Вариант «Севастополь» - Комбат Найтов

– Сергей! Ещё раз подойдешь к окну, и я сама тебя убью! – выпалила выскочившая из соседнего купе Светлана. Она, как обычно, что-то шила для себя или младшей дочери. Сынишка в матросской форме с игрушечным пистолетом в руке демонстрировал какие-то пасы, стараясь взять весь коридор персонального вагона под обстрел. Все были немного напуганы произошедшим. На перроне, как чертики из бутылки, появились репортёры и фотографы. А вот это неспроста! Сергей передал Стрижу, начальнику охраны, чтобы тот уведомил местных жандармов об этом.

– Пусть потрясут местную прессу. Среди них есть соучастники.

Отказавшись давать показания местному поручику от жандармерии, Сергей приказал отправлять поезд из Тулы. Но вагон отцепили от курьерского, прицепили вагон-ресторан и поставили впереди порожний вагон, далее останавливались только на небольших станциях для смены паровоза. На вокзале Сергея встречал Змей с супругой и усиленной охраной. Он постоянно жил в Петербурге в небольшом трех-этажном «домике» на Малой Морской, 10. Въезд во внутренний двор находился на Гороховой, 10. Когда на улицах русских городов появились первые автомобили, Виктор Александрович немедленно притащил в столицу свой бронированный «Порш Кайен», как председателю Комитета государственной безопасности никто никаких глупых вопросов ему не задавал. Вообще, он жил на широкую ногу, довольно активно пользуясь инсайдерской информацией при работе с биржами и на скачках в Лондоне, Париже и Санкт-Петербурге. Владел букмекерской и маклерской компаниями, активно участвовал во всех финансовых «мероприятиях» Севастопольского адмиралтейского завода. Женился на Софье Петровне Бахметьевой, дочери князя Вяземского, погибшего на дуэли с братом её матери, тоже Софьи Бахметьевой.

Все время девочка жила и воспитывалась в деревне под Пензой в имении её дяди Петра Андреевича Бахметьева. Однако после реформ дядя разорился, мать вышла замуж за графа А. К. Толстого. Они перевезли девочку в Петербург и срочно искали ей жениха. Появление сравнительно молодого, холостого и таинственного генерала, весьма близкого к их императорским величествам, в столице не осталось незамеченным. Во время любого приезда Змей получал кучу приглашений, и в основном в дома с девицами на выданье. Кроме того, он успел познакомиться почти со всеми «высокопоставленными» вдовами, куртизанками, содержанками и прочая, прочая, прочая. В общем, пользовался заслуженной славой жуира и повесы. Но два года назад он решил остепениться и, неожиданно для всех, сделал предложение Сонечке Бахметьевой. У Сони и Виктора родился сын Вячеслав. Сонечку приняли при дворе, ей благоволит сама Мария Александровна. Не исключено, что для привлечения капиталов Савченко в Благотворительный фонд бывшей великой княгини, а теперь императрицы.

Дома Виктор сказал, что уже «забросил удочку» с целью приобретения для Михайловых особняка на Миллионной: хозяйка безвылазно живёт в Париже, её муж служит в Польше, жена остро нуждается в деньгах, поэтому переговоры идут успешно. Маклеры не раскрывают тайны: кто приобретает дом 17, поэтому Радзивиллы считают, что его покупает купец первой гильдии Расстегаев. Последнее время такие сделки стали обычными для Санкт-Петербурга.

На следующий день яхта «Полярная Звезда» унесла всех в Гельсингфорс, где отдыхали после коронации Александр II и императрица Мария. Их приняли в летней резиденции; после фактически обязательного чаепития император и Сергей уединились в кабинете царя. Сергей считал предложение Александра II несколько бесперспективным и достаточно опасным. После приобретения земель в Южной Африке у многих «высокопоставленных» поселенцев возникла идея перебраться туда на постоянной основе. Удаленность от центров мировой истории давала неплохой шанс создать собственное государство и не зависеть ни от кого. Немало для этого уже сделано. Тот «пинок под зад», который получила Россия за счёт поселенцев, поставил её в совершенно другую позицию в мире. Из третьеразрядной страны империя превратилась в крупнейшее и самое влиятельное государство мира. Начавшаяся техническая революция успешно финансировалась как из казны, так и за счёт частного капитала. Очень быстро строился броненосный флот, развивалась нефтехимическая и химическая промышленность. Паровые турбины уверенно забирали первенство у паровых машин. Развивался трубопроводный транспорт, наливной флот. Началось активное углубление судоходных каналов, массовое использование цемента в строительстве. Наблюдались большие успехи в двигателестроении, телефонии, средствах связи. Значительный отрыв наметился с выпуском первых микросхем и процессоров. Но Севастопольский электронный завод не запускает компьютеры в массовое производство. Они предназначены для исследовательских институтов, некоторых заводов ВПК и Севастопольского Адмиралтейства. То есть только ДСП! Доступ к ним закрыт службой безопасности. Сети только локальные. Да и нет возможности развернуть глобальную сеть: отсутствуют спутники, оптоволоконные толстые кабели и мощные передатчики в других странах. Впрочем, существует категорический запрет на разработку таких сетей.

Александр начал издалека, заговорив о заслугах Сергея в деле реформирования России, причем особо напирая на политическую сторону реформ. Сергей достаточно долго слушал, затем достал наладонник и включил запись 1851 года.

– Интересное устройство! Мне такое не показывали! – нисколько не смутившись, сказал Александр II и протянул руку. Сергей передал ему наладонник.

– У меня была просто уверенность, что вы знаете о том разговоре с папенькой! – сказал он, возвращая компьютер. – Смею вас уверить, что и я, и отец больше никогда не возвращались к этому разговору после потопления вами трех линейных кораблей в Константинополе. С этого момента нам стало ясно, что мы ошиблись в своих оценках, как вашего патриотизма, так и ваших реальных возможностей. А как говорил мой инструктор, Сашенька Астафьев, когда я неверно исполнял какой-нибудь приём: «Не ошибается только тот, кто ничего не делает!» Так что, это была ошибка. Папенька всегда отличался крайним консерватизмом. И предельной осторожностью. Ведь он короновался сразу после восстания на Сенатской площади. Мы же с вами довольно успешно и длительно работали рука об руку в Седьмом отделении, и вы пользовались абсолютной свободой в принятии решений. Я думаю сохранить за вами должность начальника Седьмого отделения и в дальнейшем, но прошу принять пост канцлера империи, так как считаю, что реформы только начались и есть немало тайных камней на этом пути, о наличии которых и о способах, как обойти их, вы имеете гораздо большие познания, нежели какой-либо другой человек в империи.

– А вы готовы отказаться от абсолютизма, Александр Николаевич? – Сергей специально назвал императора по-светски, чтобы посмотреть на его реакцию.

– Я много беседовал на эту тему с Александром, ещё во время крейсерства в Атлантике. С дворянскими привилегиями необходимо заканчивать. Шуму много, толку мало, но на кого опереться? Кто составит элиту общества?

– У меня нет пока ответов на этот вопрос, ваше величество. Общество ещё только формируется, точно могу сказать, что не денежные мешки и не масоны любых рангов. И не западофилы. Формировать требуется общество и общественное сознание, государь. Но для этого требуется всеобщая грамотность, радиостанции и идеология. Которая ещё не выработана. И это задача не на одно поколение. Я так думаю.