Цитоник - Брендон Сандерсон

– Я поручу это кое-кому, – сказал Йорген.

– Только осторожно! – предупредила я. – Цитоник может провалиться в портал и оказаться здесь, а выбраться отсюда трудно. Так что не втягивай в это какую-нибудь Спенсу.

– Будет сделано, – сказал он, встретившись взглядом с моим отражением. – Это важно. Я рад, что ты осталась, даже если это означает… ну, вот это. – Он указал на мою призрачную фигуру.

– Я собираюсь идти дальше по Пути, – сказала я. – Но сперва надо разобраться с кучкой пиратов.

– Пираты в «нигде»? – удивился Йорген.

– Ага. Здорово, правда?

– Я думал, там… ну, ничего.

– То ли есть, то ли нет? Тут все сложно, – сказала я. – Но я собираюсь завтра украсть истребитель, чтобы добраться до следующего склада памяти.

Йорген отступил, прислонился к стене, сложил руки на груди и задумался. И я впервые заметила, каким уставшим он выглядит. По Йоргену, всегда казавшемуся таким подтянутым и надежным, сложно было что-то сказать – на его темно-коричневой коже труднее заметить признаки усталости, вроде мешков под глазами.

– Йорген! – позвала я. – Ты в порядке?

– Тут напряженная обстановка. Мы нашли способ защититься – оборона планеты задействована полностью благодаря Тору и инженерам.

– Ну так хорошо же. Ты в безопасности.

– Даже слишком в безопасности, – сказал он. – Пока мы прячемся, галактика рушится под властью тирана. Я знаю, что мы едва-едва вышли на галактическую сцену, но все равно мне кажется, что это неправильно – прятаться. Мы должны что-то делать. – Он скривился. – Это политика, Спенса. Ты бы возмутилась, будь ты здесь.

– Можешь возмущаться от моего имени.

– Я пытаюсь, – сказал он. – Но ты же знаешь, что у меня за родители. Я люблю их, Спенса, но… отчасти ответственность на них. Они заставят нас прятаться и дальше в надежде, что враги просто оставят нас в покое. Я знаю, что этого не будет. Я знал это еще до того, как ты сказала мне о сделке с делверами.

– Возможно, мои новости заставят их прислушаться.

– Возможно, – сказал Йорген, но, судя по голосу, ему в это не верилось.

Я окинула взглядом обстановку. Я сразу заметила, что это – не стандартная уборная казармы ССН, но теперь увидела больше. Что это там в отделке, уж не золото ли? Белый мрамор?

– Ты дома, – догадалась я. – Пытаешься убедить родителей?

– Я думал, что, может, они ко мне прислушаются, если удастся поговорить с ними в неофициальной обстановке. Мне следовало бы догадаться: они устроили для меня четыре ужина, и все – с подходящими молодыми женщинами из нижних пещер.

Из богатых пещер, имел он в виду. Лучше всего защищенных от атак с поверхности.

– Хорошо, что я не ревнива, – сказала я.

– А жаль! – сказал Йорген. – Если бы ты ворвалась сюда и обезглавила парочку из них, может, остальные отстали бы.

– Ну, Йорген! – возмутилась я. – Обезглавливание – это для достойных врагов на поле боя!

Это заставило его улыбнуться. Он снова подошел ко мне, и, хотя мы не могли прикоснуться друг к другу, я чувствовала рядом его разум – и успешно сопротивлялась стремлению исследовать его при помощи моих новых способностей. Некоторое время – недолгое – мы так и стояли, глядя и чувствуя. Это все, что у нас было.

– Знаешь, – сказала я, – я немного удивилась, узнав, что ты не принимаешь душ в форме. Я почти поверила, что существует какое-то допотопное правило, требующее от тебя не снимать форму никогда, или ты получишь одну шестнадцатую выговора.

– Подожди, пока кто-нибудь услышит, что со мной в ванной комнате была девушка, – сказал Йорген.

– Уверена, что невидимые девушки не считаются, – сказала я и почувствовала, что начинаю таять. – Береги себя, Йорген.

– И ты тоже, – сказал он. – Считай, что это приказ.

Я кивнула, потянувшись к нему. У меня возникло ощущение, будто я получила целую охапку чего-то – охапку его, – а потом все исчезло, и меня выбросило в «нигде». Но суть Йоргена задержалась, будто запах, как и его образ у меня в голове – полувыбритый и усталый.

И все же это был успех. Я сумела снова отыскать Йоргена, и я была более уверена в своих силах. На самом деле, настолько уверена, что сделала, быть может, глупость. Я отправилась искать делверов.

В прошлом таком сне я подслушала, как они вели важный разговор. Смогу ли я проделать это снова? Я исследовала внешний мир, пытаясь уловить то же самое… ощущение, как в прошлый раз. То же самое место? Неправильно было бы думать, что здесь что-то имеет место. Это, скорее, походило на частоты, или…

Что-то врезалось в мой разум.

«Это была ты! – воскликнула Брейд. – Ты следила в прошлый раз! Я сказала Винзику, но он мне не поверил!»

Я попыталась вырваться, но она была обучена лучше, чем я. И кажется, обладала способностью каким-то образом удерживать мой разум – я раньше не испытывала ничего подобного. Я была словно муха в паутине, жужжащая в крепкой хватке разума Брейд.

«Я знала, что ты жива, – сказала она. – Ты сбежала в „нигде“, верно? Маленький сверчок подкрадывается!»

«Брейд, – отозвалась я, – ты не должна быть такой. Ты не должна…»

«Конечно не должна, – сказала она. – Знаешь, что я больше всего в тебе ненавижу, Аланик? Что ты даже на миг не хочешь признать, что я способна сама принимать решения. Для тебя я всего лишь обманутая дурочка».

«Винзик собирается убить всех цитоников, – сказала я. – Он пообещал это делверам. Ты это знаешь. Ты сама передала это предложение!»

В ответ Брейд рассмеялась. Ей либо было наплевать, либо у нее имелся непонятный мне план. И… теперь, когда мои чувства обострились, я смогла ощутить чуть больше. Для нее мои призывы были банальными. И возможно, оскорбительными.

Она попыталась разорвать мой разум. Но в прошлом, защищаясь, я кое-что усвоила: хулиганы ждут, что ты сдашься.

Я бросилась в бой. Я не скулила, не свернулась клубочком, не попятилась. Я ударила в Брейд всем, что у меня имелось. Хотя сейчас я не имела облика и была лишь скоплением мыслей, наши разумы столкнулись. Как две вспышки света, рассыпающие искры. Как две встретившиеся звезды.

Она была обучена. Но я была свирепа.

Брейд сломалась первой. Она обратилась в бегство, а я, измотанная, медленно погрузилась в настоящий сон, в котором преобладали наполовину бритые офицеры и эпические путешествия на парусных кораблях, запряженных драконами.