Драконоборец. Том 1 - Илья Крымов

– Собственная доработка, не сосредотачивайтесь на ерунде. Меня зовут Илиас Фортуна, и я жажду познакомиться со знаменитым Тобиусом Молью!.. М-да, в голове это звучало лучше – как вас только угораздило получить такое второе имя? Не суть! Буду счастлив, если вы найдете время и посетите Гильдхолл завтра. Ничего официального, я просто хотел бы с вами поговорить и кое о чем рассказать.

Тобиус с сомнением посмотрел в раззявленную пасть.

– Не думаю, что это возможно. Вплоть до королевской свадьбы я несу некоторые обязательства перед ривенской короной и никуда из дворца отлучаться не могу.

– О, я слышал! Могу прислать вам на замену несколько лучших своих подчиненных…

– Нет.

– Что ж, настаивать не буду, но если передумаете, свяжитесь со мной!

Вестовой захлопнул пасть и тут же растворился в воздухе, подняв небольшой сквозняк, а на столешницу упал массивный переговорный медальон, дотоле содержавшийся внутри этой псевдоматериальной сущности.

Вечером того же дня, пребывая в своих покоях, волшебник серьезно обдумывал внезапное приглашение. Он знал, кто такой Илиас Фортуна, и понимал, что приглашение от мага его величины получают далеко не все. Также Тобиус знал, что в Гильдхолле заканчивался турнир за Кубок Гильдий, завтра состоится финальный бой, но все же… С одной стороны, столь внезапно свалившееся на него знакомство могло принести великую пользу. Тобиус ныне смертельно нуждался в могущественных покровителях. С другой стороны, он не мог покинуть свой пост, да и подозрительно это. Что могло понадобиться верховному магу Ридена от него, серого магистра?

Поздним вечером он все же решился пробудить медальон.

– Доброй ночи, чар Тобиус, рад, что вы передумали.

– Я еще не передумал, ваше могущество. Скажите, что вам нужно от меня?

– Это деликатный вопрос. Могу ответить только при личной встрече.

– Это важно?

– Для меня – очень.

– Тогда я осмелюсь выдвинуть условия.

– Слушаю.

– На время моего отсутствия при дворе количество ваших наемников, охраняющих Ардегран, будет утроено без повышения платы. Вы же должны поклясться именем Джассара, что не замышляете ничего дурного против моей подопечной и что те, кто прибудет подменить меня, будут надежными стражами.

– Однако вы ответственно подходите к своим обязанностям.

– Видимо, недостаточно. Будь я ответственней, не стал бы говорить с вами сейчас.

– Что ж…

Илиас Фортуна исполнил требование Тобиуса и поклялся именем Джассара. Серый маг почувствовал, как незримые нити связали их, заверяя подлинность сказанных слов.

– Завтра ко двору прибудут мои отборные волшебники, а вас милости прошу в гости.

В самый ранний утренний час, когда Хлоя имела привычку упражняться в стрельбе из лука, Тобиус сообщил ей о намерении посетить Гильдхолл. Принцесса отнеслась к этому без особого интереса, но чуть позже магистр узнал, что по воле короля – наверняка через ходатайство будущей супруги – сопровождать его отрядили нескольких гвардейцев. Попытки объяснить, что охрана не нужна и без нее Тобиусу будет лишь лучше, ни к чему не привели. Рива просто поставили перед фактом, причем сделал это сам капитан личной гвардии его королевского величества граф Фредригар Желоран.

Именно этим именем представился Радован, некогда прибыв в Хог-Вуд якобы в качестве посла от самого себя. Настоящий же капитан гвардии был высоким грозным мужчиной с пронзительными глазами, гладко выбритым черепом и густыми рыжими баками. Он занимал место первого офицера Черной полусотни и командовал охраной Ардеграна, пользуясь высочайшим доверием короля.

Для поездки снарядили гербовую карету с приданным ей эскортом из восьми конных гвардейцев, а в салоне расположились еще двое – Вадильфар из Криксенгорма и Райла Балекас. Преодолевая неловкость, волшебник забрался внутрь и уселся напротив шехверки. Вскоре они спустились с замкового холма.

Аллерхас был примерно вдвое меньше Ордерзее, но числом горожан не уступал, отчего казался перенаселенным и ужасно суетливым городом. За минувшие века замок Ардегран, возвышавшийся в центре столицы, практически не изменился, так и оставшись строгой крепостью.

Покинув территорию замкового холма, карета выехала на площадь, по причине торгового дня полную народу, и медленно двинулась на восток. Однако не успела она покинуть этот огромный рынок, как движение вдруг прекратилось. Вадильфар из Криксенгорма вынул из поясной кобуры небольшой пистолет.

– Что там? – спросил он у кучера.

– Какой-то крикун собрал вокруг себя большую толпу, и они мешают проехать. Сейчас разгонят.

– Белоленточник?

– Нет, звездолобый.

– Звездолобые, – проворчала мечница неодобрительно, – еще не легче, рвать их кормилицу.

– Что за звездолобые? – спросил маг.

Гвардейцы переглянулись.

– В Ривене их еще нет?

– Думаю, что нет.

– Значит, будут, – как-то не очень до́бро пообещал Вадильфар из Криксенгорма, – эти гаденыши везде лезут! Не знаю как в других землях, но в Ридене они появились года четыре назад. Сектанты, фанатики, зовут себя пророками Падающей Звезды и заняты тем, что загрязняют умы простого люда всяческой ерундой! Ночами, говорят, они только и делают, что пялятся в небо на эту комету и предсказывают явление какого-то Дракона Новорожденного. Будто драконы – это хорошо! Кретины.

– Это все? – спросил Тобиус. – Кажется, все довольно безвредно.

– Вполне, чар, но порой как начнет их проповедник вещать, глаза сумасшедшие, голос визгливый, а он как статуя, час за часом вещает и вещает, толпы собирает. Будь моя воля – сам бы всех переловил и сжег к драконовой матери!

Архитектура риденской столицы служила не столько изысканной красоте и простору, сколько большей вместимости. Дома в два и три яруса редкостью не являлись, многие улицы были довольно узки, а из-за высоких построек на них царила тень, зато тело города состояло из камня – ни единой деревянной хибары, ни единого озера грязи и нечистот посреди дороги, везде булыжник, брусчатка и относительная чистота.

Карета выехала в предместья через восточные ворота, после чего отправилась по широкой дороге в сторону порта. Ближайшая река, Навья, находилась в лиге^[15] пути от стен Аллерхаса. Порт являлся небольшим, но хорошо укрепленным рыночным поселком, а в сердце его стояла цитадель таможенной службы.

В карете сначала запахло рыбой из возов, ползших от реки в город, но потом запах сменился на еще менее приятный. Как правило, такой запах возникал, когда в одном месте, не предназначенном для этого, жило много народу.