Пленных не брать! - Виктор Бурцев

– Маловато.

– Может, неполный состав или пошли куда-то, – предположил Чибисов.

– Вы дверь прикройте там, – сказал Воскобойников. Направление тут в самом деле второстепенное, может, и в самом деле состав был неполный. Но мало ли...

Задраив вход, они сложили мертвых финнов к стене – не стоило выволакивать их наружу, даже того, что Воскобойников убил у входа, затащили внутрь. И тут обнаружился еще один обитатель дота. Он вышел на свет божий сам, подняв руки. Мужичок лет сорока, с заметным брюшком, с трясущимися от страха отвислыми щеками, седоватый...

– Не стреляйте, господа русские, – взмолился он. На чистом русском языке, практически без акцента.

– Опа! – сказал политрук. – Это еще кто?

– Опа... Куриная жопа! Саданул бы он сейчас нам в спину из автомата, было бы тебе «кто».

Воскобойников злобно сплюнул – в самом деле, то, что финн так перепугался, было счастливой случайностью, мог бы и погеройствовать. И полегли бы все, как куропатки, а финну медаль бы дали.

– Я лежал наверху, на нарах, – сказал финн опять же по-русски, прищелкивая от ужаса зубами, приседая. – Не убивайте меня, пожалуйста!

– Откуда русский знаешь? – спросил Воскобойников беззлобно.

– В Финляндии много кто знает русский. Я долго жил в Санкт... в Ленинграде, еще маленький. В Петрозаводске потом жил.

– Садись, маленький. Это всё? Больше никого нет? – Воскобойников указал на мертвецов у стены.

Финн покосился туда, передернулся.

– Нет, господин офицер. Двое ушли в деревню.

– А ты кто? Как звать?

– Юкки Керьялайнен, господин офицер. Я резервист, господин офицер. Меня совсем недавно призвали, я на хуторе жил, у меня свой хутор... маленький совсем. Я не помещик, не имел работников! Всё сам, всё сам!

– Местный?

– Нет, господин офицер, из-под Ювяскюля.

– Говоришь, батраков держишь?

– Батраков? О, я понял, господин офицер! Я не капиталист, я работал сам – жена, дети, брат... Никаких работников, нет батраков! Я не хочу воевать.

– А что же ты тут делал?

– Топил печку, – с невесть откуда появившимся достоинством сказал Керьялайнен. – Готовил кушать. Рубил дрова для печки, носил воду...

– А кто старший?

– Вот, вянрикки Мякеля.

Керьялайнен показал пальцем на молодого, которого убил Каримов, когда тот тянулся к винтовке. Только сейчас Воскобойников заметил на ремне убитого кобуру, потянулся, расстегнул ремень, снял его с трупа и положил на низенький дощатый стол.

– Не надо меня убивать, – сказал Керьялайнен. Он вроде бы уже не боялся, видать, сообразил, что, если бы русским надобно было его убить, давно бы убили.

– Руки ему свяжите, пусть посидит пока, поговорим, после решим, что с ним делать, – сказал красноармейцам Воскобойников.

Те поискали, чем связать, потом разодрали простыню, управились. Керьялайнен сел прямо на бетонный пол у печурки.

Каримов и еще один красноармеец, Потапчук, не дожидаясь распоряжений, принялись собирать на стол, благо ящики с консервами стояли здесь же. Жесть резали ножами, грубо. В теплом доте запахло жирным мясом.

– Куда ушли остальные? – спросил Воскобойников.

Финн торопливо ответил:

– В деревню. Километров десять.

– Зачем? За самогоном?

– Да, господин офицер. Так сказали, хотя самогон у нас есть, вот стоит, в бачке.

– Где вблизи расположены другие подразделения?

– Я не знаю, господин офицер. Откуда же мне знать?

– В самом деле... – пробормотал Воскобойников.

Он сбросил на пол полушубок, в доте было жарко.

– А не врешь?

– Не вру, господин офицер. Для чего мне врать?

– Надолго мы тут, товарищ полковой комиссар? – спросил политрук, перебиравший винтовки в стойке.

– Переночуем, поспим в тепле, там видно будет. Только эти двое с самогонкой... Надо с ними разобраться поаккуратней. Слушай, Керьялайнен!

– Что, господин офицер?

– У нас господ нет, отвыкай понемногу! Выкинем вашего Каяндера, будет вместо него товарищ Куусинен. Скоро должны вернуться эти двое?

– Они на лыжах, господин офицер, очень скоро.

– Одевайся. Развяжите его, винтовку дайте, только без патронов. Да не бойся, ничего с тобой не сделается. Только помни: вход открыт, а я с автоматом, чуть что – стреляю. Так что не шути, Керьялайнен.

– Что мне надо делать, господин офицер?

– Да ничего. Стой себе снаружи, по сторонам смотри. Когда появятся ваши гонцы, не волнуйся, спросят что – отвечай, но с умом. Дальше уже наше дело.

– Вы их будете убивать, господин офицер?

– А что, не стоит? Ненужно? Хорошие люди?

– Один – капрал Вуоринен – очень плохой человек. Другой, Теппо Риихиланти, хороший человек, добрый, раньше в Мюллюмяки учителем был, господин офицер.

– Ничего не поделаешь. Попробуем живыми взять, особенно капрала, но если что – война, брат Керьялайнен... Не обессудь.