Сердце льда - Майкл Джонстон

Звук стал еще громче и нестерпимее. Зажав уши руками, Уэс пробежал по палубе к мостику. На секунду он застыл, остолбенев, а потом понял, что именно случилось. Все оказалось даже хуже, чем он предполагал. Над «Альби» высились две плавучие горы отбросов: мусорберги-близнецы, состоящие из проржавевших механизмов. Подарки мертвой цивилизации и иного образа жизни – кожаные чемоданы с золотыми надписями, хромированные кофемашины с рычажками и циферблатами, пустые флаконы из-под жидкого мыла с французскими этикетками и шикарные темные очки. Обо всех этих вещах Уэс, разумеется, слышал, но никогда их не видел. Теперь все превратилось в хлам. Металл проржавел, кожа выцвела, бумага заплесневела… И пластик, который, по идее, не должен был разлагаться, потрескался и поплыл. Все склеилось, создавая новый вид ландшафта: плавучую гору отбросов.

Сначала Даран, теперь мусорберги! Неужели сегодняшний день преподнесет ему еще что-нибудь похуже? Или он просто злится – ведь он опять упустил возможность ее поцеловать? Он говорил ей правду, и сам удивился глубине своих чувств. Он встревожился, не увидев Нат на верхней палубе, и отсутствие братьев Слейн тоже его обеспокоило, а когда услышал крики, то приготовился к самому худшему. Чуть позже, когда он нашел Нат внизу с сорванной с тела курткой… Он был готов колотить Дарана башкой об пол, пока парень не обмякнет. Уэсу стало горько за свою команду, и он серьезно задумался, не ошибся ли он, взяв с собой этих парней.

Фарук, застывший у навигационной системы, нервно покосился на Уэса.

– Их не было на радаре. Клянусь! Они появились из ниоткуда!

– Насколько все серьезно? – спросил Уэс, адресуя вопрос стоявшему за штурвалом Трясуну.

Трясун не ответил: он всем телом навалился на штурвал, пытаясь вывернуть его вправо. Даран и Зедрик заняли места по обе стороны от Трясуна. Втроем они пытались управлять «Альби», которую стискивали мусорберги: горы покореженной стали и разбитого стекла прочертили на корпусе корабля длинный уродливый след, вгрызаясь в толстый металл.

– Шевелитесь! – заорал Уэс, становясь за штурвал. – Живее!

Он взялся за рычаги передач. Два двигателя с винтами были расположены параллельно, и Уэс решил, что если переключить один на обратный ход, а второй поставить на полный вперед, то «Альби» развернется на месте.

Однако корпус продолжал рваться. Уэс увеличил обороты двигателей до максимума.

– Он выдержит! – крикнул Уэс. – ДЕРЖИТЕСЬ!

Нос «Альби» действительно слегка повернулся, и половина корабля начала зарываться в мусор. Уэс с трудом удержал равновесие: мусорберг толкал их снизу, заставляя носовую часть «Альби» опасно приподниматься.

– Мы его потеряем! – предупредил Трясун.

Уэс яростно сверкнул глазами.

– Не под моей командой! ВНИМАНИЕ!

Он переключил на обратный ход и второй двигатель. Корпус трясся так сильно, что удерживать штурвал становилось труднее с каждой секундой. «Альби» навалился на плавучую громаду, и пронзительный скрежет усилился. Вода за кормой забурлила: винты закрутились с бешеной скоростью. На миг Уэс подумал, что гора мусора присвоит их судно себе.

Внезапно Трясун вскрикнул: на палубу обрушилась лавина сплющенного хлама. К счастью, этим дело и ограничилось.

Уэс стиснул зубы. Моторы «Альби» были сняты с бывших военных танкеров, они не перестанут работать, даже если корабль разорвет на части. Может, попробовать еще кое-что? Что, если он даст правым двигателем ход вперед, а левый – на пару мгновений оставить на нейтралке? Теперь Уэс решил использовал мощность двух моторов для того, чтобы вырвать «Альби» из хватки мусорбергов.

Они смотрели, как сломанные холодильники, ржавые тостеры, промокшие диваны и журнальный столик без ножек валятся на палубный настил. Мебель соединялась в нелепые гарнитуры, а потом под действием крена соскальзывала обратно в океан. Заплесневелая кушетка с продырявленной кожаной обивкой задержалась на палубе.

Уэс вцепился в штурвал, сражаясь с прибоем и направляя «Альби» подальше от мусорбергов, пока не оказался в относительно спокойной воде.

Фарук хлопнул его по плечу.

– У нас получилось!

Уэс кивнул и разжал руки.

– Становись за штурвал, – приказал он Трясуну. – А я оценю ущерб.

Выйдя на палубу, он сразу увидел Нат: девушка помогала парням приводить «Альби» в порядок. Он угрюмо отметил, что у братьев Слейн хватило ума держаться от нее подальше. Ему еще предстоит ими заняться. Надо нагнать на них страху: пусть не рассчитывают, что здесь можно устраивать подобные штучки.

– «Альби» сильно пострадал? – спросила Нат, заматывая шею шарфом.

– Мы едва не застряли посреди мусорного поля, – вздохнул Уэс. – Его надо обойти стороной: приближаться слишком опасно. Можно завязнуть в горе отбросов или вообще оказаться погребенными под ней.

Трясун тоже вышел на палубу и стал помогать команде: принялся спихивать хлипкий шезлонг с палубы в ядовитую воду.

– Похоже, наш путь только что удлинился, – заметил он.

– Чудесно! – иронически произнесла Нат.

Уэс вытер пот перчаткой и перегнулся через фальшборт, рассматривая отвратительный разрыв на корпусе своего корабля.

– Хорошо хоть, что внутренний корпус не задели.

– А иначе?

– Пошли бы ко дну, в буквальном смысле, – жизнерадостно заявил Трясун. – Но не беспокойся: ничего страшного пока еще не случилось.

– Мне повезло, что я беру деньги не с расстояния, иначе бы тебе туго пришлось! – сказал Уэс с прячущейся в уголках губ улыбкой.

Нат начала было смеяться, но закашлялась и уткнулась лицом в сгиб локтя.

– Да, тут не парфюмерная лавка!

Уэс развел руками. От мусорберга воняло еще хуже, чем от океана, а известию о продлении плавания никто не обрадуется, но нельзя допустить, чтобы кто-то пал духом.

– Выглядит гадко, но мы сможем залатать борт, да, Трясун? – спросил Уэс.

– Конечно, и не в первый раз. – Трясун уверенно кивнул. – Прямо сейчас и займемся. – Он уставился на Нат. – Эй! А ты изменилась! – воскликнул он. – Но чем именно?

Он прищурился, пристально всматриваясь в ее лицо.

– Глазами, – смущенно ответила она. – А ты не видишь разницы?

– Наш друг Трясун – дальтоник! – Уэс подмигнул ей. – Ничего, Фарук ему все объяснит, – добавил он.