Одержимые - Константин Зубов

— Я готов! — скомкав обертку, Колян встал. — Пойдем завалим по бырику то, что нам Костян оставил, а потом уже в портал нырнем. Руки чешутся посмотреть, что там.

— Руки не могут чесаться посмотреть... — заметил Влад.

— Отвали, душнила! — отмахнулся Колян. — Глаза чешутся посмотреть, руки чешутся кому-нибудь люлей ввалить, а еще что-то чешется огненный шар куда-нибудь зарядить... Кстати! Один заряд стоит сто маны. Так что не разгуляешься особо. Шизоид, тебе же все колечки на колдунство отдали. Делись!

— Хрен тебе! У меня общее благословение сто двадцать стоит. И потом только на один хил остается.

— Какие-то мы с тобой хреновые колдуны получились...

— Двинули, — я встал и пошел к двери. — И напомните мне, если я вдруг забуду, как двадцатичетырехчасовой откат пройдет, червоточину призвать.

Мы только подходили к дому Сергея, а наши союзники уже вывалили на крыльцо. Несмотря на неполноценный сон, настроение у них заметно превосходило вчерашнее. Даже Паша не выглядел таким хмурым, а Вика и вовсе улыбалась.

Пока мы быстро шли, я расспросил об их особенностях.

Сергей в прошлом был профессиональным лучником, и система наградила его «пробивным выстрелом». Пущенная им стрела приобретала повышенную скорость, бронебойность, и вероятность попадания серьезно возрастала. Все бы хорошо, если бы не откат в полчаса.

Паша мог раз в десять минут на десять секунд увеличивать ловкость или мощу в три раза.

А Вика раз в час на пять минут могла призывать попугая какаду.

— Боевого? — уточнил Колян, когда услышал про странную особенность.

— Выглядит как обычный, — девушка смущенно смотрела под ноги.

— А чего умеет?

— Летать...

— Далеко?

— Не знаю. По дому летал.

— Может быть полезным для отвлечения внимания и выманивания противника, — вступился за сестру Костя.

— Надо его научить глаза выклевывать! — предложил Колян.

Девушка пробормотала что-то неразборчивое и, ускорив шаг, догнала отца. Я поймал себя на том, что идти в большой компании спокойнее, тем более имея человека, способного хоть и на небольшом расстоянии чувствовать врагов.

— Стоп! — скомандовал Костя. — Вон, на следующем участке, в доме.

— А что-нибудь рассказать про него можешь? Размер там, а еще лучше тип и особенности.

— Нет, — огорченно покачал головой парень. — Я же по сути и цвета-то не вижу. Только степень угрозы чувствую и уже сам как-то в голове интерпретирую в более понятную картинку. Я даже количество не знаю, в теории, это может быть не один крупный одержимый, а, например, гнездо ос-мутантов...

— Ну на хер, я не пойду! — Влад сделал шаг назад.

— И где-то прям рядом с ним что-то другое еще есть. Живое существо, но я не пойму, кто или что это.

— Ясно, — я оглядел своих спутников. — Костя, иди чуть позади, если будет уточнение по угрозе или появится новая — кричи. Влад, доходишь до калитки и ждешь указаний, по сигналу врубаешь поиск невидимых врагов или общее благословение. Колян, со мной, если там какая-то хрень, типа гнезда ос, шмаляешь шаром и валишь своим перемещением. Сергей, встаньте так, чтобы успеть съюзать, то есть использовать пробивной выстрел и отступить. Остальные, будьте рядом, если что, позовем.

Мы осторожно подошли к закрытым воротам. Тишина. Заглянули через забор. Никого.

— Колян, — прошептал я. — Ты инструменты же брал вроде.

— Да.

— Открой калитку, потренируешься заодно.

— Легко.

Минута потребовалась Молоту, чтобы вскрыть замок. Правда, все это сопровождалось громким лязгом и стуком.

— Не шевелится, — сообщил Костя. — Но теперь, когда мы подошли, у меня очень странное ощущение возникло... Не могу его идентифицировать.

— Даже примерно?

— Ну если совсем примерно... Будто бы это не угроза где-то внутри дома. А сам дом угроза. Вроде как по его периметру много маленьких, и издалека, когда смотришь в большую превращается...

— Все-таки насекомые!?

— Не знаю.

— Влад, а одновременно рентген и угроза невидимок могут работать?

— Не пробовал, — он испуганно смотрел на меня. — Яр, я не хочу туда идти!

Да я и сам не хотел. Насекомые, особенно когда их много, меня не то что бы пугали, просто вызывали очень сильное отвращение.

— Да пойдем уже! — Колян нетерпеливо переминался с ноги на ногу. — У меня, если что, шар есть.

— Погоди. Раз у нас тут что-то непонятное, давайте для начала окна разобьем.

Так мы и поступили, причем не поленились, а по соседним участкам обошли дом со всех сторон. Через пять минут ни одного целого стекла не осталось, а противники так себя и не проявили.

— Теперь пойдем наконец?

— Костя, изменения есть?

— Ярослав, ты пойми, тут реально сложно понять, что происходит... Что-то меняется, — парень сосредоточенно морщил лоб, пытаясь проанализировать свои ощущения. — Оно то ли боится, то ли слабеет, то ли уменьшается... Но совсем по чуть-чуть.

— Вика. Нужен твой какаду.

— Хохлуша!? — растерянно смотря на папу, пискнула девушка.

Вот это вообще огонь — одушевить призываемое существо и привязаться к нему. Не к питомцу. А именно к многоразовой боевой (насколько это может относиться к попугаю) единице, чья задача раз в час умирать за тебя.

— Вика, я же говорил, — пришел на помощь Костя. — Что бы ни случилось, через час ты сможешь снова призвать Хохлушу.

— А вдруг нет! — девушка сделала шаг за спину отцу и, казалось, была готова вот-вот разреветься.

— Если нет, мы тебе нового купим, — по счастью шепот Коляна услышал только я.

— Вика, он не настоящий... — обратился к жене Паша.

— Настоящий, смотри! — девушка вытянула руку, и на ней появился здоровенный белый какаду с хохолком на голове. Красивый, чего уж там. Только вот теперь, после призыва, время на уговоры стало ограничено пятью минутами. — Вот я его трогаю... Видишь, он даже голову подставляет, чтобы я почесала.

— Сергей, — я повернулся к главе семейства, который остался последней надеждой решить вопрос без большого скандала. — Попугай через час снова прилетит. А сейчас он может спасти жизни, в том числе и ваших детей.

— Викусь, — мужчина повернулся и положил руку на плечо дочери. — Там мама дома ждет, если с кем-то из нас что-то случится, она не переживет.

Молодец, Сергей, сразу запрещенный, но действенный прием применил. Слезинка-таки скатилась по щеке девушки, но после некоторого колебания она вышла из-за спины отца.