Егерь - Евгений Астахов

Браслеты до сих пор затрудняют кровоток. По щиколоткам разливается горячая волна боли. Словно миллионы иголок втыкают в кожу. Нужно будет поблагодарить Карлоса за комплиментарный сеанс акупунктуры.

Вжавшись в угол, жду, сжимая своё единственное оружие. Шаги приближаются, а мне хочется лишь ускорить события.

Дверь открывается, и в подвал заходит знакомая жилистая фигура. С силой дёргаю его за плечо, разворачивая к себе лицом.

— Привет, Донни.

Лицо ублюдка вытягивается в удивлённой гримасе, а лезвие моего топора с неприятным хрустом пробивает его лобную кость, погружаясь на половину длины.

— Пока, Донни.

Мертвец сразу обмякает и норовит утянуть за собой и моё оружие. Приходится придержать его и рывком высвободить топор. Аккуратно кладу труп на пол и обыскиваю. Надкушенный Сникерс, грязная салфетка, презерватив, 106 единиц арканы. Трофеи поражают воображение.

Увы, моего дробовика не нахожу. Никто бы не доверил этому придурку оружие.

— Давай, вытащи нас! — вновь шипит Эдди.

— Я помогу! — обещает Фрэнк.

Помощь мне, конечно, не помешает, тем более они смогут использовать винтовки из моих запасов, вот только однажды я уже доверился. И как показала практика, вышло мне это боком. Несколько секунд взвешиваю все “за” и “против”.

— Сними с меня наручники или я закричу! — глухо тянет Секач.

Рывок, и мой топор замирает у его горла. Густая борода приминается под лезвием. Срезанный волосок медленно планирует на пол.

— Ты уверен, что хочешь разыграть эту карту? — я говорю негромко, не переставая прослушивать верхний этаж.

— Не надо, — только и может, что выдохнуть Эдди.

— Парень, не дури, — увещевает Фрэнк. — Их тут целая банда. Тебе одному не справиться.

Выдам этой парочке оружие, начнётся перестрелка. В открытой конфронтации им всё равно не победить. А у меня всё ещё нет пушки. Нет, плохая идея.

— Будете сидеть тихо, вытащу вас. Обещаю. Начнёте мешать, прирежу и уйду.

В глазах байкера разгорается злость. Чернокожий вновь замыкается в себе.

Отвернувшись, заглядываю в соседнее помещение. Небольшой импровизированный склад. На полу стоят металлические кеги с пивом. Несколько уже открытых коробок с виски. Упаковки с орешками, чипсами, вяленым мясом. Похоже, над нами бар.

Целиком обращаюсь в слух в попытке определить, сколько в здании противников. Улавливаю чьё-то чавканье, звонкий стук в котором не сразу распознаю бильярдные шары, еле слышный разговор минимум двоих людей, скорее гул, чем речь, отрывистый шум пощёчины — её ни с чем не спутать. А через миг приглушённое хныканье и хлюпающие звуки. Их сопровождает довольный стон.

Ногти впиваются в ладонь и больше всего на свете мне хочется ворваться на этаж, сжимая пару револьверов. Однако у меня лишь топор, и я понятия не имею, чего стоят в бою неизвестные классы.

— Донни! — отрывистый крик раздаётся сверху. — Шевели булками!

Мне нужно убираться отсюда, но явно не по лестнице. Этот путь приведёт лишь к тупой смерти. А потому я возвращаюсь в комнату и ищу иной выход. Мой взгляд замирает на окне под самым потолком. Идея, пришедшая в голову, заставляет меня скривиться, но иных вариант не осталось.

Фрэнк и Эдди напряжённо следят за мной, пока я подтягиваюсь на руках и откидываю вовне оконную раму.

— Ты не пролезешь туда, — убеждённо говорит Секач. — Лучше помоги снять сраные наручники, парень! Давай, у нас есть шанс!

Вблизи проём выглядит чуть крупнее, что-то вроде ящика от комода. В него я и ввинчиваюсь, повернув на бок голову. Лицом ощущаю прохладный ветер. Вижу густую траву, заросшую вблизи стены. Плечи протискиваются на улицу.

“Если голова пролезла, всё остальное тоже пролезет”. Так, кажется, говорят? В детстве мы с пацанами частенько лазали сквозь заборы. Всегда успешно.

Ощущаю, как хрустят и сдавливаются рёбра. Как бетонный бортик врезается в кожу. Выдыхаю, до предела сжимая корпус. Толкаю себя изо всех сил, но отверстие слишком узкое.

Я застрял.

Глава 19

В первую секунду чувствую себя Винни-пухом, застрявшим в домике Кролика. Заставляю себя успокоиться и начать думать.

Я вытащил руку из наручников, что анатомически должно быть невозможно без серьёзных травм. Мне хватает гибкости, чтобы вылезти сквозь это отверстие. Должно хватить. Иначе в этом интересном положении меня и найдут люди Карлоса.

Медленно втягиваю воздух и вновь освобождаю лёгкие. Упираюсь ладонями в стену вокруг оконного проёма и с болезненным рыком тащу себя наружу. Ощущение сдавленности только усиливается. Нагрузка на тело растёт с каждым сантиметром. Боль простреливает рёбра и пресс. Мне кажется, что я стёсываю себя о жёсткие края. Смог бы оглянуться, увидел бы кровавую полосу и клочья кожи.

“Мужчина не жалуется. Мужчина берёт и делает. Понял, сопляк?”

Отцовский голос звучит эхом на периферии слуха. Его наука далась мне большой кровью, но в какой-то степени я даже благодарен за неё. Потому что каким бы ублюдком порой не ощущал себя, по крайней мере я — не мой отец.

Торс спрессовывается в какую-то чрезвычайно плотную болванку. Не чувствую ничего кроме боли. Даже вдохнуть толком не могу. Болевой шок пытается вырубить меня, а червячок, что сидит в каждом из нас, уговаривает сдаться.

Вместо этого вворачиваю себя в окно под приглушённый шёпот заложников позади. Давление перетекает с груди на таз, и острые края костей скрипят, почти трескаясь.

Однако здесь я могу уже вдохнуть, и с рычанием прикладываю последнее усилие. Боль вспыхивает и…отступает. Вылетаю наружу, скользя в покрытой окурками траве.

По лицу бежит пот. Желание прилечь минут на пятнадцать становится невыносимым. Игнорирую этот суицидальный порыв и отползаю прочь, попутно осматриваясь.

Вокруг пустырь, заросший высокой выгоревшей на солнце травой. Позади кирпичное двухэтажное здание. Задняя дверь всего в полудюжине шагов от меня и может распахнуться в любой момент. На улице уже темно, но я вижу двухполосную асфальтированную дорогу. Она пролегает всего в сотне метров отсюда.

Чуть наособицу справа расположен мотель. Характерную одноэтажную вытянутую форму здания не спутать ни с чем. Ну и каланчу рекламы на длинном столбе, конечно. Она, правда, не светится, как должна, но сейчас света нет нигде.

Сместившись до угла здания, я осторожно выглядываю и сразу улавливаю характерный запах бензина, алкоголя и сигарет. Спереди бара припаркован тот самый пикап, а также семь чопперов. Причём, не каких-то там презентабельных харлеев, а древних, как говно мамонтов, мотоциклов в грязи, копоти и засохшем масле.

Главные вопросы, по традиции, кто виноват и что делать? На первый ответ известен. Со вторым сложнее. Я могу попытаться сбежать, но обещал вытащить Молотка и Секача. А главное, бежать я просто не хочу. Потому что остался неоплаченный должок Карлосу. Значит,