Инфер 2 - Дем Михайлов

Дочь отомстила за родителей. И несмотря на возраст вошла в отряд на правах взрослого бойца – со взрослой ставкой.

Так начался ее недолгий путь наемницы. Они воевали, а Закат, перед тем как угаснуть, становился все ярче, напоминая, что скоро все эти их муравьиные игрища станут окончательно ненужными.

Это и произошло.

Побывав в сотне боев, сражаясь в экзе и без него, она выжила и даже сохранила все конечности. И глаза. Потеряла только селезенку. Еще как-то вырезали чуть ли не половину искромсанной печени. Но это мелочи. Она выжила. А затем, стоя на пустой улице последнего умершего города – из ей известных – она поняла, что это конец. Отряд развалился – кто умер, кто ушел.

Да и ей, судя по всему, было уже пора вышибить себе мозги – потому как она, стоя посреди еще теплого, но уже мертвого городка, глядя на веселые рожицы на входе в никому больше не нужный детский садик, не представляла, что ей делать дальше. В этом мире больше было не с кем воевать. И никому не требовались наемники.

Пока она размышляла о будущем, непривычно сильно напрягая мозги, ей был дан ответ.

Ей повезло.

Повезло…

Наверное повезло, что ее активированный на прием любых каналов комм поймал рассылку расположенного на том же континенте гига-предприятия ВестПик, где расположилось одно из исследовательских подразделений корпорации Атолл Жизни. Корпорации срочно требовались сильные и здоровые добровольцы для участия в социально-медицинско-биологических экспериментах. Предлагалась щедрая оплата, полное обеспечение на время пребывания, а затем, после завершения экспериментов, отправка в убежище Франциск II.

Такая вот история…

- Сигарой угостишь?

Уловив мой кивок, привставший Каппа выдвинулся из-за моего плеча, передал наемнице сигару и столь же молча вернулся на свое одеяло.

- Такая вот история? – повторил я – А дальше что? Какие эксперименты?

- Я не помню – наемница развела руками – Вообще ничего.

- Последнее воспоминание?

- Я сажусь на старый харли. И по пустому двенадцати рядному шоссе двигаюсь к ВестПик. Следующее – я очнулась на стальном столе, надо мной ты, сбоку кого-то жрут.

- Больше ничего?

- Больше ничего. Еще вопросы?

- Имя?

Имя простое и человечное – Балэни.

Что за имя?

Тут все просто – ее назвали в честь боевого экзоскелета матери. А она была пилотом Балэничепса – он же Китоглав, он же похожий на огромную уродливую птицу продвинутый разведывательный экзоскелет с массивным «клювом». Боевая мощь невелика, а вот в качестве разведки в глубокому тылу врага… Если бы в тот роковой день к ее мнению прислушались бы, дав ей еще пару часов на изучение АЭС, она бы поняла, что там нечисто. Ее отец, кстати, а он был черным как смола жестоким бойцом, хотел, чтобы дочь назвали как-то «на их лад» и даже нашел какое-то странное имя вроде Сванхилдер, но мать подняла его на смех, а затем настояла на своем. Дочь назвали Балэни.

- Есть проблемы? – с вызовом спросила наемница, явно гордящаяся своим имечком.

- Мне срать – пожал я плечами.

- Ок. На сколько еще вопросов мне дать ответ, прежде чем смогу получить сетку от москитов, трусы, шорты и нож?

- А футболку? – удивленно вякнул Хорхе, взявшийся за смешивание коктейлей.

Камино уже спал. Да и на меня накатывал сон, но я пока еще мог ему сопротивляться.

- Футболку – задумчиво произнесла беловолосая, бросив сначала взгляд на свою грудь, а затем на внушительные для женщины мышцы и зло скривившись – Ублюдки убили мое тело! Тикас’итур! Как с этим жить?

Покосившийся на свое дерьмовое тело Хорхе скривился и поспешно натянул майку, скрывая обвисшую кожу брюха.

- Выдай ей из наших запасов – кивнул я советнику и повернулся к наемнице – Дробовик и мачете?

- Возьму. Пока дают – бери. Еще вопросы, Оди? Я правильно запомнила? Ты Оди. Это Хорхе. А он Каппа. Вон тот мелкий – Камино. Остальные не из ваших.

- Верно. И да – еще вопросы.

- Я не слишком умна. Сразу скажу. И у меня амнезия. Умственных подвигов от меня не жди.

- В жопу умников. А амнезии у тебя нет – память тебе просто стерли. Тату у тебя на спине. Расскажи о нем.

- История личная.

- Совсем?

- Да.

- А если я добавлю к твоим пожиткам старый, но крепкий рюкзак, пистолет с полной обоймой и десяток патронов к дробовику.

- История не такая уж и личная… Как насчет аптечки? Пусть даже старой, но такой, что вколет нормальный обезбол, а если надо и боевой коктейль…

- Нет. Это только моим бойцам.

- Ага… - понимающе кивнула беловолосая и зыркнула в сторону внедорожника – Дорогое и редкое – только своим. А дробовиков и мачете тут хватает. Верно?

- Ага.

- У тебя револьвер лежит на бедре.

- И что?

- Редко кто выберет револьвер… Игры в барабан только для мальчишек любящих стрелять по-ковбойски. А ты вряд ли станешь палить от бедра…

- Не понял вопроса.

- Почему револьвер? Даже отсюда вижу, как идеально он вычищен.

- Револьвер – опустив глаза на бедро, я посмотрел на заряженное оружие и пожал плечами – Не знаю. Моя память стерта. Но револьвер для меня нечто большее, чем просто оружие.

- А что ты знаешь про револьверы, каппи?

- Многое. Так что насчет твоей истории?

- А как попасть в ряды твоих бойцов?

- Такой как ты – достаточно просто захотеть.

- Я хочу.

- Уверена?

- Да. Я всю жизнь ходила под кем-то. Всю жизнь выполняла приказы грамотного командира. И выжила. А когда впервые оказалась одна и решила принять самостоятельно решение… оказалась голой на металлическом столе морга ни хрена при этом не помня. Дерьмовый из меня сам себе лидер, да?

- Я сам бывал в такой ситуации. И тоже нихрена не помню. Так что не мне тебя судить. А позже, расспросив здешних, ты узнаешь – тут все такие. У всех тотальная кастрация воспоминаний. Так что тебе еще повезло, Балэни.

- Так что? Берешь?

- Беру. Но учти – с таким как я тебе работать еще не приходилось. Я не из тех грамотных командиров, кто думает только о заработке и выживаемости.

- Тогда какова цель, командир Оди?

- Называй меня лид.

- Лид – повторила она – Так какова цель?

- Найти виновного – оскалился я в мрачной усмешке – Найти того, кто виновен во всем этот мудреном вонючем дерьме.

- И затем? Убить?

- Само собой. Но не сразу… Балэни – слишком долго. Как тебя называли в прошлом?