Я иду - Сергей Попов

– Кракен, говорю, – повторил я и решил пояснить: – Да существо одно такое есть… мифическое.

– А-а… – протянул тот, вспоминая, и смачно высморкался, – ну да, нуда… похож вроде… Что-то есть такое, да… – прошел вперед, привычно поманил рукой: – Ладно, пойдем.

И пошли.

Остаток пути хранили молчание, лишь изредка обменивались парочкой дежурных фраз. Майк теперь шел увереннее, больше не заставлял прыгать в первые попавшиеся кусты, отсиживаться в укрытиях или выжидать, когда кто-то там, вблизи отстойников, пробежит, перестанет скулить или рычать. Все это уже ни к чему: на прудах все спало и безмолвствовало, только иногда раздавался едва слышный плеск или бульканье – резвилась рыба.

– Слышишь? Плещется, зараза, – нарушил Майк затянувшуюся тишину, – посидеть бы сейчас за удочкой.

Я на это что-то безучастно промычал, следуя за ним шаг в шаг.

А через несколько минут исчез утлый запах прелости, старины, болота и опавшей листвы – мы покинули территорию отстойников, успевшую хорошенько проверить нас на прочность и потрепать нервишки. На смену им пришли уже другие знакомые мне запахи: сырости, влажной земли, прохлады, октября. Вместе с ними поменялся и пейзаж, вновь огорчивший видом обезображенных высоток, обескровленных зданий, обросших лианами и багровой растительностью изогнутых фонарных столбов, рекламных щитов, обрушенных магистралей вдалеке.

Пройдя еще немного по засыпанному листьями одинокому проходу с растущими справа, на невысоких склонах, деревцами, Майк вскоре вывел меня к гнилому сетчатому забору с табличкой «Проход строго воспрещен!» и, отпихнув возле него гору веток и стеклянных бутылок, обнажил огромную дыру с подкопом и встал рядом.

– Ну, пришли… – совсем без радости объявил он и облокотился на забор, – вот тебе и тайная дорожка! Берег, конечно, для себя, а открываю вот… – указал на дыру, – …тебе.

– Постой, – не понял вначале я и, вопросительно посмотрев на Майка, спросил: – Как это пришли?.. А Скупщик?..

– Так вон он, – Майк махнул налево, – в пяти минутах уже отсюда. Как пролезешь – курс левее держи, пока к заваленной ЛЭП не выйдешь. Но к ней не приближайся – там лиана живет, может «зацвести», – а иди в обход. За ней лестница небольшая, ведет к старой пригородной железнодорожной станции «Рэдкроу Парк», но тебе не к ней самой надо, а чуть в сторону. А там уже не промахнешься: выйдешь прямо к широкой дорожке, увидишь стены, ворота большие, неподалеку от них – бродяги в шалашах. Это те, кого не пустили на территорию лагеря. Ну а дальше разберешься… надеюсь.

Договорив, Майк скинул рюкзак, полез за водой.

– Постой-постой, а ты?.. – с долей грусти спросил я. – Ты пойдешь со мной?..

Тот помолчал. Отпил из бутылки.

– Нет, – на удивление твердо выдал он, – не пойду, Сид. Извини.

– Как так?.. Почему? А… а сигарет купить, продуктов?..

Майк усмехнулся, опять выпил.

– Да не за этим я шел, Сид, – загадочно ответил он, – продукты-то я и в домах поискать могу – не проблема, как говорится…

– А зачем? Неужели ради меня?

Майк кивнул.

– Так и есть, – ответил он, – мне тебе помочь хотелось. Тронула судьба твоя, Сид, крепко тронула. Своей семьи-то у меня нет уже и вряд ли когда будет, а у тебя есть шанс вернуть ее. Разве же это плохо? А, Сид?.. Скажи мне?..

Я понурил голову.

– И ты шел на риск… на это все… ради меня, что ли?.. – заглянув в его смертельно уставшие не выспавшиеся глаза, где застыла печаль, спросил я и отвел рассыпанный взгляд, глядя на поваленные столбы, оккупированные кровавыми вьюнами, и редкие местами стянутые паутиной деревья, виднеющиеся за забором. – Да?

– Зачем спрашиваешь, если сам догадался? – уклончиво ответил Майк и, тяжело выдохнув, продолжил тепло: – Если бы не ты, Сид, я бы, как ты однажды правильно высказался, сидел в своей квартирке и ждал смерти. А ты мне какую-то тропу к дальнейшей жизни проложил, что ли… я как-то душой воспрянул. Думал: раз уж сам в жизни все потерял, опустился на самое дно, то хоть кому-то помочь не сломаться – святой долг. Я ведь и жил с такой мыслью, Сид.

Признание Майка меня глубоко тронуло. Повернулся.

– Спасибо, – поблагодарил я, – а еще спасибо за то, что вытащил тогда: не подоспей ты вовремя – утащила бы меня эта тварь на самое дно.

– Не за что, – сдержанно, даже как-то скромно ответил Майк и улыбнулся: – Главное, что все обошлось.

– Верно, – ответил я и усмехнулся, – а как же ты… обратно-то?

– Ну уж точно не через отстойники, – отшутился тот и, почесав бороду: – Придумаю что-нибудь, не пропаду. А ты будь начеку: окрестности лагеря кишат любителями легкой наживы и всякой преступной заразой. Мой тебе совет: старайся не идти на контакт с людьми – друзей себе среди них ты все равно не наживешь, а пулю схлопотать можешь запросто, даже за спрос. Да и в лагере Скупщика лишнего не болтай – кругом уши.

– Да я и так людей сторонюсь, – пожевал губы я и откашлялся, невольно вспоминая, как однажды столкнулся с тремя оборванцами в продуктовом отделе на первом этажей одного разрушенного торгово-развлекательного центра. Тогда у меня встал выбор: либо отдать всю добытую еду, заведомо зная, что живым все равно не отпустят, либо расправиться с ними, пока не пришли другие. Выбрал второе. – Без особой нужды в разговор не вступаю, а при возможности – обхожу тремя дорогами – так живется проще.

– Ну вот и отлично! – воскликнул Майк, похлопал меня по плечу и тут застыл, виновато глядя на меня: – Виноват, опять руки что-то…

– Да проехали давно, – успокоил его, – нормально все.

Немного помолчали.

– Слушай, – произнес я и, скинув вещмешок, – я тут кое-что приберег, – вытащил новенькую белую футболку и протянул Майку, – держи, вроде твой размер.

– Ого! – удивился вначале Майк и осторожно забрал подарок. Немного постояв в нерешительности, – развернул ее, расправил, демонстрирую пестрый черный принт I Believe[4], и со счастливым лицом сердечно поблагодарил: – Огромное спасибо! И с размером угадал! Где ты только все это находишь…

Я лишь улыбнулся и сказал, как обычно, – туманно:

– Места знать надо.

Майк не стал допытываться – увлекся подарком.

– И вот еще… – я поспешно залез в карман, вытащил две пятидесятидолларовые купюры и протянул проводнику со следующими словами: – Это тебе за хлопоты и потраченное время.

Тот вдруг нахмурился, убрал новую футболку в рюкзак.

– Убирай, – пасмурным тоном потребовал Майк и даже отвернулся, – немедленно убирай.

– Чего ты? Я же отблагодарить… – не понял я реакции, но деньги все-таки спрятал.

– Я тебе от всей души помогал, – принялся объяснять Майк. – Деньги твои не нужны, лучше прибереги – пригодятся еще.