Хронокосмос - Аллен Стил

Как бы там ни было, Мерфи понятия не имел, что он кому-то понадобился, до тех пор, пока Донна не постучала в дверь ванной. «С работы», — негромко сказала она, протягивая ему радиотелефон, и Мерфи скорчил недовольную гримасу. Он и так уже опаздывал, ибо проснулся с такой сильной головной болью, что не сразу сумел заставить себя встать. Должно быть, решил он, на восемь было назначено очередное совещание, о котором он совершенно забыл, и теперь ему звонит кто-то из сотрудников УПИ, чтобы выяснить, почему он не пришел.

Вчера вечером, когда пьяный Мерфи вернулся домой на такси, Донна была крайне недовольна, а необходимость подвозить его с утра на работу отнюдь не способствовала примирению. Смерив мужа укоризненным взглядом, она вернулась к телевизору досматривать утренний гороскоп.

Мерфи взял трубку.

— Алло, Зак слушает… — сказал он, прижимая телефон плечом к подбородку.

— Говорит Роджер Ордман…

Мерфи чуть не уронил трубку в раковину. Роджер Ордман был исполнительным директором Управления, и за десять лет службы в УПИ Мерфи разговаривал с ним ровно три раза: в первый раз, когда поступал на работу, и дважды — по разным социальным вопросам. Достаточно сказать, что Роджер Ордман был тем самым человеком, которому Президент позвонил, когда на втором этаже Белого дома был замечен дух Мэри Линкольн.

— Слушаю вас, сэр. — Мерфи непроизвольно выпрямился. — Извините, что опаздываю, однако как раз сегодня утром аккумулятор в машине приказал долго жить. Но жена меня подбросит…

— Не волнуйтесь, мистер Мерфи, я все понимаю. Такие вещи иногда случаются. Я хотел поговорить с вами по другому поводу. У нас тут возникла одна небольшая проблема…

Мерфи нервно переступил с ноги на ногу; кафельная плитка на полу ванной неожиданно показалась ему гораздо холоднее, чем была в действительности.

О Боже, подумал он, должно быть, это из-за вчерашнего. Не иначе, по пути домой Гарри завернул в ночной бар, сцепился там с кем-нибудь и попал в кутузку. Или же Кент врезался во что-нибудь на машине. Так или иначе, без полиции дело не обошлось, и его имя выплыло наружу.

— Проблема, сэр?..

— Вы на защищенной линии, Зак? Мерфи не сразу понял, что имеет в виду Ордман. Потом он вспомнил, что говорит по радиотрубке.

— Гм-м… Нет, сэр. Вы хотите, чтобы я…

— Да, будьте добры.

— Одну минуточку, сэр… — Мерфи не без труда отыскал на трубке кнопку «ожидание» и, выйдя из ванной, прошел по коридору в небольшой кабинет рядом с гостиной. Дверь за собой он закрыл, но Донна даже не подняла головы; телевизор был включен на полную громкость, и это значило, что она не услышит, о чем он будет говорить с Ордманом. Астролог-предсказатель как раз объяснял Донне, почему сегодняшний день особенно благоприятствует Козерогам, желающим обновить старые дружеские связи, в особенности — со Скорпионами.

Сев за стол, Мерфи снял трубку обычного телефона и выключил радиотелефон.

— Я слушаю, сэр. Извините, что заставил вас… — Это защищенная линия? Да что с ним такое?!

— Да, сэр, я говорю с другого аппарата, если вы это имели в виду. Я, видите ли, был в ванной, когда вы позвонили. Я как раз собирался… — Сообразив, что начинает мямлить, Мерфи оборвал сам себя. — Да, сэр, это надежная линия.

Последовало короткое молчание, потом Мерфи услышал:

— Произошла авария.

Господи Иисусе! Кто-то из парней и впрямь попытался доехать до дома на собственной машине. Кто же — Кент или Гарри? Скорее всего Гарри — пожалуй, он был самым пьяным. Полез за руль, и на тебе!..

Только потом Мерфи вспомнил, с кем он разговаривает. В этом контексте фраза об аварии приобретала совсем иное значение.

— Да, сэр, я понимаю, — медленно проговорил он, а мысли его уже неслись с бешеной скоростью, обгоняя одна другую. — А где это произошло?

— В Теннесси, примерно в шестидесяти милях к востоку от Нэшвилла. Всего час или полтора назад.

— Понятно… Скажите, кто-нибудь… Кто-нибудь видел саму машину?

— Мы обнаружили машину, но внутрь еще никто не заглядывал. Как раз сейчас готовится к выезду бригада «скорой помощи», которая должна все исследовать. Вы можете быть готовы через… десять минут?

По спине Мерфи пробежал неприятный холодок.

— Через десять? Мистер Ордман, я еще не…

— Мы выслали за вами автомобиль. Группа уже в сборе, самолет ждет в аэропорту Далласа. С подробностями вас познакомят по дороге. Так вы сможете выйти через десять минут?

Мерфи все еще был в халате. Его костюм висел на плечиках и скорее всего нуждался в том, чтобы по нему прошлись специальной щеткой, которая так хорошо собирает приставшие к ткани волоски и ворсинки. Он даже еще не выбрал галстук, зато в чулане, в его старой адидасовской сумке, лежала смена чистого белья, оставшаяся еще с прошлой осени, когда он в последний раз ездил на охоту. На то, чтобы собрать и уложить портативный компьютер, требовалось всего несколько минут.

— Да, я буду готов.

— Очень хорошо, доктор Мерфи. У вас появился отличный шанс, смотрите не упустите его.

— Не упущу, сэр, — ответил Мерфи, постаравшись вложить в свои слова как можно больше уверенности, которой он не чувствовал. — Буду держать вас в курсе.

— Хорошей кармы, — ответил Ордман и дал отбой.

Мерфи осторожно опустил трубку и, откинувшись на спинку кресла, с облегчением выдохнул. Ночью над Арлингтоном прошел легкий снег, и в окно кабинета ему был виден выбеленный цветник Донны и присыпанные белым крошевом качели Стива, которыми он уже давно не пользовался. В саду было холодно, пусто и неприютно; Мерфи невольно задумался о том, насколько теплее может быть в Теннесси.

Потом он снова вздохнул и, встав из-за стола, пошел сказать Донне, что уезжает в служебную командировку.

6 мая 1937 года

Четверг, 20:00

Через тридцать пять минут после того как «Гинденбург» пришвартовался на аэродроме базы ВМФ в Лэйкхерсте, взрыв, прогремевший в одном из кормовых отсеков дирижабля, уничтожил гигантский воздушный корабль.

По счастливому стечению обстоятельств, когда «Гинденбург» взорвался, на борту не было ни одного человека. Все пассажиры и члены экипажа сошли на землю, а техники наземной команды успели разбежаться и попрятаться, прежде чем пылающий дирижабль рухнул на землю, увлекая за собой причальную мачту. Оператор из отдела кинохроники сумел заснять катастрофу на пленку, и впоследствии комментаторы и журналисты наперебой твердили о том, как удачно, что «Гинденбург» взорвался уже на стоянке. Случись это, пока воздушный корабль был в воздухе, не обошлось бы без множества жертв.

Фрэнк и Леа наблюдали за пожаром, сидя во взятом напрокат «форде»-седане Хоффмана. Машину Хоффман предусмотрительно отогнал на край аэродрома и припарковал на обочине шоссе.