!

— Кай, это естественный процесс, и не вини себя. Мой организм не сопротивляется болезням, увы. Я не молод, и у меня нет твоей способности к самоисцелению.

— Я найду способ дать вам свою кровь, мы вместе сможем придумать, как передать способность! Ведь у Рики получилось! Я очень много экспериментирую в этом направлении!

Он посмотрел на меня очень тепло. Мне так и не довелось увидеть своих дедушек, потому что они погибли на войне с хаттайцами, но, наверное, они смотрят на своих внуков также.

— Каждый возраст прекрасен по-своему Кай. Я прожил полную приключений жизнь и благодарен ей за каждый момент; старость тоже хороша, если взглянуть на нее с другой стороны. Я передал свой опыт сотням других людей, в том числе и тебе. Но иногда человек устает и хочет просто уйти. Мои переводы закончены и спрятаны в надежном месте, ты найдешь там много интересного, мой мальчик, кроме того, тебя ждет вся информация о Михаиле.

— Нет! Я выиграю турнир, закончу обучение, и мы вместе сходим за ними!

Но он нахмурился, показывая своим видом, что больше не желает слушать моих излияний по поводу свое смерти, и продолжил строго.

— Послушай меня внимательно. Когда я уйду, ты должен обещать мне прийти на мои похороны, с Кригером я уже договорился. Вот это, — он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и извлек ромбовидный серебристый кулон, — Называется ловец душ. Я нашел его в покинутом эльфийском городе, и, благодаря найденной тобой книге, смог определить его суть и узнать, как он работает. Пока он будет у тебя, мы сможем видеться во сне, тебе достаточно будет снять его с шеи и положить у изголовья. Но учти, что я верю тебе, и в один прекрасный день, когда тебе больше не нужна будет моя помощь, ты уничтожишь его и отпустишь меня. Душа должна возрождаться в новом теле, а не болтаться в непонятных измерениях. Понятно?

— Да, — всхлипнул я, — Я обещаю сделать как вы просите. А вы обещайте прожить столько, сколько сможете!

— Конечно, Кай, конечно… А теперь беги к себе.

Этой ночью профессор умер.

Его похоронили на кладбище Фаэты. После тех злополучных событий, были пересмотрены многие положения кодекса Длани. Теперь на территории школы дежурили братья, а не ученики, а кладбище полностью освободили от тел и их перезахоронили в другом месте. Также решили отказаться от старинной традиции братства погребения воина с его оружием, дабы избежать нежелательных последствий в будущем. Кригер сводил меня на пррощание с ним, и лишь понимающе кивнул, когда я снял кулон с шеи Монтиса Блоу и надел на свою.

В тот момент, моя ненависть к Тьме достигла своего предела. Я твердо был уверен, что, если бы не Гэнтон, профессор бы прожил еще пару десятков лет, хоть он и говорил, что это не так. По возвращении в школу я снова поселился в спортзале, готовясь к предстоящему испытанию и уничтожал себя тренировками до полного изнеможения.

Рики, в свою очередь, помимо получения способности к регенерации, стал намного умнее. Я перестал оставлять его в комнате и теперь всегда брал с собой на занятия. Ему нравилось такое времяпровождение, и однажды меня посетила мысль, что этот маленький зверек может стать опасным оружием в моих руках. Он уже один раз спас жизнь Клэр и мне, и теперь я стал приучать его атаковать манекен по команде, что он с удовольствием проделывал, проявляя удивительное проворство.

За день до выпускного турнира меня вызвал Кригер, и сообщил, что Вайс желает меня видеть. Мне совсем не хотелось отказывать ректору, потому что мое уважение к этому человеку не знало границ, а потому вечером мы отправились на неприятную для меня встречу.

— Присаживайтесь, дорогие гости, господин Кригер, брат Фаэли! — Вайс как обычно источал мед из своих уст. Он приподнялся со своего кресла, отчего его одеяние натянулось, и моему взору предстала его толстая шея, украшенная кусочком свежего пластыря.

Это не ускользнуло от взгляда Кригера, который не преминул пошутить на эту тему:

— Вижу Великий магистр настолько засиделся за своими бумагами, что разучился обращаться с обычной бритвой? Приветствую, Лэтчер.

— Да уж, Долан. А ведь когда-то я был лучшим кинжальщиком на курсе! — он перевел свои глаза на меня. — Представляешь, Кай?

— Здравствуйте, господин Великий магистр! — произнес я, и решив польстить ему, добавил. — Даже не сомневаюсь в этом.

— Угощайтесь, — он указал на стол, который в этот раз был накрыт неожиданно торжественно. На нем был даже лимонад, что указывало на то, что сегодня он попросит меня о чем-то совершенно особенном.

Мне это жутко не понравилось, и я сразу отказался принимать угощение, чтобы не чувствовать себя обязанным. Лицо толстяка на секунду исказила неприятная гримаса, но он быстро вернул себе маску гостеприимного хозяина и налил вина себе и Кригеру.

— Ты, наверное, догадываешься, зачем я тебя сюда пригласил, брат Фаэли?

— У вас для меня очередное задание? — я постарался, чтобы мой голос звучал, как можно равнодушнее.

— Совершенно верно! — торжественно произнес он, — Но на этот раз оно особенное и его необходимо провести исключительно завтра вечером!

— Хочу заметить, господин Великий магистр, что завтра вечером у меня выпускной турнир, который я обещал выиграть Великому магистру Кригеру.

— Я освобождаю тебя от него, — слово взял ректор, — Брат Вайс попросил сделать меня исключительное одолжение, он считает, что от этого задания может зависеть судьба нашей организации в будущем. Это мероприятие тебе зачтется как выпускной экзамен. Ты получишь жетон и станешь полноценным членом братства, а также заключишь контракт.

— Весьма выгодный контракт, хочу заметить, — в разговор снова включился Вайс, — Ты сам определишь тот срок службы, который захочешь! Теперь ты понимаешь, насколько ценно для меня твое участие?

Ого! Мои мысли лихорадочно завертелись в голове, а если…

— А если я скажу, что хочу, чтобы мой контракт закончился в тот же день?