Дочь ведьмы - Сандра Грауэр

– Думаю, да, – подтвердил Эш. – Мы не часто говорим об этом, поскольку гордиться тут нечем.

Мне вспомнились слова Анри по поводу родственников Эша, которые заботятся лишь о собственной выгоде.

– И что у вас за бизнес?

– Большая сеть торговых центров.

– Надеюсь, тот магазин, в котором нас выгнали из примерочной, к ним не относится?

– Конечно, нет, – улыбнулся он и вытянулся на кровати, закинув руки за голову.

При этом его футболка немного задралась вверх, обнажив полоску тела на животе. На мгновение я как парализованная уставилась на его кожу и темные волоски, скрывающиеся под поясом джинсов, затем резко отвернулась. Что со мной происходит? Я привыкла всегда держать себя под контролем в любых вопросах, но сейчас в моей жизни, кажется, все пошло кувырком.

– А есть ли вообще что-нибудь, что было бы нам, магам, запрещено? – спросила я, старательно устремив взгляд на экран выключенного телевизора. – Ну, там… делать друг другу пакости? Или влиять на погоду?

– Да не то чтобы.

– Не то чтобы? Поверить не могу! Почему тогда в Лондоне до сих пор так часто идет дождь? Я изменила бы это первым делом! – Я повернулась к Эшу.

Он лежал, закрыв глаза, и, конечно же, мой взгляд опять скользнул на его живот, на мышцы пресса, которые стали еще заметнее, когда парень негромко засмеялся.

– Согласен, соблазн очень велик. Но подумай о наших преследователях – что бы они подумали, если бы в Лондоне вдруг резко стало все время солнечно? Правда, не скрою, на свой день рождения я люблю поколдовать над погодой. Он, кстати, у меня тоже в июне, – с этими словами Эш открыл глаза, чтобы взглянуть на меня, и я быстро отвела взгляд в сторону.

– А кто тогда контролирует вас? То есть нас. Должен же кто-нибудь следить за тем, чтобы магия не использовалась не по назначению.

– Ты имеешь в виду какой-нибудь совет магов или что-то вроде того? – переспросил меня Эш. – Нет, такого у нас нет. Но можно сказать, что между кланами есть некоторая иерархия. Главными являются наиболее могущественные кланы, а другие их слушаются, если не хотят развязать войну.

Я задумчиво покачала головой. Действия малефиканов казались мне ужасными, но в некотором смысле я вполне могла понять, зачем они хотели положить конец всем этим межклановым распрям. А что, если однажды маги решат захватить весь мир и подчинить себе не-магов? Кто их тогда остановит? Кучка малефиканов, не имеющих никакой магической силы?

– Что такое? – спросил Эш.

– Да так, ничего, – пробормотала я.

– Тебе не нравится наш образ жизни, – сказал Эш, будто прочитав мои мысли. Он сел на кровати, вытянув ноги.

– Да нет, я… Наоборот, – возразила я, но причин лгать ему у меня не было. – Просто я считаю неправильным то, что вы можете делать, что захотите, и никто за этим не следит.

– Не «вы», а мы. Ты теперь одна из нас, хочешь ты этого или нет, – он многозначительно посмотрел на меня, но, поскольку я ничего не ответила, продолжил: – Не волнуйся, Кэролайн. Маги слишком опасаются малефиканов, чтобы выдать себя просто так. Еще они боятся потерять свой статус, ведь, как я уже говорил, многие из них занимают видное положение в лондонском обществе. Но больше всего их пугает возможность возобновления охоты на ведьм, как в Средние века. Когда мы еще маленькие, нам не читают сказок перед сном. Вместо этого бабушки и дедушки или родители рассказывают именно про охоту на ведьм.

– Как-то это жестоко.

Эш пожал плечами:

– Возможно… Но ты помнишь, что сказал колдун? Наша магия обычно активируется уже в четыре года, а дети в этом возрасте еще слишком юны, чтобы самостоятельно принимать логические решения. Представь себе, какая бы случилась катастрофа, если бы дети начали колдовать каждый раз, когда им вздумается.

– А почему тогда нельзя активировать магию попозже? – предложила я.

Эш со вздохом провел рукой по волосам, отчего они взъерошились и начали торчать во все стороны. Мне показалось это очень милым… Господи, милым?!

– Все это не так просто. Магия является неотъемлемой частью каждого из нас, и нет ничего хорошего в том, чтобы долго подавлять ее – ты видишь на своем примере, к чему это приводит. Мы должны учиться управлять и пользоваться ею с умом.

Я кивнула:

– Понятно… Но все это кажется мне очень сложным и запутанным.

– Тебе не кажется, так оно и есть. Поэтому, например, мы не ходим в детский сад, в отличие от обычных детей, и развиваем свои способности дома. Это, кстати, может быть довольно одиноко… Впервые мы сталкиваемся с детьми без магической силы, только когда идем в школу.

Внезапно из соседнего номера до нас донеслись вполне недвусмысленные звуки – ритмичный скрип кровати и к тому же чьи-то стоны. Вот дерьмо! Только этого не хватало… Эш перехватил мой взгляд, и я подавила желание стыдливо отвести глаза в сторону. Вместо этого я со всей силы стукнула кулаком по стене, но, к сожалению, это было бесполезно. Эша это, казалось, лишь позабавило:

– Да ладно тебе, пусть наслаждаются. Но если тебе это так мешает… – Он махнул рукой, и звуки мгновенно утихли. – Так лучше?

Я не ответила и взглянула на часы. Было немного за полночь, казалось, что время будто замедлилось. Я устала ждать, хотя, наверное, учитывая обстоятельства, должна была быть благодарна за каждую минуту, которая у меня еще оставалась. Я потянулась за своим стаканом и сделала несколько глотков воды, затем прислонилась обратно к изголовью кровати.

– Скажи честно, – заговорил Эш, – сейчас, когда ты знаешь, что это возможно, неужели ты не хотела бы изменить что-нибудь в своей жизни при помощи магии? Уверен, что ты не собираешься провести всю свою жизнь за стойкой в «Гончей».

– Ну не знаю, боюсь, что чувствовала бы себя полной неудачницей, если бы своего успеха я добилась исключительно за счет магии. Но кое в чем ты прав. – Немного помолчав, я добавила: – Однажды я хотела бы стать пилотом, но пока не могу себе этого позволить.

– Пилотом? Ого, звучит сексуально. Почти как стюардесса.

Я закатила глаза:

– Конечно, не факт, что это вообще реально. Обучение стоит очень дорого, и у меня нет родителей, которые могли бы оплатить его. – Я приняла беззаботный вид, как будто это меня не очень-то и беспокоило.

На самом деле долгое время это действительно было так. Но теперь мне все сложнее было игнорировать это чувство одиночества и убеждать себя в том, что я могу справляться со всем самостоятельно. Скорее всего, я действительно могла быть самодостаточной, я в этом даже уверена. Но вот хотела ли я этого? Что плохого было в том, чтобы знать, что тебе есть на кого положиться? До тех пор, пока я не стала вешаться на незнакомых мне парней, кажется, все было в норме.

Эш наклонился и погладил меня по руке. От его прикосновения по коже побежали мурашки.