Ублюдок-2 - Павел Барчук

– Ты же знаешь, Владыка, только обмен. Только выплаченная цена. – Смерть пожала плечами, типа, она ни при чем. Правила, есть правила.

– Хм.. да, ты права, моя дорогая. Я расплачусь. Все слышали? – Люцифер окинул демонов взглядом. – Владыка Ада берет долг Княжича Морозова за выкупленного родича на себя. А теперь…

Он снова уставился на мою физиономию. Смотрел внимательно, но как-то …Не знаю. По-приятельски, что ли.

– Иди домой, Княжич. А Наталье Алексеевне передай, что с этого дня она головой отвечает за твое обучение. И программа у тебя будет особая.

– Можно вопрос? – Ну, не мог я удержаться. Реально. Извелся бы весь, если бы не спросил. – Почему Володя?

– Аааа…Так одно из моих имен. Воланд…– Люцифер протянул руку и положил ее мне на плечо. – Иди, Морозов. Скоро увидимся.

Я только открыл рот, собираясь поинтересоваться, что он имеет в виду, как меня буквально подкинуло вверх. Отвечаю. Как пробку из игристого.

Глава 14

Я открыл глаза, имея лишь два желания, послать к черту всех демонов этого мира вместе с Люцифером, и послать Наталью Алексеевну. Лично. Возможно, даже в одно и то же место. Не знаю, как они там уживутся. Потому что не верен, что графиня безобиднее

Спина ныла, голова кружилась и еще хотелось пить. Пить хотелось просто до жопы. Языком провел по губам. Сухо, как в пустыне Гоби. И во рту удивительная гадость. Выражение “как кошки насрали” сейчас было очень актуальным.

Приподнял голову. Справа топтались чьи-то ноги и раздавались голоса. Два женских, один мужской. То есть, я еще и лежу на полу. Отлично!

– Эй! Граждане. – Я принял сидячее положение и уставился на тех, кто прыгал вокруг Колькиной кровати.

Место дислокации не изменилось. Это была все та же палата моего секретаря, откуда Наталья Алексеевна отправила меня к дьяволу. Причем, совсем даже не образно. Николай все так же возлежал на своей постели, как король. Всратый, долбаный король. Рядом с ним суетилась очаровательная медсестра с маленькими рожками и, я так понимаю, врач. Чуть в стороне, ближе к изголовью кровати, застыла Наталья Алексеевна. Она возвышалась над Колькиной башкой, сложив руки на груди и уставившиь на моего родича суровым взглядом. У нее вообще было такое лицо, будто Кольку сейчас попробуют убить повторно. Николай, который слабым голосом уверял, что чувствует себя прекрасно, явно из-за этого сильно нервничал. Он закатывал глаза вверх, пытаясь рассмотреть Аракчееву, которая, как специально, стала так, чтоб ему это удавалось с трудом, и что-то бормотал в свое оправдание.

Когда я окликнул этих товарищей, среагировала только медсестра. Она обернулась, улыбнулась мне наимелейшей улыбкой, а потом сказала.

– О, а вот и Княжич очнулся.

– Очень верное замечание. Княжич! Поэтому мне вдвойне непонятно, какого хрена я валяюсь на полу, а Николая обхаживают в четыре руки.

Аракчееву не стал считать. Она точно Кольку не обхаживала. Она, мне кажется, готова была на полном серьезе сама убедиться в том, что убить Рогатого не так уж сложно.

– Вы не умерли. – Ответила вместо медички графиня.

Она немного наклонилась в сторону, чтоб получше, наверное, видеть, как я сижу на полу, дурак дураком. У меня вообще иногда такое ощущение складывается, что это – любимое занятие не только Аракчеевой, но и остальных, делать из меня дурака.

– Класс… И что ж теперь, можно вот так запросто бросать драгоценное тело наследника рода.

– Ваше драгоценное тело чувствовало себя прекрасно. На удивление, кстати. Это – первое. Второе – вы задержались в гостях. И это порождает у меня несколько вопросов. А – третье, я вместе с вашим возвращением получила весьма странное послание от Владыки…Надеюсь, сами понимаете, вопросов стало еще больше.

Как только Наталья Алексеевна упомянула Люцифера, все присутствующие заметно напряглись. Даже Колька, которого я с трудом мог рассмотреть за фигурами медсестры и врача.

Мой секретарь полулежал, откинувшись на подушку, но вид, надо признать, имел достаточно бодрый. Это радовало. Не потому что я сильно люблю Кольку. Тот еще хитрожопый тип. И в любом случае, он – правая рука Седого. А это уже сомнительный момент. Просто было бы обидно, если бы все мои напряги закончились ничем. А так, получается, я на самом деле смог его вернуть. Итить-колотить... Надо попробовать фокус с водой. Вдруг смогу превратить ее в вино. А что? Теперь уже ничему не удивлюсь. Особенно, после личного общения с Владыкой, который назвал меня самородком.

Зато взгляд, которым Николай пялился в мою сторону, несколько настораживал. В нем, в этом взгляде, было восхищение, обожание и частично даже какой-то фанатизм. Видимо, мысль о том, что я, рискуя своим здоровьем пришел торговаться за его жизнь, стала для Кольки слишком значимой. В принципе, обзавестись Рогатым, который обязан мне за спасение его задницы, очень даже неплохо. Колька может пригодиться, учитывая его близость к Патриарху.

– Ну…про сообщение от нашего Владыки, это я в курсе. Он говорил, что свяжется с Вами. – Я медленно поднялся с пола. Медленно, потому что реально ломило все тело. Повернулся верхней частью тела налево, потом – направо. Прислушался к ощущениям. Вроде, все в норме.

– Аааа… – Наталья Алексеевна недовльно поджала губы, – То есть Вы с ним лично общались? С Владыкой.

– Он Вам не рассказал? – Я многозначительно помолчал, а потом добавил, – Наверное, не доверяет.

Надо было видеть в этот момент лицо Аракчееевой. Ее аж на месте подкинуло от моего высказывания. Впрочем, остальных тоже. Потому что, с Люцифером никто не встречался лично кроме Натальи Алексеевны. Но у той есть некоторые бонусы, благодаря работе. Это факт известный. Еще тот придурок, который рассирался на лекции. Однако он, как мне теперь известно, первостатейный брехун.

– Как себя чувствует пациент? – Наталья Алексеевна вдруг резко сменила объект своего внимания, переключившись на доктора.

Тот промямлил, что прекрасно. Все органы Николая функционируют на сто процентов. Рогатый в белом костюме врача вообще был немного в ауте. Он, наверное, никогда прежде такого не видел. Чтоб один представитель рода помер при неизвестных обстоятельствах, да еще в их больничке. Потом второй представитель рода отправился в Ад и привел имевшего неосторожность сдохнуть родственника обратно. А в финале истории еще, с наглым лицом, заливал о своем общении с Дьяволом, которого тут все почитают за единственное