Эльфовладелец - Сергей Николаевич Чехин

— Ты свободна.

— Да, хозяин.

Триэль кивнула и удалилась. Кирра проводила ее взглядом, а затем приступила к еде. Закинула в рот печенье и кусочек сыра, прожевала и спросила:

— Между вами что-то, да? И это что-то слегка больше, чем положение любимой невольницы? Извини, если вдруг поторопилась с благодарностью за спасение… Сказал бы — я б ушла.

Угу. Скажешь тут, когда об твой хрен трется обнаженная эльфийка.

— Не бери в голову, — устало бросил я.

— Ладно, — Кирра пожала плечами и отпила вина. — А ты чего не ешь? Давай, налегай, после тренировки обязательно плотно перекусить.

Пожевал немного сыра — острого и очень твердого. Не знаю, из какого молока его делают, но белка в нем выше крыши. Для роста мышц самое оно.

Впрочем, в тот момент мышцы меня интересовали меньше всего. Триэль не только не улыбнулась мне. Она назвала меня хозяином, а не по имени. Да, между нами ничего нет. Официально, так сказать. Но что-то заставило меня напасть на Каласа, а потом пойти на дуэль. В тот момент я определенно действовал не вопреки несправедливости подобного отношения. Подумаешь — ударил. Да на Земле постоянно кто-то кого-то бьет на улицах, ну и что?

Нет, меня задело именно то, что старик поднял руку на Триэль. Ударь он другую невольницу — и все могло сложиться совсем иначе. Теплое чувство к Триэль стало катализатором моих злоключений в новом мире, а теперь… Теперь я променял ее на ту, что привыкла первой брать быка за рога.

Нифига не равноценный обмен. Тем более, я давно не прыщавый школьник, от переизбытка гормонов готовый трахнуть кого угодно. Уже мальчик в возрасте, без пяти лет половину жизни прожил, и на тебе — пошел на поводу у вставшего хрена.

Я побарабанил пальцами по ободу бассейна и глотнул вина.

— О чем задумался? — спросила Кирра.

— Да так, ни о чем.

— Не ври мне. Я же вижу как ты бросаешь взгляды в сторону кухни. В общем, не буду вам мешать. Пойду наряжусь кустом и отдохну под деревом. Удачи.

Девушка встала и направилась к выходу, оставляя за собой мокрые следы. Хотел окликнуть ее, но передумал. Пусть катится к черту, обидчивая тут нашлась. Какие все-таки эти эльфы сложные, меры нет.

Я тоже вылез из бассейна и сходил наверх, переоделся в бежевые легкие брюки и сорочку с кожаной жилеткой. С приятным удивлением отметил, что одежда теперь сидит на мне гораздо свободнее. Вот что стресс животворящий делает!

До конца дня оставалось несколько часов и надо было придумать, как их убить. После прохладного купания сонливость прошла, а валяться на кровати без дела не особо хотелось.

— Эй, Ромэль!

Дворецкий вышел из кабинета и оперся на перила.

— Да, господин?

— Чем тут можно развлечься? Ну, кроме оргий и пьянства.

— Смею предложить вам сходить в казино.

Никогда прежде мне не доводилось бывать в подобном заведении. Я и на автоматах никогда не играл. Даже тогда, когда они торчали на каждом углу. Интересно бы поглядеть, что там да как…

— Собирайся и готовь паланкин. И прихвати немного мелочи.

Я накинул светло-серый камзол и шляпу, взял в руку трость. Довольно забавно ходить с этой штуковиной. Не понимаю, почему они вышли из моды.

Рабы привезли меня на северную окраину города, в район рынка. Здесь было куда меньше лачуг и хибар, почти всю улицу занимали добротные двухэтажные дома. В одно из них — с большой круглой вывеской — постоянно кто-то входил и выходил. Причем было видно, что посетители стараются не задерживаться снаружи, особенно если идут одни.

На вывеске был изображен молоток, забивающий гвоздь. Весьма странная эмблема для казино. Я спросил об этом дворецкого.

— Гвоздь вбивают в кроватку новорожденного, в дом молодоженов и в гроб покойника. Один из древних людских символов, означающий близость жизни и смерти. В какой-то мере это знак удачи. Сколько бы гвоздей не было — лишь бы не последний.

Я усмехнулся. Тоже мне символ удачи — гвоздь. Хотя с другой стороны, на родине верят, что удачу приносит подкова. Так что все относительно.

Перед дверью стояли два мордоворота с дубинками на поясах. Голенища высоких сапог топорщились, обрисовывая контуры небольших револьверов. Вышибалы здесь готовы к любому повороту событий. И вытолкнуть на мороз зарвавшегося пьяницу, и отбить нападение бандитов.

При моем приближении амбалы выпрямились и загородили дорогу.

— С ушастыми нельзя, — пробасил один, скрестив руки на груди. — За домом стойло для рабов.

Я обернулся и посмотрел на Ромэля. Тот кивнул и велел носильщикам следовать за ним.

— Сдайте оружие, — смягчившимся голосом продолжил охранник.

— У меня его нет.

Напарник вышибалы указал пальцем на трость. Я пожал плечами и без сожалений расстался с палкой. Нашли, блин, оружие.

В помещении было темно, накурено и довольно шумно. Шуршали карты, постукивали фишки, кто-то громко радовался выигрышу, кто-то сокрушался о проигранных деньгах.

Большую часть комнаты занимали круглые столы, накрытые темно-красными скатертями. Они стояли как попало, без какого-либо порядка. При желании игроки подтаскивали мебель друг к другу или наоборот — садились подальше.

Вдоль стен разместились ряды мягких диванчиков. Здесь посетители отдыхали между затяжными раундами или праздновали очередной выигрыш. Перед каждым диваном на четвереньках стояли обнаженные эльфийки. Кто-то использовал их как подставку для ног, кто-то расставлял на покрытых шрамами спинах посуду и бутылки.

Пару раз я видел, как посетители заставляли рабынь открывать рты и стряхивали туда сигарный пепел. Впрочем, довольно многие просто трахали эльфиек, зачастую пристроившись с обеих сторон.

Человеческих шлюх тут тоже было валом. Даже администраторша стояла за стойкой в каких-то кожаных ремнях вместо одежды. Да уж, злачное местечко.

— Добрый день, господин Авелин, — поприветствовала девушка за стойкой. — Сколько фишек желаете прибрести?

Я положил перед ней горсть серебряных монет.

— На все.

— Благодарю. Ваши двадцать серебра, наши пять желтых фишек. Приятного отдыха.

Пока ждал обмена, выглядел в уголке симпатичное местечко — темное и свободное. Пока пробирался к нему, какой-то тип гаркнул на все казино:

— Джен-эльфолюб пришел!

По комнате прокатилась волна смеха. Но когда я обернулся, все стихли и уставились на свои карты. Наверняка знали о любви к дуэлям предыдущего владельца тела. Да и нынешнего, чего уж скромничать, тоже.

Я не стал выяснять, кто