Маг поневоле - Иван Алексин

«Волки»! — обожгло воспоминание следом. — «Эти твари ни в одну постановку не вписываются! Они же реально меня чуть не схарчили! И чтоб быки как лошади неслись, я тоже не слышал»!

— А как же Толик? — ошарашено пролепетал я, чувствуя, что начинаю сходить с ума. — Я же его своими глазами видел! Честное слово!

Ставр поднял глаза кверху, очевидно, призывая всех богов какие есть в этом мире, дать ему терпения. Вимс только покачал головой.

— Что за Толик то хоть такой? — терпеливо вопросил он. — Староста ваш али родич, какой?

— Да какой староста! — вновь начал я заводиться. — Я ведь из другого мира к вам попал! Совершенно другого! Я, правда, не помню о нём почти ничего, но на ваш он точно не похож! А вот Толика из того, моего родного мира, я как раз помню! Забудешь его, гада! — я уже орал, потрясая кулаками. — И вот его я здесь увидел! Он в ту же избушку забежал, где Тимофей со своими амбалами находился!

— Мастер! Так он же мо…! — вскинулся Ставр, выпучив глаза.

— Погодь, Ставруша, — мгновенно напрягшись, старик положил руку на плечо юноше. — Не видишь, разве? Не в себе сей отрок! От зелья сонного, в себя прийти никак не может!

— Больно, мастер! — вскрикнул Ставр, попытавшись стряхнуть с себя руку Вимса. — Пустите! Понял я уже всё!

— Хорошо, коли так. — под пристальным взглядом старика юноша окончательно сник. — Коль одержимость в нём, так тут помочь надобно, а не орать о том на всё подполье!

— Да какая, на хрен, одержимость?! — окончательно взбесился я. — Я своими глазами этого урода видел! И как камера бликанула!

— Ты бы, отрок, успокоился немного, — Вимс укоризненно покачал головой. — Толку от твоих криков всё равно не будет. И тогда я тебе кое–что объясню. Если ты, конечно, готов меня выслушать. Тебя как кличут? — умные глаза смотрели внимательно и участливо.

— Местные Вельдом зовут, — нехотя ответил я, решив последовать совету старика. — Можете и вы меня так называть. Другого имени я всё равно не помню.

— Вот и хорошо, — кивнул удовлетворённо Вимс и, повернувшись к юноше, попросил. — Ставр. Дай Вельду ещё водицы.

Я с благодарностью кивнул Ставру и одним глотком проглотил мутную тепловатую жидкость, затем трясущимися руками поставив кружку на пол, опустился следом, стараясь устроится поудобнее на жёстких камнях и вперил вопросительный взгляд в Вимса.

— Итак, начнём с начала, — прокашлялся тот. — Как я понял, тебя, зачем то, Лишний в пустошь понёс?

— Вроде было такое, — кивнул головой я. — Сам не помню, но в деревне все так утверждали. Махровая зыбь называется.

— Не суть, — отмахнулся маг. — Название ничего не значит. Всё дело в том, — продолжил он, — что те немногие счастливчики, которым удаётся выбраться из пустоши живыми, на самом деле счастливчиками не являются. По крайней мере, большинство.

— Вот сейчас мне всё сразу понятно стало, — с сарказмом заметил я. — Вы прямо всё по полочкам разложили!

— По каким полочкам? — не понял Вимс. — Нет, иронию я уловил. Но полочки то тут причём?

— Так у них сбор урожая недавно закончился, — встрял в разговор Ставр. — Вот и плетёт, одни Стёртые знают что. Видать не очухался до конца от крестьянских забот.

— Как у тебя в голове всё перемешалось, — озадачился Вимс. — Не знаю даже, стоит ли продолжать.

— Продолжайте, мастер, — просительно уставился я на старика. — Я больше не буду перебивать.

Вимс с сомнением посмотрел на меня, но всё же решил рассказывать дальше.

— Так вот. Большинство из тех, кому всё же удаётся вырваться из пустоши, безнаказанно оттуда не уходят. Метит их магия, ещё сохранившаяся там с древних времен. И со временем, эта метка в человеке проявляется. Единицам очень везёт, и они получают какие–то магические способности. Но большинство сходит с ума. Становятся одержимыми. Одержимость эта — она разной бывает, — махнул рукой Вимс. — Обо всём рассказывать не буду. Кто–то просто память теряет, кто–то пузыри пускает как младенец или вопит на всю деревню. Не суть. Но бывает и другого рода одержимость, — маг уставился мне в глаза. — Когда помеченный, не помня ничего о своём прошлом, считает себя кем–то другим. Иногда даже воспоминания отрывочные об этом имеет. Один крестьянин, лет двести назад, даже императором себя возомнил, — усмехнулся Вимс. — В Хураки отвезти его требовал.

— И что? — полюбопытствовал Ставр, поедая старика глазами.

— Да ничего, — усмехнулся тот. — Приехали стражники тамошнего герцога и со всеми полагающимися почестями повесили. Пишут, что даже корону соломенную перед казнью на голову надели.

— Но я-то себя герцогом или там королем не считаю, — не вытерпел я. — Я вообще не из этого мира.

— И такие случаи в старых книгах описываются, — сочувственно взглянул на меня Вимс. — Одно хорошо. Твоя одержимость безобидна. За это не казнят. Если только мужики по безграмотности насмерть не забьют. Эти могут. Так что ты лучше больше никому об этом не сказывай. Хотя, — Вимс поморщился. — Я уже и забыл. Тебе–то уже всё равно.

— Но Толика то я здесь видел! — не пожелал, сдаваться я. — Вот как вас!

— Ты видел то, что хотел увидеть, — мягко с едва заметным нажимом произнёс Вимс.

— В смысле? — недопонял я.

— Вот как ты думаешь, за что мы со Ставом в этом подвале сидим? Да ещё с цепью на ноге и этим наручем? — Вимс, заголив рукав балахона, показав мне массивный железный браслет на левой руке. — Маги мы с ним. Я адепт огня, он воздуха. Пленники мы! Ставра с его товарищем, уже больше седмицы прошло, как сюда запихали. Они в Горбатый острог после обучения шли. А я четвёртый день уже тут. От самого Твинского гегцогства сюда добирался. И ведь дошёл почти! — маг горестно покачал головой. — Как чувствовал, когда хотел эту деревеньку стороной обойти. Да под вечер дело было. Устал. Ноги сбиты, — Вимс горько улыбнулся. — Зато теперь отдыхаю.

— А где же твой спутник? — поинтересовался я у Ставра. — В другом подвале, что ли, сидит?

— Не, — губы молодого мага предательски затряслись. — Он поглубже будет. Эти сволочи его на совесть закопали!

Ставр отвернулся и тихо заплакал. Я ошарашено уставился ему в спину.

— В Горбатый острог они шли, — тяжело вздохнув, решил объяснить Вимс. — Туда их на службу после учебы определили. А у местных как на грех половина полей тукинская хмарь уничтожила. Мерзкая штука, скажу я тебе, — поморщился он. — Не только посевы уничтожает, но и землю бесплодной делает. Вот они и озверели. А тут эти, на свою беду, — старик кивнул на всхлипывающего Ставра. — У нас ведь как повелось. Что–то плохое случится, кто виноват? Колдуны! Ну, им бока сначала изрядно намяли, а потом сюда и сунули.

— Каждый день бить приходили, — вскинулся Ставр. — Всё требовали, чтобы мы поля погубленные излечили. А как мы их излечим? — голос молодого мага сорвался. — Тут не каждый адепт земли справится! А мы воздушники! Нас земля, вообще, не слушает!