Ростки силы - Руслан Муха

Я снял артефакт с его отрубленной руки и положил в кошель на поясе. Такая вещица и самому пригодится.

Затем ухватил воющего парня за шкирку и потащил к лестнице на нижнюю палубу. Как только мы там оказались, едва слышно донесся приглушенный девичий голос. Словно кто-то пытался позвать на помощь с завязанным ртом.

Во тьме я увидел тоненькую светлую девушку с кляпом во рту и связанными за спиной руками. Она лежала на полу, не сводя взгляда с сына Дигайро, который теперь по большей части скулил и трясся. Желание убить меня у него явно отпало.

Я развязал Лишану и помог ей встать на ноги.

— Вы пришли меня спасти? — ей явно не верилось, что это происходит на самом деле.

— Да, графиня. Мы пришли вас спасти.

Девушка зарыдала, уткнувшись в ладони лицом. Я дал ей немного времени, чтобы прийти в себя. Сам же повернулся к сыну Дигайро:

— Как зовут? — спросил я.

— Табадж, — затравленно глядя на меня исподлобья, ответил он. — Что ты собираешься делать со мной?

Я не спешил с ответом. Вместо этого оторвал край и так уже порванной рубахи и кинул ему:

— На вот, перевяжи рану, — бросил я ему кусок ткани.

Табадж нерешительно поднял ткань, кажется, немного успокоился, поняв, что убивать я его не собираюсь. Нерешительно спросил:

— Ты меня отпустишь?

— Нет. Я доставлю тебя графу Жоэль, он за ваши головы и возвращение дочери обещал хорошие деньги.

— Нет, пожалуйста! — раздался вдруг отчаянный крик.

Я ожидал услышать подобное от Табаджа, но никак не от Лишаны. Она вцепилась в мою руку и с мольбой уставилась на меня. И это, мягко говоря, меня удивило.

Глава 11

— Нет, пожалуйста. Не делайте этого, — еще крепче вцепилась она в мою руку. — Отец убьет его. Пожалуйста, я вас прошу! Не сдавайте его!

— Я отдам вам все, что у нас есть! — присоединился к мольбам Табадж. — Только не выдавай графу.

А это было уже очень интересно.

— Почему ты его защищаешь? — спросил я Лишану, хотя, кажется, уже начал догадываться.

Лишана потупила взгляд, с обидой уставилась на Табаджа, но так и не ответила.

— Все было в силе, — вкрадчиво сказал ей Табадж, — все могло получиться, просто… просто нам не повезло. Я ни на секунду не сомневался. Как только бы мы получили деньги, мы бы сбежали.

Я усмехнулся.

Наблюдать за этой драмой у меня не было ни времени, ни желания. Да и я уже догадался, что Лишана сама помогла своим похитителям себя украсть. Наверняка Табаджа подбил отец соблазнить Лишану, или, возможно, между ними уже что-то было, и Дигайро-старший увидел в этом отличную возможность срубить по-быстрому деньжат. А затем, по всей видимости, Табадж сумел уговорить Лишану сбежать, убедил разыграть похищение, и она согласилась. Вот только девушка явно не ожидала, что похищение будет настоящим.

— Ладно, — ответил я, — можешь попробовать выкупить у меня свою жизнь. Показывай, что там у тебя имеется.

Табадж уже закончил перевязывать руку и теперь, тяжело опираясь о близстоящую опору, поднялся на ноги.

— В каюте отца тайник, давай, я тебя отведу, — сказал он.

Я помог Табаджу дойти до нужного места, он завел меня в небольшую, пропахшую потом и затхлостью комнату. У стены он остановился, попробовал продавить внутрь одну из досок на стене, но я ему не хватало сил, да и одной рукой это было сделать не так уж и просто. Я подвинул его и надавил на стену.

В тайнике оказалось два увесистых и довольно тяжелых мешочка с золотом. Пересчитывать времени не было, но навскидку там не меньше шести сотен диксов. Еще было пару мешочков с драгоценностями, их я трогать не стал, наверняка ворованные, а проблемы мне не нужны.

— Это место для кошеля-тайника? — спросил я.

Табадж кивнул:

— Граф Жоэль должен был нам сюда положить выкуп. Мы отослали ему кошель и кулон Лишаны с ее прядью волос.

— И часто вы таким промышляли?

— Отец…его команда, — нахмурился Табадж, — они грабили корабли, иногда воровали на суше. А похищение — это было впервые.

Надо же было так неудачно наткнуться на пиратов, и в то же время так удачно — на похитителей дочери графа.

Я принялся осматривать остальное в тайнике. Здесь было несколько боевых артефактов, которые могли пополнить коллекцию демоноборцев — их я забрал. А еще несколько мешков с серебром и медью — довольно тяжелых мешков, больше пятидесяти килограммов каждый. Их я брать не стал, мне попросту такое не унести, достаточно и золота, которое теперь приятно оттягивало внутренние карманы в плаще. Улов, учитывая деньги за работу от графа Жоэль, очень даже неплох.

— Этого хватит? — с надеждой спросил Табадж. Он очевидно все еще сомневался, что я оставлю его в живых.

— Хватит, — согласился я, — только будь добр, уезжай с запада, а лучше и вовсе из Виреборна, и больше здесь не показывайся. Целее будешь. И покинь корабль как можно скорее, я собираюсь его сжечь.

Табадж с готовностью закивал, затем вкрадчиво и нерешительно поинтересовался:

— Как тебе удалось выжить? Я ведь подстрелил тебя в самое сердце.

— Ты промазал, — безразлично пожал я плечами.

— Но я никогда не промазываю, — нахмурился Табадж.

— У меня грань исцеления, я быстро восстанавливаюсь.

Кажется, он не поверил, потому что продолжал хмуриться.

— Как им пользоваться? — спросил я, достав проклятый артефакт.

— Нужно сказать «схилип асе» и бросить в противника — он сам прицепится, там, где нужно, — Табадж постучал рукой по груди. — А, чтобы отключить, нужно вдавить внутрь рубин. Но ты уже видел сам.

Я кивнул. Обмотал артефакт тряпкой и спрятал под повязку на груди, которой перевязал рану. Затем я оставил Табаджа в каюте, дав возможность прихватить денег, а сам забрал Лишану, и мы отправились на верхнюю палубу.

Мари все еще была без сознания, поэтому я сначала положил ее в шлюпку и вместе с ней спустил на воду. Затем помог спуститься и Лишане.

— Ждите, — велел я графине.

Теперь мне предстояло самое неприятное, и не хотелось бы, чтобы графиня на это смотрела.

Я отыскал большой мешок и приступил. Граф просил головы похитителей, и я намеревался их ему принести.

Первой в мешок полетела уже отсеченная голова Дигайро, а вот остальные еще предстояло отрубить. Не самое приятное занятие — отрезать головы, на земле я даже и помыслить не смог бы, что мне придется таким заниматься. Но за годы обучения некромантии,