Марс наш! - Валерий Большаков

Хохотнув, Кроган прошел мимо, а Николай вскочил и рывком развернул космопеха к себе лицом, хватаясь за автомат, висевший у того на груди.

Рыжий даже удивиться не успел, как Воронин, пользуясь слабой гравитацией, крутанул коммандоса, держась за приклад и цевье.

На Земле ему бы не удалось сдвинуть такую тушу, а на Марсе – пожалуйста.

Едва Кроган ощутил под ногами пустоту, как тут же взмахнул руками, инстинктивно пытаясь ухватиться за что-нибудь – за друга, за врага, за воздух.

Николай сдернул ремень автомата с гладкого шлема и проводил космопеха в последний путь.

– А-а-а! – заорал Рэд, тараща глаза, и пропал за краем колодца.

Бант Уилсон тут же развернулся, шаря лучом фонаря, но Воронин уже юркнул в округлое зияние между колонн-пилонов.

– Эй! – крикнул негр. – Что там? Рэд! Ты где?

– И проводник пропал… – проворчал Терминатор.

А проводник в это время мчался со всех ног к выходу.

Туннель слегка заворачивал, протягиваясь дугой, и за изгибом беглеца увидят не сразу.

А вот ближе к выходу…

Шибко уж там просторно и светло.

– Сто-ой!

Звук выстрела почти не был слышен, зато глаза видели брызги осколков, высекаемых пулями.

Еле дыша, Николай одолел насыпь у порога пещеры и понесся вниз по склону, скользя по слежавшемуся снегу.

Биг-Мак стоял возле модуля и занимался важным делом – долбил носком сапога смерзшийся наст.

Среагировав на движение, он поднял голову и уже сделал движение плечом, чтобы сбросить автомат в руку но все же чуток не поспел – Воронин нажал на спуск раньше.

Пули 45-го калибра пробили скафандр Большого Мака и отбросили тело на снег.

Труп проскользил пару шагов и замер, уткнувшись в опору МПА.

Модуль стоял на склоне, с которого выхлопы растопили и сдули снег.

Две опоры были согнуты сильнее, другая пара разложилась полностью, обеспечивая аппарату горизонтальное положение.

На ходу подобрав оброненный Биг-Маком автомат, Николай в два прыжка поднялся на борт.

Захлопнул люк, отшвырнул оружие, бросился к пульту.

Давай, давай, давай…

Быстрее!

Столбы огня из двигателей ударили в опаленный грунт, и модуль плавно поднялся, удерживаемый изрыгаемым пламенем.

В это самое мгновение на гребне показались Уилсон с Терминатором и сыграли в четыре руки – пули прогремели по МПА, откалывая краешки сопел, дырявя шары баков.

«Утечка! Черт…» – Воронин сноровисто пробежался по пульту.

Крепежные зажимы выпали, и МПА медленно разошелся с МВА.

Сработал пирозапал предварительного зажигания, и взлетный аппарат резко прибавил в скорости, уходя с линии огня.

МПА пошел вниз, но до склонов Арсии не долетел – взорвался, и белый снежник оказался испятнан обгорелыми кусками обшивки, баков, приборов, двигателей.

Несколько уцелевших сферобаллонов запрыгали мячиками по вечным снегам.

Уилсона с напарником видно не было – мелки больно.

Получается, двух головорезов из «непобедимой» команды он уделал-таки.

Остались эти двое…

Да где ж остались? Он и их приговорил к высшей мере!

Если Ромеро не подсуетится и не пошлет еще один модуль – хана черно-белой парочке.

Связи у них нет, а кислорода – на час.

Если смекнут, то «займут» о-два у Биг-Мака.

А потом…

А потом выживет сильнейший.

Да и черт с ними обоими…

«Как же я садиться буду? – задал себе вопрос Николай и тут же дал на него ответ. – А! Сяду как-нибудь!»

Описав половинку параболы, МВА потянул вниз.

Со света в потемки.

Показались беленькие коробочки зданий «Королева» и куполки, похожие на половинки яиц.

Садиться близко к базе чревато – теперь у сержант-майора не сыщется «прич-шины» не расстреливать проводника.

Но и покидать пределы «Королева» тоже моветон – Подолян-то там остался…

Взлетный аппарат, который использовался как посадочный, завис над оранжевыми дюнами, разметая песок, и медленно опустился, погружаясь дюзами в пыль.

Двигатель словно подавился маггемитовым прахом и заглох.

МВА обессиленно повалился на склон дюны.

– Прибыли… – прокряхтел Воронин, выбираясь на поверхность, и сам себе пожаловался: – Вот, что я за дурак такой? Нет, чтобы шкурку свою драгоценную спасать, так нет же… Лезет куда-то…

Потом в наушниках пискнуло, и рация МВА донесла металлический голос автомата с метеоспутника:

– Внимание! Ожидается локальная пылевая буря в районе Тарсис, со смещением к югу Скорость ветра от 100 метров в секунду. Повторяю: ожидается локальная пылевая буря в районе Тарсис, со смещением к югу Скорость ветра от 100 метров в секунду. Повторяю…

«Всеобщее Вещание», Россия:

«Специальный корреспондент нашего канала в составе бригады, куда были включены также представители немецкой ARD и французской TF-1, отправился в полет на ТМК «Гагарин».

Первоначально планировались обширные съемки марсианских будней, телепоказ жизни на базах «Королев» и «Порт-Годдард», репортажи о строительстве новой объединенной базы БРИКС.

Отметим, что данный медиапроект был щедро проплачен крупным бизнесом Европы и Азии, кровно заинтересованным в налаживании связей с Россией.

Однако недавние события заставили наше Управление космических сообщений несколько «изменить траекторию» корабля, послав «Гагарина» на поиски кораблей «Аламо» и «Энтерпрайз», хотя Государственный департамент США выступил резко против данной инициативы.

«На воре и шапка горит», – прокомментировал подобное отношение пресс-секретарь президента РФ.

На 51-й день полета экипаж «Гагарина» обнаружил ТКС «Аламо». По свидетельству экспертов, корабль был обстрелян из мощных лазерных установок, в результате чего ядерный материал в реакторе сплавился, а обитаемые отсеки утратили герметичность (пробоины достигали метра в диаметре!).

Спасательной капсулы «Орион» на ТКС не оказалось, локаторы «Гагарина» нащупали ее в пятистах километрах по курсу.

Рассказывает корреспондент ARD Гельмут Цимссен:

«Капсула была пробита насквозь. Луч лазера буквально испепелил Энрике Фернандеса и стал причиной смерти командира «Аламо» Родерика Хартнела. Пегготи Кернс, видимо, раненный еще на борту «Аламо», скончался до того, как «Орион» был атакован. Последним погиб наш соотечественник – Ганс Мюллер».