Планетолог - Олег Казаков

Рядом с нашим лагерем, чуть поодаль встало еще несколько куполообразных хижин. И новые суслики все приходят и приходят. Хотя их и слишком мало по сравнению с тем, что я видел внизу, рост племени Могучего Клыка радует. Не знаю пока, что задумал вождь, на мой взгляд, туземцев привлекает сильномогучий богатырь земного происхождения…

А нам надо уходить на север, подальше от дозоров равнинных сусликов и поближе к руднику. Появилась у меня одна идея… Надо будет протолкнуть ее Клыку.

* * *

Долгий зуммер прорвал тишину в отсеке охраны.

– Слушаю, дежурный, – отозвался сидевший на посту охранник, переключаясь на камеру, от которой шел вызов.

– Ворота докладывают, тут два суслика стоят на поле, просят разрешения подойти.

– Да? Как интересно… А что сразу в ворота не постучались?

– Боятся, наверное, может, первый раз у нас…

– Пусть подходят, спросите, что им надо.

В динамиках засвистело, и через минуту пост снова связался с дежурным.

– Принесли два длинных слитка, говорят, упал с нашего вездехода. Говорят, что хотят вернуть, просят взамен два мешка ржаной муки.

– Что, вот прямо так и просят? – дежурный сильно удивился. – Это не из племени Могучего Клыка случайно суслики? Уточните, и пусть пока подождут, сейчас решим.

Дежурный переключился на ученых и доложил ситуацию, те сразу разрешили обмен и тут же выслали пару своих людей к воротам для разговора с аборигенами. Научный совет не оставлял надежды договориться с туземцами мирным путем. Транспортный отдел подтвердил, что на последних рейсах имел место недогруз, но они считали, что это вызвано увеличением числа рейсов, с которыми шахта просто не справлялась. Возможность потери пары слитков по дороге они не отрицали и обмен на муку не казался им чем-то чрезмерным.

Уже когда суслики вышли из охраняемой зоны, комендант собрал научный совет.

– Странно это все, – обратился он к ученым, – складывается впечатление, что местные воруют у нас металл и потом нам же его меняют на продовольствие.

– Раньше они боялись вездеходов и никогда к ним не приближались, – сообщил один из ученых, – и к тому же они никогда не заходили на север от станции.

– Сейчас все изменилось, – отозвался комендант. – Отряды местных охотников бродят повсюду, добывая пропитание.

– Тогда, скорее всего они говорят правду, – взял слово еще один ученый. – Насколько нам известно, они не обрабатывают металл и не пользовались металлическими предметами до нашего появления здесь. Да и сейчас у них, скорее всего, есть только то, что мы сами выменивали раньше, или украденное со станции. Куски арматуры ими используются как дубинки, ножи и топоры имеют бытовую ценность. Возможно, какую-то мелочевку они смогли приспособить под пуговицы, пряжки и застежки. Но собственной обработкой они не занимались…

– Хорошо, всем спасибо, вы свободны, – комендант отпустил совет, но какая-то мысль его продолжала беспокоить.

Наконец он связался с наблюдателями из отдела связи.

– Вы можете просканировать регион металлодетекторами?

– Да, на спутниках есть необходимое оборудование, – ответили ему, – но, скорее всего, будет много мелких сигналов, что мы должны искать?

– Сделайте общее сканирование, и более тщательно проверьте северный сектор, нет ли там крупного скопления металла. Я подозреваю, что одна банда грабит наши караваны…

Но проверка не показала ничего достойного внимания. Действительно, на северо-западе обнаружилось несколько групп аборигенов, у которых количество металлических предметов было выше, чем у племен, стоявших в осаде, но превышение было незначительным, а эти группы кочевали в стороне от трасс вездеходов, и колонисты решили, что этот металл был выменян или похищен со станции.

Недели шли за неделями, приближался день прорыва пространства. Земные инженеры уже сидели на чемоданах, а колонисты все никак не могли решить, что же им делать с сусликами. Приближалась весна, местное солнце становилось все крупнее, и даже начало ощутимо пригревать. Это чувствовалось, если выйти на свет и постоять под солнцем, хотя морозы пока не ослабевали.

В один из таких солнечных дней наблюдатели подняли тревогу. По станции заревели сирены.

– Пулеметные расчеты на башни, стрелки на стены. Всем приготовиться к бою, ждать команды на открытие огня! – приказал комендант и вместе со всеми побежал к своему оборонительному рубежу.

Суслики идут! Темная волна показалась на горизонте, и вскоре уже можно было различить тысячи туземцев, идущих с трех сторон на поселок. Они приближались все ближе и ближе, кто молча, кто что-то высвистывая на своем языке, наверное, вожди подбадривали соплеменников, и тащили с собой деревянные щиты и лестницы. Вряд ли у них был опыт осады защищенных городов. Но уже одной своей массой они могли просто задавить поселок, а щиты, как им казалось, должны были прикрыть их от непонятного и страшного оружия пришельцев. Колонисты приготовились к тяжелому бою. Комендант уже готов был отдать приказ и начать стрелять, когда вдруг откуда-то с северного направления послышался тяжелый гул.

– Что это? Лавина? Землетрясение? – колонисты на северном фланге тщетно пытались углядеть, что же приближается со стороны гор.

Облако снежной пыли показалось из-за ближайшего холма и стремительно покатилось на космодромное поле. Дробный грохот, как от тысяч барабанов, заглушил свисты сусликов, которые так же с недоумением наблюдали на приближающееся чудо. Наконец стало видно, что наперерез наступающим племенам несется огромное стадо гигантских мохнатых чудовищ, яростно трубивших в свои хоботы. Устрашенные туземцы, бросая щиты и оружие, побежали прочь.

– Они отступают! Нет, они бегут! – пронеслось по стенам поселка.

И тут-то, наконец, все разглядели, что впереди всех на самом большом волосатике восседал, размахивая ужасным широким тесаком, пропавший планетолог с Земли…

* * *

Суслик-переросток и колонист с земной станции стояли на космодромном поле и смотрели в небо. Просто стояли молча рядом, каждый думал о своем. Потом человек показал рукой в небо.

– Видишь вон тут звездочку? Это наш корабль, скоро прилетит, тогда ты увидишь, как садятся наши шаттлы…

– А г-г-де сейч-час Игор?

– Он ушел дальше на звезды, по своему пути.

– Надолго?

– Скорее всего навсегда. Вон те пять звезд видишь, три побольше, две поменьше. Вот где-то между ними как раз он и летит. Очень далеко…

– Три б-б-бога и два г-г-голема.

– Что? – не понял человек.

– Так мы их называем…

– Символично… – Они опять помолчали. – я смотрю, он оставил тебе свой нож.

– Да, большой, удобный…

Рядом затормозил снегоход, с которого соскочил док.