Валера - Dey Shinoe

за какие отвечает. Твои вот эти, — она пальцем очерчивает две колонки. — Производители светотехники, «Джазвей» и «Ферон». Номера и почты их коммерсантов я подписала с обратной стороны. Чуть позже сотрудница «Джазвей» направит тебе прайс с их ценами, по рознице и для постоянных клиентов. Тебе нужно будет довести информацию до наших покупателей. Вроде, всё понятно?..Я тупо смотрю в распечатку и чешу репу. Какой Джазвей, как Ферон, кого они там отправят… что за хуйня, блин. Натянув улыбку от уха до уха, я откладываю бумагу и смотрю на Лизу. Лиза глядит на меня, странно подёргиваясь, будто бы не знает, куда бежать.— Давай-ка я сяду рядом с тобой, — предлагаю я, — и погляжу, чё надо делать?Напряжённые плечи медленно опускаются, Лиза перестаёт хаотично двигаться и тихо выдыхает. Кажется, её вполне устраивает моё предложение.Она направляется за своё рабочее место, а я выкатываюсь из-за стола на стуле. Его ножки гремят по полу, скрипит часть, соединяющая спинку кресла и сидушку, пока я еду из одной части офиса в другую. Все присутствующие начинают очень заинтересованно глядеть на меня. Проезжая мимо любопытного типа, я дёргаю башкой в его сторону, и тот поспешно отворачивается. Чё вылупились — непонятно. А когда я прокатываюсь мимо Оли, то слегка притормаживаю.— Слышь, — обращаюсь к ней, и Оля поворачивает на меня свою голову. Под её глазами я замечаю синяки от недосыпа. Приплыли, блин… чувствую себя скотиной, но всё ещё надеюсь, что её бессонница вызвана не моими действиями.Я поджимаю губы и протягиваю ей свою ладонь.— Извини меня, — говорю искренне, — за всё, что было, и чем обидел… ла.Оля безмолвно глядит на мою сухую ладонь. На её лице отражается удивление. Она выглядит обескураженной, шокированной, охуевшей. Неуверенно убрав свою руку с клавиатуры, она протягивает мне собственную ладонь, которую я тут же несильно сжимаю. Больше она мне ничего не говорит, и я не говорю, оттолкнувшись от пола и поехав дальше.Лиза встречает меня за своим столом, выпучив глаза от изумления.— Чё? — шепчу я ей, чувствуя себя идиотом.— Ты очень крутая, — она тоже шепчет.Я приободряюсь. Приятно знать, что я всё ещё невъебенно хорош собой.

Мы с Лизой берёмся за дело. Она врубает комп и начинается… монотонная скучная фигня, короче. Время от времени я отвлекаюсь, тогда Лиза меня одёргивает. Ну, не выходит у меня долго концентрироваться на подобной лаже.

Лиза терпеливо объясняет мне, как разобраться со всей этой бумажной волокитой. Пока она совершает первый деловой звонок, краем глаза я замечаю покинувшую свой кабинет Свету. Я тут же сажусь ровно, опуская руки по швам. Света не улыбается, заметив меня, но легонько вскидывает ладонь. Вот блин… какая ж она охуенная. Я натягиваю самую широкую улыбку и начинаю бодро крутить рукой в знак приветствие. Кажется, её это веселит. Она прыскает в кулак, а затем грозит мне указательным пальцем, но так, по-доброму. Я прислоняю руку к своей голове, точно солдат, и поворачиваюсь обратно к Лизе. Но моего терпения надолго не хватает, и ещё через минуту я мельком оглядываюсь. Светы там уже нет, но настроение у меня до сих пор необычайно хорошее.Остаток дня я перенимаю знания Лизы с большим энтузиазмом.

Глава 11. Слёзы Овечкиной

— Напоминаю, что на выходных у нас увеселительное мероприятие. — Отвлекая присутствующих от имитации работы, моя дорогая, длинноногая и сексуальная Светлана Васильевна говорит следующее: — Адрес и время направила вам на почту. Также считаю своим долгом добавить, что вы можете пригласить с собой своих спутников жизни. Это всё, что я хотела до вас донести. Есть какие-то вопросы?

Вопросы, конечно же, появляются у многих:

— А родителей можно пригласить?

— Нет, — отвечает Света, — только партнёров.

— А детей?

— Нельзя.

— А если мой парень не сможет прийти?

— Значит, приходи одна.

Крутя карандаш между пальцев, я внимательно наблюдаю за Светланой Васильевной. Она тоже поглядывает в мою сторону, будто ждёт, что я задам ей вопрос. Мне хочется думать, что я ей интересен. Но, скорее всего, она беспокоится обо мне лишь из-за травмы. Думать о последнем не хочется. Я всё-таки задираю руку, и Света коротко кивает.

— А вы придёте со своим мужем? — спрашиваю я, и все резко затыкаются. Мне даже становится неловко, потому что Света очень долго молчит и смотрит на меня.

— Нет, — вдруг говорит она, — у меня слишком много обязанностей на этом мероприятии.

Я кладу руку обратно на стол. Думаю, блин, а ведь ничего конкретного она не ответила. Теперь выяснить, есть у неё ухажёр, или нет, я смогу только напрямую, или через третьи лица. А что? Хороший план!

Как только Светлана Васильевна уходит, я уже привычно выкатываюсь из-за стола и устремляюсь к Лизе. Завидев меня, она отвлекается от клавиатуры. Я наклоняюсь к её уху и спрашиваю:

— У Светы есть мужик?

Лиза зажимает мне рот рукой и начинает нервно крутить башкой.

— Ты что, — говорит она вполголоса, — это больная тема.

— А фто? — спрашиваю в ладонью.

— Её парень разбился на мотоцикле три года назад. После этого Светлана Васильевна новых отношений не начинала. А ещё она, кажется, с тех пор занялась каким-то спортом… теннисом, что ли, — с ноткой грусти делится со мной Лиза и наконец-то убирает руку с моего лица.

В своих домыслах я оказываюсь прав. Света не просто так занялась спортом. Любой фуфел не просто так занимается спортом, ведь спорт — это либо смысл жизни, либо последствия травмы.

С одной стороны, меня радует такой расклад. С другой — новость о трагичной любви Светы меня совсем не улыбает. Какой-то гонщик-лошпед успел захомутать её, оставив после себя дыру на сердце. Раз взял ответственность — должен был нести её до конца. Мне авансом неприятен этот тип.

Вернувшись за свой стол, я складываю ноги на системный блок и достаю сотовый. Бросив смску Паше о предстоящем событии и о том, что туда можно явиться вдвоём, я прячу телефон обратно в карман. Но поздно осознаю, что вообще-то Света чётко обозначила, что на грандиозное событие можно прийти либо с мужем, либо с женой, либо с кем-то, кто в будущем станет либо первым, либо вторым. Меня аж передёргивает. Подмочить свою репутацию не хочется, но без Пашки на светском рауте с моими повадками не обойтись. У него язык подвешен, а