Охотник - Андрей Красников

Мне под ноги упал небольшой костяной щиток.

[Спинная пластина стегозавра. Ранг: редкий.

Материал.]

– О, спасибо... а что из нее лучше всего делать?

Рарах презрительно поморщился, сплюнул на землю и снисходительно процедил:

– Ты глупый воин, Пища. Ты делать из этого щит.

В моей голове начал складываться план по стремительному обогащению за счет добычи и продажи таких вот пластин на внешнем рынке, но командир тут же оборвал эти приятные мысли, дав команду на преследование удравших ящериц.

– Вперед!

До самого обеда мы занимались уничтожением оставшихся стегозавров. Еще два часа ушло на сбор всех трофеев в одном месте. А потом, совершенно неожиданно для меня, выяснилось, что популяция шипастых динозавров истреблена под корень и все мои задумки по стремительному обогащению можно выкинуть в унитаз.

– Мы уничтожить ящериц до конца, – самодовольно заявил Рарах, осматривая внушительную кучу собранных отрядом пластин. – Теперь они прийти не скоро, но нам хватит.

– То есть? Здесь больше нет стегозавров?

– Мы убить их!

– Блин. А еще где-нибудь?

– В землях соседний племя есть шипастый ящерица. Но она нужен там.

– Печально.

– Ты показать себя сильный воин, Хитрый Пища. Мы гордиться тобой.

– Ну да, ну да...

Ситуация выглядела достаточно неоднозначно. С одной стороны, за время охоты мне удалось получить только девять уровней – весьма скромный результат, если принять во внимание постоянную беготню и необходимость выслушивать желчные реплики соратников. С другой – репутационные квесты никогда не отличались восхитительным профитом, так что жаловаться на отсутствие ништяков было грешно.

Пока я взвешивал все плюсы и минусы текущего мероприятия, командир закончил любоваться костями, развернулся к югу и энергично вскинул вверх правую руку:

– Вперед! Ловить рогатый ящерица!

Пришло время для новой перебежки. В течение следующих полутора часов я пытался догнать умотавших вперед соратников, ругался на судьбу и характеристики персонажа, а также яростно материл Флинта, с чего-то вдруг решившего освоить мое новое прозвище.

– Хитррый Пищща!

– Пошел... к черту...

– Пищща!

Утомительный марафон закончился на краю обширной низины. Здесь отчетливо прослеживалась слабая вулканическая активность, кое-где бурлили грязевые озера, над землей клубился плотный пар, а немного поодаль вздымались к небу струи гейзеров. Общая картина чем-то напоминала камчатские пейзажи, но было здесь и одно немаловажное отличие – вместо упитанных косолапых медведей здесь гуляли страшные рогатые динозавры.

[Трицератопс. Ранг: редкий. Уровень: [1350].]

[Стиракозавр. Ранг: обычный. Уровень: [1200].]

– Мы ловить этот ящерица, – объяснил дождавшийся моего появления Рарах. – Ловить живьем. Потом мы садиться на ящерица и скакать в бой. Враги страдать!

– Враги очень сильно страдать, – на всякий случай уточнил Кхар. – Очень сильно!

– Пусть страдают, мне-то что... а как их ловить?

Вместо ответа командир достал из складок своего куцего одеяния комок странной липкой субстанции, а затем протянул его мне:

– Брать.

– Это что еще за хрень?

– Брать! Ты кинуть этот вещь на голову ящерица. Тогда мы ее поймать.

– Амулет, что ли?

– Великий шаман сделать этот ловушка. Ты кидать, а не спрашивать.

Настойчивость дикаря показалась мне весьма подозрительной, но я все же протянул руку и забрал неопрятный бугристый шарик.

Тот мгновенно прилип к пальцам.

– Хитрый Пища подбегать к ящерица, потом класть ей на голова этот ловушка. Сильно класть!

Я глянул в сторону ближайшего трицератопса, оценил длину его рогов и протянул липучку обратно:

– Нафиг. У меня не получится.

– Вождь сказал сделать!

– Пища бояться? Пища слабый воин!

– Пищща тррус! Тррус!

– Не понял?!

– Тррус! Пищща тррус!

– Твоя птица говорить правда, – блаженно улыбнулся Кхар. – Даже птица видеть.

Несколько секунд я внимательно рассматривал охамевшего в край Флинта, а потом зловеще усмехнулся:

– Ну-ка, иди сюда, падла ты картавая.

– Трревогга, – мгновенно ощутил неладное попугай. – Опассноссть!

– Точно. Лети сюда, мелкий засранец!

Под одобрительные реплики собравшихся вокруг нас дикарей я отловил вернувшегося на плечо питомца, сунул ему в лапы липкую дрянь, после чего выпустил на волю.

– Лети вон к той гадине и прилепи к ее башке эту хрень!

– Стррах...

– Ты справиться, отважный птица, – подбодрил Флинта внимательно наблюдавший за происходящим Рарах. – Ты справиться. Иначе мы зажарить тебя и съесть.

– Стррах!

– Лети, я сказал!

Сопровождаемый добрыми и не совсем добрыми напутствиями попугай преодолел отделявшее его от жертвы расстояние, с размаху шлепнулся между массивных рогов, затем попытался взлететь, но не сумел этого сделать – творение Искату намертво приклеило меленького засранца ко лбу трицератопса.

Ящер недовольно мотнул башкой и фыркнул, вынудив пернатого наездника громко пискнуть от ужаса.

– Хороший птица, – пробормотал тем временем командир, перекатывая в руках небольшой каменный шарик. – Полезный птица... идти сюда!

Древняя рептилия опять фыркнула, но сразу после этого неторопливо выбралась из уютной грязевой ванны и двинулась к нашему отряду, с силой впечатывая толстые конечности в податливую землю.

– Идти сюда! Стоять! Лежать!

Трицератопс послушно остановился, неопределенно всхрапнул, а затем ловко опустился на брюхо – словно конь, помогающий ребенку забраться в седло.

Флинт на всякий случай еще раз испуганно пискнул, но все самое страшное уже осталось в прошлом. Рарах подошел к морде усмиренного зверя, освободил и отшвырнул в сторону моего питомца, а потом изо всех сил припечатал державшийся на честном слове артефакт к жесткой коричневой коже.

– Мы сделать это! Мы победить!

– Да-да, вы сделать, как же...

– Хитрый Пища, ты брать свой птица и ловить следующий зверь!

– Кто бы сомневался...

На протяжение двух следующих часов Флинт исправно разносил по округе липкие шарики, Рарах выдавал порабощенным зверям ценные указания, а вокруг нас постепенно копился зверинец, состоявший из огромных слоноподобных тварей, украшенных торчащими во все стороны рогами. Затем все наконец-то подошло к логическому финалу – как оказалось, шаман состряпал ровно пятнадцать контролирующих артефактов, так что околдовать кого-то еще не представлялось возможным.