Коннетабль - Макс Мах

резиденции Триса. И такое место нашлось: как раз был выставлен на торги шато Мезон-Лаффит. Красивый и в меру просторный трехэтажный, - два этажа и мезонин, - дворец всего лишь в двух кварталах от палаццо Коро. Впрочем, Габи привлекло не только это. Прежние хозяева реконструировали и реставрировали шато буквально три года назад. Думали здесь жить, но планы изменились, и они его продали. А вот Габи дворец сразу понравился. С одной стороны, интерьеры начала XVIII века и аутентичные картины, гобелены и мебель, а с другой – современная сантехника и электропроводка, кухня с газовой плитой и печью, и подземный гараж, построенным для того, чтобы не занимать под машины, - а их у нее одной уже было целых три, - все постройки внутреннего двора, включая бывшую конюшню и каретный сарай. И, разумеется, парк, небольшой, но уютный,, примыкающий к шато со стороны, противоположной проспекту, на который дворец выходил фасадом.

В общем, сказано – сделано. Дворец купили как раз дней за десять до этих нежданных каникул. Впрочем, заниматься им было некогда, и Габи отложила это дело до лучших времен. Но сейчас, а именно сегодня, все уже выглядело совсем иначе, и Габи поняла, что, учитывая Гийома де Ламот-Уданкура, кузин Валь и Морг Мишельер, а также новых друзей из Питера, обживать шато придется с сейчас на сейчас, а не когда-нибудь потом.

- Есть хочешь? – спросила, проследив за тем, как Вероника избавляется от рюкзаков.

- Ух, полегчало! - потянулась Акиньшина, разминая затекшие от груза плечи. – Так ты здесь живешь?

- Не именно в этой комнате, но в этом палаццо.

- А палаццо как называется?

- Палаццо Коро, - ответила на вопрос Габи. – Резиденция тана клана Мишельер. – Городская крепость…

- Я знаю, что такое палаццо, - остановила ее Акиньшина. – Видела в Генуе и во Флоренции. И готова выслушать вводную за ужином, или что там у нас по часам?

- Скорее, обед, если исходить из местной практики, - объяснила Габи. – Но нам сегодня не стоит появляться в общей трапезной. Наверняка, там сейчас герцогиня Перигор – невеста Триса и ее фрейлины.

- В гости пришла? – уточнила Акиньшина, знавшая, что времени между уходом и возвращением хозяев прошло не так, чтобы много.

- Она здесь уже вторую неделю живет, - открыла карты Габи. – Все южное крыло заняла. Так что мы в ближайшие дни отсюда съедем. У меня есть свой дом - шато Мезон-Лаффит, - всего в двух кварталах отсюда. Там и поселимся, но сегодня и завтра придется спать здесь, и, пока я тебя не переодену лучше тебе ни с кем не встречаться, потому что…

- Я тайна, покрытая мраком, - хихикнула Акиньшина. – Кстати, у меня в чемодане тридцать килограммов золота в слитках. Не украдут?

- Сейчас доставят, - улыбнулась Габи, - но, в любом случае, в палаццо твои вещи в безопасности.

— Это хорошо, что в безопасности, - кивнула Акиньшина. – И, к слову, тридцать кило – это на ваши деньги много или мало?

- Какой пробы? – уточнила Габи, предпочитавшая ясность в финансовых вопросах.

- Двадцать четыре карата[22].

- Если так, то это примерно 7500 золотых франков или миллион пятьсот тысяч новых франков[23].

- Что на это можно купить? – решила уточнить порядком нервничавшая по этому поводу Вероника.

- Особняк можно купить хороший в центре города, - чуть пожала плечами Габи. – Это крупная сумма.

- У меня там еще килограмма три[24] бриллиантов и изумрудов хорошей огранки…

- Точно не скажу, - смутилась Габи. – Но это, наверное, еще два миллиона. И я так понимаю, это не все?

- Еще есть платина и старинная ювелирка, новая, впрочем, тоже.

- Как ты это все дотащила? – удивилась Габи, сообразившая, что чемодан Акиньшиной должен был быть и вовсе неподъемный.

- На одних нервах, если честно… И немного магии.

И в этот момент в дверь осторожно постучали.

- Войдите, - разрешила Габи.

Дверь открылась и двое слуг вкатили в комнату огромный сундук Акиньшиной.

- Стесняюсь спросить, чего ты еще притащила, - покачала Габи головой, рассматривая сундук.

– Впрочем, пустяки! – сказала через мгновение, когда дверь закрылась за слугами. — Это успеется. У тебя ведь есть платье на первый случай?

О платье и прочем всем в стиле имперской моды они как-то говорили, но Габи не помнила, чем там все закончилось.

- Есть, - кивнула Акиньшина. – Сшили точно по твоему рисунку.

- Тогда, переодевайся, я вернусь через четверть часа, и пойдем ко мне. Там пообедаем и поговорим. Надеюсь, нам никто по дороге не встретится, но, если что, ты виконтесса Берунико де Габардан, моя кузина. Мы с тобой подруги, росли вместе в Беарне, в шато де Морлан. Запомнила?

- Шато де Морлан, - кивнула Вероника, явно несколько обескураженная сообщенными ей новостями. – Берунико де Габардан. Виконтесса.

- Молодец! – похвалила подругу Габи. – Давай, тогда, переодевайся. Я скоро вернусь!

Оставив Акиньшину приводить себя в порядок, Габи отправилась раздавать приказы и поручения. Заказать обед и послать Валери и Моргану на бульвар Меровея[25], где модные бутики работают, если и не круглосуточно, то, как минимум, до полуночи.

- Ко мне приехала подруга, - сказала она своим кузинам. – Тоже, кстати сказать, наша общая родственница. Впрочем, неважно. Ее вещи потерялись в пути. Надо купить пару-другую платьев на первый случай. Может быть, брючный костюм, если попадется что-то интересное. И не забудьте про обувь. Пусть запишут на мой счет. Разрешение же у вас есть?

- Есть конечно! – отмахнулась Моргана. – Ты ведь нас познакомишь?

- Завтра утром, - коротко ответила Габи, переключаясь на новую тему. – Рост чуть ниже меня, сантиметров на шесть-семь, не больше. Тридцать шестой размер, но грудь больше, чем у меня. Полагаю, полноценный «Си»[26].

И это было чистой правдой. Грудь у Вероники была просто сказочная или лучше сказать идеальная: полная, высокая и невероятно упругая.

«А может быть, пусть сегодня переночует у меня?»

Идея была соблазнительная, тем более что во время «лесного сидения» они сблизились еще больше, и в интимном смысле тоже.

«На нее Трис глаз положил, - напомнила она себе. – А он все-таки тан…»

То, что Трис женится, - и даже то, что он женится на ее подруге,