Стигма ворона 3 - Ник Гернар

Вопросов он не задавал.

Он только убавил первозданное рвение к учебе и начал больше отдыхать и спать досыта.

В качестве своей комнаты он выбрал наземное помещение с окном, предназначенной для хозяйственных нужд — в спальне под землей он задыхался, чувствуя себя будто в тюрьме.

Дни тянулись долго, и каждый последующий был похож на предыдущий как две капли воды. Еда — строго по расписанию, обучение — в одной и той же комнате. Роботы, населявшие остров, в отличие от искусственного интеллекта «Тритона» разговаривать не умели. Или же им было запрещено это делать, но сути это не меняло.

И только остров постепенно становился все зеленее и красивее. Дожди отступили, все чаще с неба светило теплое солнце, и к нему обрадованно потянули свои ветви деревья и кустарники, названий которых Эш не знал. Вечера наполнились звоном насекомых, а днем все чаще слышалось гудение ос и шмелей.

Дарий больше не высказывал недовольства, но и тесно общаться с Эшем перестал.

Ларс откровенно скучал и все чаще прикладывался к выпивке.

А Эш терпеливо ждал.

Послушно убивал одержимых тварей, которых подсовывал ему Единый для поддержания и усиления ворона — еще одного орла, гигантскую кобру и скорпиона.

Наконец, через месяц уже сам Единый заявил, что Эшу надо бы немного увеличить нагрузку и завершить обучение, чтобы приступить к главному.

Этот разговор он начал как раз после очередного заявления парня, что сегодня он больше слушать лекции не будет и хочет спать.

— А что, дингиров ты уже собрал? — упавшим голосом спросил Эш, потягиваясь в кресле.

— Да. Правда, живыми нам удалось доставить на остров только пятерых — но ты и сам знаешь об этом, не так ли?..

Парень кивнул.

— Да.

Дерево на его груди действительно усохло всего до шести ветвей, и одной из этих веток был он сам. Но присутствия дингиров он до сих пор ни разу не почувствовал.

— Ты держишь их в зеленом металле? Я не ощущаю их присутствия.

— В специальном контейнере из нейтрализующего сплава.

Эш вздохнул.

— А, а я-то все думал — что там такое в западной части роботы строят… Ну и какие они, эти дингиры?..

— Это неважно. Ты их увидишь закованными в цепи и с обнаженной под удар шеей, — сказал Единый.

— Все равно интересно.

— Один — с созвездием гидры, сплетенной из семи разных змей, другой — смертник с духами двух гигантских червей и почему-то луны…

Эш усмехнулся.

— Где только он такую редкость отыскал?..

— А главное, для чего. В бою он непродуктивен, а вот конфликт с хтоническими духами ему был бы обеспечен — конечно, будь у него время на развитие этого конфликта. Потом чайка в сочетании с духом орла, Тигр. И, не поверишь, есть даже один абсолютно стерильный персонаж, который кроме метки дингира больше не обрел ни одной стигмы.

Эш неприметно выдохнул.

Чудак с посохом и одержимой тварью вместо кошки. Выжил, значит.

Между вариантами быть убитым по пути или все-таки добраться до острова живым Шаккан вытянул счастливую карту.

Наверное.

Потому что Эш понятия не имел, чем же все в итоге закончится.

Но в целом все пока складывалось неплохо.

Оставалось только выбрать идеальный момент. Вот только когда он наступит, идеальный?.. И как понять, что это именно он, и не упустить?..

—… Твое эмоциональное состояние в последнее время меня настораживает, Эш, — прямо заявил Единый. — Может быть, ты бы желал начать обсуждение деталей операции?..

— Нет, не сейчас, — отмахнулся от него парень. — И не переживай за меня. Нормально все. Тоскливо здесь только…

— Отчего же, мой мальчик? Смотри — весна вступила в свои права.

— Какая-то здесь очень молчаливая весна, — хмыкнул Эш. — Даже птиц не слышно.

— О, скоро здесь будет невероятно шумно — многие перелетные виды, прежде чем лететь на мой континент, останавливаются здесь, чтобы отдышаться с долгой дороги. Тебе понравится. А потом зацветут ситары — этот гибрид растет только здесь, на острове. Впереди новая жизнь, Эш. И ты станешь ее творцом.

Парень усмехнулся.

— Да, по крайней мере — я постараюсь… — мрачно сказал он.

— Тебе, наверное, неприятно думать о смерти дингиров? — продолжал расспрашивать Единый.

Эш глубоко вздохнул.

— Не мне тебе рассказывать, что однажды я уже убивал безоружных. Но говорить об этом я не хочу.

Он поднялся с кресла и направился к выходу из зала.

— Понимаю, — сочувствующим тоном любящего родителя отозвался Единый. — А еще я заметил, что ты совсем перестал курить…

— Берегу смесь для более трудных времен, — без запинки соврал Эш, сворачивая по коридору к лестнице. — Ладно, я постараюсь больше времени посвящать обучению.

— Впереди рассказ про третью мировую войну. Мне казалось, тебя эта тема волнует.

— Теперь, когда я готовлюсь развязать четвертую, уже не так сильно, — признался Эш. — А теперь, если ты не против, я бы хотел немного помолчать и хорошенько выспаться…

Он вытащил из уха «болталку», с которой теперь почти не расставался, и ленивой походкой отправился в свою берлогу с крошечным окошком.

Ночью ему снился тигр. Огромный, серебристый, как луна. Он шел по темному полю, касаясь головой черного неба, и воздух был наполнен стрекотом сверчков и родными ароматами.

Здесь пахло совсем иначе.

Воздух на острове напоминал разбавленную тюремную похлебку по сравнению с густым наваристым супом с приправами — ни вкуса, ни запаха, ни сытости в нем не было.

То ли дело дома…

А потом он вдруг проснулся.

И сразу понял, что что-то изменилось.

Снаружи доносился непривычный гомон.

Выглянув в окно, Эш увидел, что на ветвях деревьев, на земле и в небе все вдруг ожило. Сотни черных пичуг с зеленоватым отливом и крапинками на перьях голодно сновали туда-сюда в поисках пропитания.

— Они прилетели… — проговорил Эш, не веря своим глазам.

Сердце в груди заколотилось.

Все, время пришло!

Началось!

— Они прилетели, ворон!..

Схватив со стола оставшийся с вечера хлеб, серый и невкусный, Эш бросился на улицу, оставив пуговицу-«болталку» на столе.

Роботы у входа не стали его задерживать.

Эш бросил первые крошки на землю, и черное облако с довольными вскриками тут же смели всю еду, бесстрашно кружа над своим кормильцем и требуя добавки.